Сверкающая надежда - София Лилли

Моя рука скользнула по лифчику вниз, к трусикам, и, не раздумывая, я просунул два пальца в ее складочку.

Я положил пальцы на ее клитор и начал совершать круговые движения, чувствуя, как она вдавливает ногти в мои лопатки, когда я двигаюсь.

— Мне нравится чувствовать, как сильно ты хочешь меня. — Прошептал я ей на ухо, чувствуя, как ее влажная киска прижимается к моим пальцам.

Боже, мне нравилось видеть, как ее тело реагирует на мои пальцы в ее киске.

— Пожалуйста, Уэс, я хочу тебя сейчас. — Умоляла она.

Мы не могли дождаться, когда же наконец почувствуем друг друга, поэтому мои боксеры оказались на полу быстрее, чем она успела произнести эту фразу.

Я отодвинул ткань ее трусиков в сторону и снова погрузил свой твердый член в ее киску.

Этот чертов первый толчок в нее, когда кончик моего члена коснулся ее влажной киски, прежде чем она приняла меня внутрь, как хорошая девочка, — это было похоже на то, как будто я попал в рай.

— Блядь. — Выдохнул я, подавая таз вперед и входя в ее киску еще глубже.

Ее вздох, когда я впервые полностью заполнил ее своим членом, сделал меня еще более возбужденным и безумным для нее. Я хотел, чтобы она забыла, как дышать, когда я буду доставлять ей удовольствие, трахая ее.

— О, блядь, Луна. Ты такая охуенно тугая… блядь. — Ампутировал я, снова вгоняя в нее свой член.

Она уперлась пятками в мой таз и придвинула меня еще ближе к себе.

— Блядь, блядь, блядь. Пожалуйста, не останавливайся, Уэс, я так близко, пожалуйста, не останавливайся.

Умоляла она, и я почувствовал, как ее киска дергается вокруг моего члена. Я положил большой палец на ее клитор и стал делать быстрые круговые движения, доводя ее до оргазма.

— Блядь. — Выдохнул я, когда она испытала оргазм, ее киска дернулась вокруг моего члена, и я кончил в нее.

Наши дыхания были быстрыми и короткими, пока мы оправлялись от оргазма и пытались вернуть дыхание под контроль.

Она смотрела на меня с широкой улыбкой, и я не мог не сделать то же самое.

Секс всегда был поверхностным, и меня волновало только удовлетворение, но Луна показала мне, сколько эмоций и любви может быть в сексе, и я понял, что это одно из самых прекрасных чувств.

Если бы кто-нибудь спросил меня несколько месяцев назад, до того, как я впервые увидел ее, я бы никогда не подумал, что эта девушка заставит меня почувствовать.

Она заставила меня познать любовь, в которую я не верил до тех пор, пока мы впервые не встретились полуголыми в моей ванной. Если бы кто-нибудь спросил меня до встречи с Луной, что такое любовь, мой ответ был бы прост.

Любви не существовало.

Любовь — это описание для людей, которые боялись остаться в одиночестве.

Они пытались за что-то ухватиться, чтобы исчезнуть из реальности, чтобы позволить себе упасть.

После того как мама бросила нас с папой, я начал бояться быть любимым.

Но когда я встретил Луну, она научила меня, что мне не нужно бояться быть любимым, потому что это самое прекрасное чувство, которое я когда-либо испытывал с ней.

Она дала любви причину, в которую можно верить, которой можно придерживаться, и придала сил.

Луна была похожа на луну. Она пряталась при свете дня и сияла во всей красе ночью.

Она была моей Хейзел Баг.

С того момента, как она впервые посмотрела на меня своими ореховыми глазами, я понял, что не смогу избавиться от нее, как от жука. Я был обречен.

Луна была моим определением любви.

59. Луна

Мы с Уэстоном были именно тем, что нам было нужно, чтобы исцелить друг друга. Он был всем, чего я хотела.

— Перестань смотреть на меня. — Пробормотала я, закрыв глаза.

— Я не могу перестать смотреть на тебя.

На этой фразе я не могла не усмехнуться и не спрятаться под одеяло.

— Я пока не хочу возвращаться домой. Мне здесь нравится. — Мечтательно пробормотала я под одеялом.

— Мы не обязаны возвращаться, если ты не хочешь, но у меня есть идея.

Уэстон встал с кровати и собрал всю одежду. Он бросил мне мою, пока надевал свою.

Я потерла глаза и попыталась привыкнуть к яркому свету в комнате.

— Что ты делаешь?

— Одеваюсь, и ты должна сделать то же самое, если хочешь пойти со мной.

Я смотрела, как Уэстон застегивает брюки и натягивает через голову толстовку.

Я смотрела на него, все еще не понимая, сплю я или бодрствую, и это просто моя реальность.

— Пойти с тобой?

— Позволь мне сделать тебе сюрприз, Луна. — Улыбнулся он и обхватил руками бедра, ожидая, пока я надену одежду, лежавшую передо мной на кровати.

Я последовала за ним вниз, и дом залил дневной свет, и яркие цвета и мебель снова выглядели по-другому в лучах солнца.

— Надень обувь.

Я сделала, как он сказал, и влезла в туфли. Мы вошли в гостиную, и через большое окно, выходящее на улицу, впервые увидели пляж при дневном свете.

Мы с Уэстоном прошли с террасы на пляж, и первое, на что я обратила внимание, — это тонкий слой снега на песке. Горизонт моря был затянут туманом, вода темная.

Я не могла не поразиться.

— Это самое красивое, что я когда-либо видела. — Сказала я в изумлении.

— Это действительно так. — Мечтательно посмотрел на меня Уэстон, когда я повернулась к нему, а он уже смотрел.

Вот здесь мы сейчас и стоим.

Только Уэстон и я.

Я обхватила его за плечи и прислонилась к его груди, чувствуя, как регулярно бьется его сердце. Мы оба стояли на берегу, рука об руку, наслаждаясь присутствием друг друга.

Никогда в жизни я не чувствовала себя такой любимой и родной.

Я оттолкнула его от себя, говоря себе, что ненавижу его, чтобы создать как можно большую дистанцию, полностью отбросив мысли о том, что он тоже страдает от автокатастрофы.

— После того как я потеряла Итана, я думала, что потеряла и тебя. — Пробормотала я, упираясь подбородком в его грудь и глядя на него сверху.

Его глаза встретились с моими.

— Луна, ты никогда не теряла меня. Я бы никогда не позволил этому случиться. Я ждал тебя, надеялся, что ты захочешь простить меня, — тихо прошептал он, — посмотреть на меня и увидеть человека, который любит тебя больше всех, а не того, кого ты ненавидишь. — Продолжил он, и я почувствовала его теплое дыхание