Мои калифорнийские ночи - Анна Джолос

Умереть можно.

Мне так больно на него смотреть…

Будто целую вечность не видела.

Под рёбрами надсадно ноет. Кровь шумно стучит в ушах, нервы как оголённые провода, и во рту, словно пустыня Калахари.

Тысячи иголочек безжалостно вспарывают старые раны, пока я отчаянно пытаюсь прогнать прочь ненужные мысли и прийти в себя.

Молча разглядываем друг друга.

Бесконечно долго и чересчур откровенно.

В его пасмурных, потемневших глазах столько всего понамешано, что это сбивает с толку.

Он такой взрослый… Ему ведь двадцать пять было весной?

Кажется, это происходит. Я тяну носом воздух, ощущая, как по щекам катятся слёзы, остановить которые не в силах.

Не знаю, сколько проходит времени прежде, чем он сокращает последнее расстояние между нами и сгребает меня в охапку, осторожно сжимая в своих руках.

И всё. Я окончательно рассыпаюсь на части. Разлетаюсь на осколки, как та разбитая ваза, что лежит теперь у моих ног.

Не могу пошевелиться, словно впала в оцепенение.

— Привет, Дженнифер…

Его спокойный голос вибрирует совсем близко, посылая волну мелкой дрожи по всему телу. Я прикрываю глаза, вдыхая запах, от которого моя грудная клетка готова вывернуться наружу.

И в голову вдруг врывается мысль о том, что там в торговом центре, мы с ним, должно быть, разминулись в несколько чёртовых секунд. Теперь я не сомневаюсь: шестое чувство меня не обмануло. Это был он…

Рид шумно вдыхает запах моих волос, и я судорожно сглатываю, замирая от короткого, властного прикосновения мужской ладони к задней поверхности моей шеи. Кожа пылает под его пальцами и покрывается мурашками.

Мне, наверное, стоит ответить. Беззаботно поприветствовать его, но в горле будто стекловата. Ведь в эту самую минуту я загибаюсь от ощущения близости его тела и горячего дыхания у моего виска.

Ничего не изменилось…

— Рид… — почти беззвучно произношу я одними губами, лишь на миг утыкаясь носом в его шею.

Четыре года…

И за всё это время, после того письма, он ни разу не изъявил желания связаться со мной.

Реальность бьёт больно. Я как будто получаю отрезвляющую пощёчину, вдруг разом вспоминая те первые месяцы без него… Дни и ночи, наполненные отчаянием и невыносимой тоской. Дни и ночи, в которые я подыхала раз за разом…

Почему, почему он ничего тогда не ответил?

Почему не нашёл возможности поговорить со мной?

Почему не хотел, чтобы я навестила его, когда он оказался в больнице, пострадав от взрыва в Израиле. Чудом уцелел ведь тогда…

Внутри меня поднимается годами копившаяся обида.

Я отстраняюсь первой. Вытираю слёзы, прижимая ладони к пылающим щекам.

Рид беззастенчиво разглядывает меня с ног до головы. И от этого взрослого, откровенного, мужского взгляда меня моментально бросает в жар. Вспыхиваю, как спичка, внезапно ощущая то острое влечение к нему, которое испытывала ещё тогда, будучи подростком.

— Худая, — тихо произносит он, неодобрительно качая головой.

Я молча наблюдаю за тем, как Рид убирает назад длинные пряди, упавшие мне на лицо.

Раньше я так часто представляла себе нашу встречу.

Зная, что однажды это произойдёт…

Но клянусь, я оказалась к этому совершенно не готова.

— Ребят, — голос Исайи звучит так громко.

Я смотрю поверх плеча Брукса. Ричи зачем-то забрался на сцену.

— Теперь точно все в сборе, так что, я, наконец, могу осуществить задуманное. Проверка микрофона, один, два, один, два, — смеётся блондин. — Предупреждаю, оратор из меня так себе.

Что он там делает? Я всё ещё соображаю плохо, а потому не совсем понимаю, что вообще происходит.

Рид слегка поворачивает голову в его сторону и забирает стопку виски с подноса проходящего мимо официанта.

— Сегодня один из моих друзей женился. И знаете что… я задумался и решил последовать его примеру.

Что???

— Дженнифер Смит, — он достаёт из кармана маленькую бархатную коробочку, и я застываю, в ужасе глядя на него. — Я не устану повторять, как сильно люблю тебя. Ты же знаешь, ещё со школы.

Чувствую, как к горлу подступает давящая паника. Потому что Ричи под одобрительный гам и свист толпы спрыгивает со сцены и направляется в нашу сторону. Каждый стук его туфлей звучит тревожным набатом в моей голове.

Он останавливается рядом с Бруксом. Берёт меня за руку, и нехорошее волнение заполняет всё моё существо.

— Дженнифер, сейчас, в присутствии дорогих сердцу друзей, в присутствии твоего брата Рида, я хочу спросить тебя…

И всего одна фраза, произнесённая им, разом вышибает из меня все остатки спокойствия.

— Ты выйдешь за меня замуж?

Лёгкая улыбка, едва заметный наклон головы.

Я в шоке смотрю на него, не в состоянии вымолвить ни единого слова. Щека горит от напряжённого взгляда Того, другого. Ведь Брукс, прищурившись, пристально наблюдает за происходящим.

— Ты примешь его, Джен? — нервничая (что ему вообще несвойственно), спрашивает блондин, протягивая мне невероятной красоты кольцо.

Голоса друзей переходят на возбуждённый шёпот, и в какой-то момент абсолютной, идеальной тишины — я понимаю: все присутствующие ждут от меня ответа…

Конец