Мои калифорнийские ночи - Анна Джолос

— Парашют не забудьте! — громко шутит кто-то в спину.

Клянусь, какой-то необузданный животный страх завладевает мной и сковывает все части тела, как только я вижу внизу голубую бесконечность. Дыхание перехватывает. Сердце неистово грохочет в груди. Срабатывает чувство самосохранения, и волнение накрывает с головой. Но я не намерена отступать… Нет, нет и нет! Да ни за что на свете!

— Смит, готова прыгнуть со мной туда? — спрашивает Рид, посылая разряды электричества по всему телу, потому что его губы задевают моё ухо. Это сбивает с толку, заставляя изрядно нервничать. Я итак сейчас очень плохо соображаю, а тут ещё и это…

Мне кажется, скажи этот парень, что у нас нет парашюта — я бы всё равно с ним прыгнула. Только потому что по какой-то неведомой причине он хочет разделить это небо со мной.

Я откидываю голову, выгибаюсь, поджимая ноги назад, и он без предупреждения выходит из самолёта.

Просто уверенно делает шаг в простирающуюся под нами бездну.

Назад пути уже нет…

Только сейчас понимаю, на что вообще согласилась. Дурная ты Дженнифер Смит! Чистое сумасшествие. На какой-то момент мир переворачивается с ног на голову и то, что я испытываю не передать никакими словами! Цензурными так уж точно… Где небо, где земля не понятно. Как он и предупреждал, меня тащит куда-то вверх-тормашками, и я понимаю, что не имею абсолютно никакого контроля над ситуацией. Тряпичная кукла, лист, подхваченный неистовым порывом ветра…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Кубарем падаю вниз вместе с ним и мысленно уже даже не задумываюсь о завтрашнем дне. Есть только эти безумные секунды, наполненные невероятными ощущениями и цветным каскадом картинок, лихорадочно мелькающих перед глазами. Ни о чём толком думать не получается. Рид фиксирует положение наших тел, и мы летим вниз, быстро набирая скорость. Впечатляющую скорость.

Поток воздуха бьёт в лицо. Уши закладывает, и на мгновение кажется, что дышать абсолютно невозможно, но это ощущение проходит так же быстро, как появилось.

Каждую клеточку моего существа пронизывает страх, смешанный с бешеным адреналином, стремительно растекающимся по венам. Кажется, что ты настолько ничтожен в сравнении с окружающим тебя пространством! Маленький человечек, падающий в пропасть…

Рид хлопает меня по плечам, и я расправляю руки, словно птица, парящая над землёй. Испуг сменяется неописуемым восторгом, когда я вижу под собой белоснежные перистые облака, закрывающие на мгновение яркую синеву неба. Словно ныряешь в сахарную вату. Это совершенно нереально. Будто и не со мной происходит вовсе! Я как та самая Алиса в Стране Чудес, открывающая для себя новый невообразимый мир, неизвестный до сегодняшнего дня.

Пока несёмся навстречу земле, я широко улыбаюсь, наслаждаясь секундами свободного падения. В какой-то момент, не стесняясь, кричу. Потому что это — самое сильное переживание в моей жизни. Острое, абсолютное, безоговорочное счастье. Невероятная свобода от всего… Проблем, неудач, нелепых правил, драм и трагедий. Есть только бескрайнее голубое небо и эйфория, калейдоскопом, взрывающая мою маленькую вселенную. Которая уже абсолютно точно никогда не будет прежней!

Это просто бомба! Запредельно. Не знаю, что за химия срабатывает в такие моменты, но прыжок с парашютом — это нечто! Эндорфины выплёскиваются в кровь в каком-то невероятном количестве. Заставляют чувствовать невероятные вещи…

Рядом с нами летит Дан. Он умудряется делать фотки. Я показываю пальцем класс, повторяя жест за Ридом, и мечтаю, чтобы это мгновение никогда не кончалось.

Буря эмоций рвётся наружу, дурацкая улыбка не сходит с лица. Только расслабляюсь, отдаваясь фейерверку, вспыхнувшему в груди, как раскрывается красивый цветастый парашют, и нас рывком подбрасывает вверх. Ещё один невероятный миг описать который у меня вряд ли получится…

Там вдалеке виднеется ставший родным Блу Бэй, слева простирается безбрежный океан, и за свои семнадцать лет ничего более красивого и впечатляющего я не видела… Испытываю дикую радость и невероятный кайф от всего того, что сейчас со мной происходит.

Мы медленно планируем под куполом, и я слышу голос Рида совсем рядом.

— Всё в порядке? — спрашивает он.

Я киваю, не в силах произнести что-либо. Счастлива. Вот и всё. Как никогда в жизни я счастлива, Рид…

Парень играючи управляет парашютом, уверенно лавируя над пропастью. И естественно пару раз он нарочно пугает меня, делая какие-то немыслимые виражи в воздухе. Это же Рид Брукс! Держу пари, он с удовольствием наслаждается тем первобытным страхом, который будит во мне этими своими трюками.

Поворачиваю голову то вправо, то влево, изумлённо разглядывая всё, что вижу под собой.

— Давай, Смит, теперь и ты попробуй поуправлять им, — решает вконец добить меня он.

Держать стропы сложно, но господи, даже несмотря на то, что Рид меня страхует, осознавать, что ты можешь задавать направление парашюту — само по себе невероятно!

Я влюблена в небо. Никогда прежде даже и близко не испытывала ничего подобного. Всё внутри замирает, настолько прекрасен этот момент. Он наполнен полным единением с собой…

Земля всё ближе. Рид напоминает мне о том, что я должна поджать ноги. Мне не хочется возвращаться, но к сожалению, мы стремительно приближаемся к полю.

И мой прекрасный сон заканчивается, оставляя после себя целый спектр эмоций. Мягко приземляюсь прямо на Рида. Он отстёгивает меня, и я тут же вскакиваю на ноги. Стаскиваю дурацкую шапочку и очки. Прыгаю, как ненормальная, отчего кудри рассыпаются по плечам. Стукаюсь кулаком с Даном, который снова меня фотографирует. Хохочет и качает головой.

Рид поднимается, снимая рюкзак. Чёртов сухарь! Такой невозмутимый, будто и не падал сейчас вместе со мной с высоты четыре тысячи метров!

И пока мой задурманенный разум в ауте, подлетаю к нему. Не раздумывая ни секунды, набрасываюсь, крепко обнимая. Я так благодарна ему! Он даже не представляет, как много для меня значит то, что он сделал…

Утыкаюсь носом в его грудь, с трудом сдерживая подступившие слёзы.

— Спасибо, Рид, — шепчу очень тихо, но он абсолютно точно меня слышит.

Не отвечает.

Солнце заливает лучами зелёные поля, простирающиеся вокруг нас. Я поднимаю голову, сталкиваясь с его растерянным взглядом. Не вижу привычной ненависти и злости. Скорее замешательство. Его глаза такие чистые и светлые, поражающие глубиной серебристого оттенка… На мгновение там мелькает что-то похожее на удивление, а потом уголок его губ едва заметно поднимается вверх. Поднимает руку, касаясь моих волос, и ветер крадёт с моих губ резкий выдох.