Синица в руках - Борис Петров

— а что будет с нашей дочерью? — спросила Света.

— Ничего. Я буду ходатайствовать о рассмотрении дела как допустимую самооборону.

— Но, а как же этот… — Дима замялся, вспоминая имя хозяина собаки, но ему на помощь пришел молодой парень с ноутбуком.

— Мы его привлечем, я надеюсь. У меня лежит шесть заявлений на эту собаку и ее хозяина, — сказал парень. — Будем разбираться, почему им не дали ход.

— Ну, Андрей, — усмехнулся следователь. — Посмотрим, кто кого. Хотелось бы, но видимо он кому-то очень нужен. Ну, а вы не переживайте, дочка у вас боевая, молодец. Многие мужики бы струсили, а она героиня.

Молодой сотрудник вновь включил запись, домотав до того момента, когда появилась Джессика, схватившая избивающего Диму мужчину.

— Мне кажется, что я знаю эту собаку, да и дочка мне ваша знакома, — сказал Андрей.

— Да? — удивилась Света. — А где вы ее могли видеть?

— В вагоне метро, они ехали… — парень задумался.

— Да, точно, — закивала Света, — они как-то ездили к Женьке в больницу на Профсоюзную.

— Да, верно, — подтвердил парень. — Я вышел раньше. Собака хорошая, хорошо воспитана.

— Да, Джессика умница, — согласилась Света.

— Джессика? — удивился парень, — никогда бы не подумал. Хм, а подходит.

— Андрей у нас очень любит собак. Он к нам перешел из кинологов, — объяснил следователь.

— Но почему этот ротвейлер кидался на людей? Ведь он же действительно хотел напасть на нас? — спросила Света.

— Да, это была не игра, — сказал Андрей. — Хозяин, видимо, специально натравливал собаку. Всегда виноват хозяин, собака тут ни при чем.

— Это да, — улыбнулся следователь, садясь за стол. — У моего соседа был Стаффорд, большая такая, страшная собака. Но умница, я вам скажу. У него была тогда дочка совсем маленькая, так она прыгала на него с дивана и каталась, как на лошади. Очень умная собака, никто рядом с ней ничего себе не позволял.

— Стаффорд? — переспросила Света.

— Стаффордширский терьер, — пояснил Андрей. — Очень мощная собака. При неправильном воспитании может быть очень опасна.

— Опаснее, чем этот ротвейлер? — спросила Света.

— Гораздо опаснее, стаффорд задерет ротвейлера на раз, — ответил парень.

— Ну, ты не пугай, — сказал следователь. — Дмитрий, пишите бумагу, а я ее приложу к делу.

— А что писать? — спросил Дима.

— Можете в свободной форме. Напишите все, как было. Если хотите, Андрей оставит вам запись.

— Не надо, я все отлично помню. Слишком хорошо помню, — ответил Дима.

Андрей сложил ноутбук и подошел к двери. Обернувшись, он посмотрел на Свету и сказал: — Передайте привет вашей дочке и Джессике.

— и Джессике? — удивилась Света.

— Да, ей особенно, — улыбнулся парень.

— Хорошо, — ответила Света.

— Он без ума от собак, — пояснил следователь, когда Андрей вышел, — он любит их больше, чем людей.

— Тогда он на своем месте, — задумчиво проговорил Дима, не решаясь начать писать.

— Это точно, — подтвердил следователь, хитро улыбнувшись.

19.

Прозвенел звонок. Учитель математики, высокий полный мужчина с добрым, почти всегда улыбающимся лицом и уже лысеющей головой весело махнул ребятам, и класс шумно собираясь, побежал на волю. Он принялся стирать с доски, напевая современную песенку с простым незатейливым текстом. Женя сидела на своем месте, устало подперев подбородок руками, и смотрела в тетрадь.

— Ну, что же ты, Женечка, — покачал он головой, не поворачиваясь к ней. — Плохо, моя милая, плохо.

— Я знаю, Вадим Вячеславович, — ответила она, бросив на него страдальческий взгляд.

Он повернулся и улыбнулся еще шире, небрежно вытирая руки о свитер, на его большом животе остались меловые разводы. Женя впилась в них глазами, не решаясь сказать или показать пальцем.

— А? да, опять испачкался. Видишь, какой я рассеянный, — сказал он и подошел к ней. — Контрольная что? Ерунда! Ха-ха, еще исправишь, а вот главное другое, надо понять, вот что главное. Оценки — это для родителей, а тебе нужны знания.

— Я знаю, — сказала Женя, чуть не плача. — Но я не понимаю, не понимаю!

— Ну-ну, что ты. Не надо так расстраиваться. Думаешь, я сразу все понимал в твоем возрасте? Нет, конечно же. Учитель же он как, объяснит раз, два, ну третий раз, если захочет, но а остальное дело за тобой.

— Но у меня не получается.

— Ничего, товарищи помогут. Жалко, что Даша еще болеет, вы вместе хорошо друг другу объясняли.

— Я знаю. Я тебе дам пару задачек, а потом приду и мы вместе их разберем? Хорошо? Мне просто надо на планерку к нашему завучу, — он смешно показал большую сову, на которую была очень похожа завуч старших классов.

— Спасибо вам большое!

— Да не за что, пока еще не за что. Я вижу, как ты учишься, вижу, что стараешься. В этом нет ничего позорного, что кому-то математика дается легко, а кто-то должен долго корпеть над каждой формулой. Кстати, еще неизвестно, кто в итоге будет лучше знать, неизвестно.

Так, — он подошел к своему столу и стал листать учебник. — Вот, давай все с этой страницы, они как раз подходят.

— Ого! — воскликнула Женя, в ужасе глядя на убористые абзацы задач.

— У страха глаза велики. Сделаешь одну сама, остальные будешь щелкать как орешки.

— Ну, не знаю, — засомневалась Женя, переписывая себе первую задачу в тетрадь, так советовал учитель математики, говоря, что так лучше начинаешь понимать суть задания.

— Давай, у тебя все получится, — он постучал белым от мела пальцем по парте и вышел, оставив дверь полуоткрытой.

Женя тяжело вздохнула и несколько раз перечитала задание, все слова были ей понятны, но в итоге получалось… а ничего не получалось. Она в расстройстве отодвинула от себя тетрадь, не зная, с чего начать решение, и уставилась в окно.

— А ты чего тут сидишь? — в класс вошел Ромка, а за ним Серега.

— О, это вы, — очнулась Женя. — Да вот, оставили задачки решать, а у меня ничего не получается.

— Хм, Ромка повертел учебник и положил его на место. — Я уже сдавал эту галиматью.

— Поможешь мне? — с надеждой спросила Женя.

— Неа, я уже все забыл. Начисто, как будто затерли, — весело ответил он. — Вон. Серега все знает. Давай, голова.

Серега подошел ближе и взял учебник в руки, Женя смотрела на него во все глаза, а он, чувствуя это, снял очки и стал тереть их платком, стараясь скрыть смущение.

— Это несложно, — ответил он, закончив с очками. — Могу объяснить.

— Сереж, объясни, пожалуйста, — Женя непроизвольно захлопала глазами, как учила ее Наташа, и Серега совсем поплыл, покраснев.

— О-о, — протянул Ромка, глядя на друга. — Ты смотри, она из тебя все жилы вытянет.

— Ну, Рома! — возмутилась Женя. — Ну, что ты такое говоришь?

— Да