Девять дверей. Секрет парадоксов - Надежда Реинтова

— Кого-то потеряла?

Я обернулась. Улыбаясь во всю варежку, Марун подошел ко мне и, часто дыша (наверное, очень быстро пришлось плыть обратно), схватил меня на руки.

— Пусти, ты мокрый! — вопила я. А он у уже зашел по колено в море и бросил меня прямо в одежде в набежавшую волну. Нахлебавшись соленой воды, я кое-как вышла на берег, и обиженная стала снимать одежду и выжимать ее.

— Прости, я не удержался! — со смехом произнес он и полез в багажник за моей сумкой.

Я переодевалась, не произнося ни слова, и даже не смотрела в его сторону. Он подошел ко мне уже одетый и встал передо мной на колени.

— Как мне искупить свою вину? О, прекрасная Солари! — его глаза умоляюще смотрели на меня.

— Я что-нибудь придумаю, — милостиво проговорила я и подала ему руку для поцелуя.

Он коснулся губами моих пальцев, а потом вскочил на ноги, сгреб меня в объятия и накрыл своим ртом мои губы. И моя обида мгновенно исчезла, уступив место сладкому трепету.

— Скажи, что прощаешь меня, — сквозь прерывистое дыхание проговорил Марун, — а то я не остановлюсь на поцелуе. — И в доказательство своих слов куснул меня за мочку уха, а руками проник под кофточку, игриво пробегая пальцами по спине. У меня перехватило дыхание, а тело, замерзшее от холодной морской воды, горело, ожидая новых ласк.

— Марун, мы так не доедем к тебе домой до самого вечера, — напомнила я ему цель нашего путешествия.

— Жестокая, как все красавицы, — ворчливо пробормотал он и с сожалением, оторвавшись от меня, поплелся к примверу.

Уняв свое возбужденно стучащее сердце, я села рядом с ним.

— А ты хитрец, ловко ушел от рассказа о себе, — упрекнула я его.

— Уверен, обо мне ты скоро узнаешь даже больше, чем я бы хотел.

Он посмотрел на мои вздернутые от изумления брови.

— Тетя Полетт об этом позаботиться, — пояснил он, пряча улыбку.

— А что она всем твоим предыдущим девушкам о тебе рассказывала? — поинтересовалась я, исподтишка поглядывая на Маруна.

— Я никого к себе домой никогда не возил, — буркнул он мрачно. А у меня сердце подпрыгнуло от его слов.

Это означало, что я для него была особенная! И у меня в душе разлилось тепло от осознания счастья. Только бы не спугнуть это чувство!

Дома стали попадаться реже. Мы пролетали все больше мимо виноградников, полей с золотой пшеницей. Пейзаж сменился. Теперь в окне мелькали сады, в которых работники собирали урожай. А мы все мчались вперед. Наверное, снова спустились ближе к морю, потому что стал задувать влажный ветер, да и среди деревьев уже встречались пальмы и меранты — цветущие деревья с черным стволом и гроздьями сладких сочных плодов, похожих на дыни.

Я увидела большой белый дом с серой крышей. Он ютился около обрыва с узкой тропинкой, спускающейся с него к дикому пляжу. Вокруг дома был сад со множеством фруктовых деревьев. Круглая беседка, увитая цветущими вьюнами, спряталась в зарослях азалий.

Марун приземлил примвер прямо перед входом в сад, в который вела низкая калитка, висящая на плетеном заборе. Бэрс взял меня за руку и повел через сад к дому. У меня от волнения сердце пустилось вскачь. Дверь в доме оказалась не заперта, поэтому мы тихо вошли внутрь. А я так и застыла на пороге, оглядываясь по сторонам. Все бледно-желтые стены были расписаны диковинными цветами, растениями, какие растут только в тропиках. Из кустов то тут, то там высовывались дикие звери, а на деревьях сидели яркие птицы, совсем как живые. Казалось, вот зашумишь, и они все дружно вспорхнут вверх. Я будто оказалась в джунглях. Эффект был потрясающий! Я поняла, что это творение Гаэль, ведь Марун говорил, что она очень талантливая художница.

Белая прямая лестница поднималась вдоль стены на второй этаж. Я услышала приглушенные голоса откуда-то сверху и топот.

— Руни! Ты приехал! — услышала я девичий голос.

По лестнице сбежала красивая девушка в белых бриджах и цветастом топе, которую я видела на фотографии. На бледном лице огромные синие глаза светились, как звезды, а густые темно-русые волосы тяжёлыми локонами спадали до пояса. Она подбежала к Маруну и повисла у него на шее. Он схватил ее в охапку и закружил, смеясь вместе с ней.

— Привет, кисточка! — воскликнул он. Остановился и разжал руки. Гаэль выскользнула из его объятий и увидела меня. Я прижалась спиной к входной двери, скромно наблюдая за их радостной встречей.

— Гаэль, познакомься, это Солари — моя девушка.

Сестра Маруна с интересом уставилась на меня, обратив внимание на мои влажные волосы и слегка помятую одежду. Отчего мне стало очень неловко.

— Привет! — только и смогла выдавить я.

— Здрасте, — не зная, как на меня реагировать, протянула она и посмотрела на брата, ожидая каких-нибудь объяснений.

Пока мы стояли в некотором замешательстве, по лестнице спустилась очень моложавая стройная женщина с седыми волосами, убранными в пушистый пучок на затылке и с умными карими глазами, в которых засела смешинка. Она была одета в простое, но очень элегантное платье кофейного цвета с белым кружевным воротничком и под стать ему манжетами.

— Марун, несносный мальчишка, почему ты никогда не предупреждаешь о приезде?! — нарочито строго произнесла она, хотя ее голос звучал мягко и с радостью, — Да, ты не один! — воскликнула она, увидев меня. Я смущенно опустила глаза и немного отошла назад.

— Тетя Полетт, это Солари, — представил он меня, не уточняя кто я ему, как сделал это для сестры.

— Вот грубиян, разве так представляют свою невесту, — возмутилась миссис Праер на племянника и обратилась ко мне, — Здравствуй, дорогая!

— Здравствуйте! — тихо произнесла я, смутившись от ее слов. Но поправлять не стала, а про себя решила при случае узнать у Маруна, почему это его тетя решила, что мы помолвлены.

— Насколько я понимаю, этот озорник потащил тебя в море! — заметила она мой внешний вид, — И после этого остался цел! Значит у тебя просто ангельское терпение! Марун, где ты нашел такое сокровище?

— Секрет, — посмеиваясь, произнес он. (Ну, наглец, украл мою отмазку!)

Я улыбнулась, но не нашла, что сказать.

— Пойдем в гостиную, милочка, — позвала хозяйка меня за собой. И мы вошли в красиво обставленную комнату с широкими окнами, из которых море было видно, как на ладони.

— Я принесу наши вещи, — бросил Марун и вышел из дома. Гаэль последовала за ним.

— Вот шалопай! Опять убежал от ответа! — заметила миссис Праер, и