Среди самцов - Фиона Уокер

Лидия чувствовала себя чрезвычайно испорченной и гадкой женщиной. Это чувство возникло у нее с первой минуты, как она проснулась и вспомнила, что произошло. Она перекатилась на постели и пощупала лежавшую рядом подушку. Она была холодна и источала чужой, незнакомый, даже, пожалуй, враждебный запах. Мужчина, который был с ней ночью, исчез. Поскольку Лидия находилась у него в квартире, опасаться того, что он просто-напросто от нее сбежал, не приходилось. Оставалось только предположить, что он поднялся раньше ее, чтобы отправиться по делам или на работу.

Потом Лидия подумала о Джун и зажмурилась: до того ей вдруг стало стыдно. Все-таки она, Лидия, ужасная подруга. Ведь Джун ничего особенного от нее не требовала — просто хотела, чтобы она с ней попрощалась, пожелала ей доброго пути, но она и этого не сделала. Что же касается Финли… никакой подлости по отношению к Финли она не совершила. Наоборот, то, что она сделала, было своего рода проверкой боем. Надо же узнать, как функционируют после длительного воздержания все твои системы. Чтобы в первую брачную ночь не ударить лицом в грязь, быть в форме и показать Финли, чего ты стоишь. Когда долгое время не занимаешься сексом, организм и чувства ржавеют. Время от времени им нужно устраивать профилактику — как перезимовавшему в гараже автомобилю. Иначе просто забудешь, что такое секс и как им занимаются.

Лидия прислушалась. В квартире стояла мертвая тишина. Чтобы окончательно убедиться, что хозяина нет дома, Лидия, зевая, поднялась с постели и отправилась в небольшое путешествие по апартаментам, заглянув прежде всего в ванную. Никого. Тут ее взгляд упал на висевшие на стене часы. Стрелки показывали начало восьмого, и Лидия подумала, что при желании может еще успеть в аэропорт Хитроу и помахать на прощание Джун и Джею.

Времени, чтобы сплести историйку, объяснявшую ее отсутствие на вечеринке, у нее оставалось предостаточно.

Одетта, проснувшись, тоже ощутила незнакомый мужской запах. Правда, в отличие от случая с Лидией мужчина находился с ней рядом. А еще с ними в кровати спал спаниель.

Приподняв голову, Одетта осмотрелась. Рядом, у окна, на походной складной кровати тоже кто-то спал. Спали и в лежавших на полу спальных мешках. Все эти спящие люди издавали носами и ртами звуки самого широкого диапазона — от удивительно нежных и тонких до низких и басовитых, сходных с собачьим рычанием.

У Одетты возникло странное ощущение, что она находится в палатке полевого госпиталя неподалеку от места, где развернулось сражение.

Джуди удалось-таки воплотить в жизнь свой план и оставить гостей ночевать. Когда они, сделав вид, что уезжают, начали один за другим покидать дом, Джун плакала, а Джуди шептала на ухо уходившим, чтобы они ехали к гостинице «Смитси-Инн» и там на стоянке дожидались условного часа.

Когда гости, простояв минут сорок на парковочной площадке, вернулись к ее дому, выяснилось, что Джун еще не ложилась. Она никак не могла найти свой паспорт и по этой причине стала перетряхивать весь свой багаж. Пришлось внести в первоначальный план кое-какие коррективы. Говард, ежеминутно прижимая указательный палец к губам, провел молодых людей в пустующий амбар, где они, щелкая зубами от холода и попивая предложенный им Говардом самогон, просидели не менее часа в ожидании, когда Джун наконец уляжется.

Ничего удивительного, что, когда гости попали в дом, они не были особенно разборчивы относительно того, где, с кем и на чем им спать. Во-первых, все жутко продрогли и устали, а во-вторых, самогон оказался в сто раз действенней любого снотворного.

Джуди, как это с ней не раз бывало, проспала. Говард же, который, чтобы не слышать храпа своей супруги, вставлял в уши затычки, тоже, ясное дело, не услышал звон будильника.

Зато его услышала Джун, спавшая в соседней комнате.

— Между прочим, будильник все звонит и звонит, а реакции никакой, — встревоженно сказала она Джею. — А еще я никак не могу отделаться от ощущения, что по дому ночью бродили какие-то люди. Может быть, к нам проникли грабители, связали маму с папой и сунули им в рот кляп?

— По дому, скорее всего, бродили собаки, — зевнув, сказал Джей. Он тоже плохо спал в эту ночь, поскольку Джун, разыскивая паспорт, открыла все чемоданы и не менее двух часов перебирала вещи, перекладывая их с места на место.

— Ничего подобного. Я заходила вчера к ним. Они спали, как сурки, — озабоченно произнесла Джун.

— Тогда это мыши, — сказал Джей, перекатился на другой бок и накрыл голову подушкой.

— Никогда не поверю, что мыши могут так топать. — Джун окончательно проснулась, посмотрела на часы и потянулась к халату. — Заварю-ка я чай. Думаю, ты тоже выпьешь чашечку. А, Джей?

Джей не отвечал.

— Чаю хочешь?! — гаркнула Джун прямо в ухо Джею, предварительно сорвав у него с головы подушку. Тот от неожиданности едва не скатился с кровати.