Интервьюировать Торна - Рут Лесс

Передо мной стоял непростой выбор — поехать в редакцию или к ней домой. Немного рассудив, я решил сначала проверить ее квартиру, так как она была по пути. Припарковавшись у нового четырехэтажного дома, я отметил про себя, что журналисты сегодня, видимо, неплохо зарабатывают, и замер перед входной дверью.

Проблема была даже не в видеодомофоне. Всегда можно позвонить соседям и наплести что-нибудь. Но вот сама Алия просто не откроет мне дверь. Смогу ли я ее выбить? Ну, теоретически, с этим проблем быть не должно. А вот практически после такого мне придется отправиться в места не столь отдаленные за дебош, порчу чужого имущества, проникновение со взломом, и черт знает сколько еще статей. А вообще, неплохо было бы сначала убедиться, что она действительно находится здесь.

Обойдя здание с другой стороны, я попал в уютный дворик с маленьким садиком, и принялся высчитывать квартиры. Получалось плохо.

Ну да, гений математики, а как насчет того, чтобы узнать расположение квартир и хотя бы найти точку отсчета… Нумерация начинается с левой или правой стороны здания?

Но сегодня мне однозначно везло. Девчонка сама дала о себе знать. Ее фигура показалась на небольшом балкончике на третьем этаже. Девушка с кем-то разговаривала по телефону и сильно нервничала. Это выдавала и жестикуляция, и то, что она нервно меряла шагами балкон. Было даже видно, как она что-то перебирает пальцами. Похоже на привычку курильщика, который вертит в руке сигареты или зажигалку.

Дождавшись, когда Алия снова скроется в квартире, я мысленно примерил расстояние от земли, поблагодарил архитекторов за удобно расположенные балконы на всех этажах, и, вооружившись своим главным правилом — слабоумием и отвагой — полез на первый балкон.

На него было запрыгнуть нетрудно. По сути, он находился всего в метре от земли. А вот дальше начинались некоторые сложности. Встав на бортик, который здесь должен служить подоконником, я слегка подпрыгнул, ухватившись за уступ на балконе второго этажа.

Тимоти, ты кретин! Ну да, дверь ломать — это не для тебя! Так ведь и по уголовке можно пройти. А вот сдохнуть, пытаясь взобраться на третий этаж, насобирав при этом всего на пару статей меньше — это прям то, что нужно!

На второй этаж я все же взобрался, а вот стоя на очередном бортике и понимая, что мне в очередной раз нужно подпрыгнуть, чтобы достать до балкона Алии, а затем еще и подтянуться, стало как-то не очень весело. Особенно учитывая, что до земли было около шести или семи метров.

Спокойно, Кинг. Ты потомок бравых новозеландских воинов… А больше похоже, что самураев, у которых, как известно нет цели… и мозгов. Только путь!

Во время этого прыжка я дал себе клятву никогда не заниматься банджи-джампингом, да и вообще держаться подальше от любых объектов, с которых теоретически можно упасть. А еще неплохо было бы начать думать перед тем, как что-то делаешь. Но такую клятву я себе давать уже не стал, посчитав ее невыполнимой.

Когда я перелез через парапет, мне потребовалась пара минут, чтобы отдышаться, а еще принять невозмутимый вид. Все же представ перед Алией с горящими от адреналина глазами и выпрыгивающим сердцем было выше моего достоинства. Лучше еще по десятку балконов прогуляться.

Паркурщик хренов!

Через панорамное стекло было видно, как девчонка нервно шагала по комнате, разговаривая по телефону.

— Да звонила я уже тысячу раз! Агнес, чтоб ей там икалось, трубку не берет!

Решив, что дольше выжидать нет смысла, я шагнул в комнату.

— Здравствуй, Алия, — второй раз за день поздоровался я с девчонкой, причем теми же самыми словами.

Ее телефонный собеседник был моментально забыт. Алия оглянулась, уставившись на меня еще более испуганным взглядом, чем тот, который я наблюдал во время пресс-конференции.

— Как видишь, твой трюк с закрытой дверью не сработал. Теряешь хватку, — хмыкнул я, удобно усевшись на диван и вольготно закинув ноги на туалетный столик.

— Знаешь, ради меня впервые кто-то взбирается по балконам, — она прижала руку к груди и встала прямо передо мной, даже потеснив мои вытянутые ноги. — Это так романтично, я просто сейчас заплачу.

Сарказма в ее голосе не уловил бы только полный придурок. А еще в ее жестах все так же было отчетливо видно нервное напряжение.

— Цени, пока я добрый, — усмехнулся я. — Как ты понимаешь, я уже очень многое про тебя знаю, Алия Джан. У тебя есть шанс самостоятельно рассказать мне, зачем тебе понадобился мой босс, и почему для этого тебе пришлось воровать мой телефон. Но главное — почему ты продолжала искать встречи со мной, а ты продолжала. Твоя сегодняшняя экспрессивная речь работает в обе стороны.

— Нравишься ты мне, — хмыкнула девушка. — Я думала, мы уже прошли этот этап.

— Какой именно?

— Тот, в течение которого ты считаешь меня Мата Хари, — скривилась Алия. — Ну да, изначально план был немного другой. Но я как увидела тебя всего такого избитого, еще и с провокационной надписью на лбу… В общем, не выдержало мое доброе русское сердце.

— Ты русская? — немного удивился я.

— Ну вот, а говорил, что все обо мне знаешь. Права была мама — мужчинам нельзя верить, — печально вздохнула девчонка. — Короче, Склифосовский, я не понимаю, что тебя не устраивает. Ну серьезно! Телефон забрала? Ну так я тебе за него деньги оставила, считай, купила. Хотела написать про Торна? Я уже сказала, что не буду этого делать и даже извинилась.

— Не будешь? — взвился я. — А это что?

Достав телефон, я открыл первый попавшийся новостной сайт, зная, что там будет целый опус о Джейсоне. Точнее, о его машинах, но и личность его затронули, причем неоднократно.

— Ой, да подумаешь. Посмотрел бы, что там написано, прежде чем предъявлять! Там же сплошная реклама. Тем более писала это не я. Как ты сегодня мог убедиться, я вообще по политике.

— Вот это мне и интересно. Как политобозреватель занялся личностью, столь далекой от дворцовых интриг?

Меня смущало в этой истории очень многое. Пазл просто не складывался. Я был склонен верить девчонке в том, что она спала со мной не ради работы. Об этом говорили реакции ее тела. А вот насчет остального… Слишком странно. А еще очень непонятно, почему она продолжала стоять в той же позе прямо передо мной, ни на сантиметр не двигаясь с места.

— Я… я… просто помогала другу.

— Помогала другу?

Я задал риторический вопрос, который не имел никакого смысла. Сейчас мои мысли были заняты другим. Слегка отодвинувшись в сторону, я пытался рассмотреть, что же закрывает собой эта девчонка. Но она же отзеркалила мое движение. Определенно что-то прячет!

— Ага, я же тебе говорила — я вообще жалостливая.

Больше я ее не слушал и, поднявшись, просто отодвинул ее, окидывая открывшееся пространство взглядом. Она еще что-то рассказывала, но слова вообще не откладывались у меня в голове. На первый взгляд в этой гостиной не было ничего предосудительного. Но я продолжал сканировать окружающие меня предметы, пока не наткнулся на фотографию в рамке, которая стояла прямо на журнальном столике, который так отважно закрывала Алия своим телом.