Пламя - Пенелопа Дуглас

– О боже, – произношу, едва не подавившись воздухом.

Мы мчимся по трассе; моя племянница резко переключается с третьей на пятую, пропустив вторую и четвертую передачи. Я часто дышу, оглядываясь по сторонам в поисках остальных машин.

С соперником слева разрыв минимальный, а тот, что справа, идет ноздря в ноздрю. Дернув руль влево, Дилан преодолевает первый поворот и опять летит вперед, виляя туда-сюда на легких виражах, после чего включает пятую передачу. Машина справа отстает, однако белая «хонда» равняется с нами.

Освещение трека мелькает за окном, напоминая падающие звезды; я хватаюсь одной рукой за поручень, а второй стискиваю ремень безопасности.

Впереди маячит крутой поворот направо. Мельком глянув на Дилан, вижу напряженные мышцы ее рук и стиснутые челюсти.

Она притормозит? Мы перевернемся на такой скорости!

– Дилан.

«Хонда» не уступает, похоже, он собирается преодолеть поворот вместе с нашей машиной.

– Дилан, – снова предупреждаю я. Ей нужно сбавить скорость.

Вместо этого она врубает шестую передачу и рычит:

– Пошли они.

Девушка поддает газу; музыка грохочет, наполняет весь гребаный салон.

– Да, черт побери! – вопит Дилан. – Спасибо, Хантер! Ю-ху!

– О мой бог! – кричу я, накрыв лицо ладонями, потому что не могу на это смотреть.

Мое тело бросает в противоположную сторону, когда она поворачивает, крутящий момент тянет нас. Я визжу, зажмурившись, и ощущаю, как машина накреняется. В животе порхает армия бабочек.

– Офигеть! – взрываюсь я.

«Сильвия» выравнивается, шины с моей стороны возвращаются на асфальт. Резко оглянувшись, замечаю, что оба соперника остались позади. Синий автомобиль теперь прилично отстает.

Адреналин разливается по венам. Каждый волосок на моих руках встает дыбом.

Я смеюсь, не в силах сдержать шквал эмоций.

– Давай, давай, давай! – подгоняю племянницу.

Она улыбается мне, а я включаю музыку на полную громкость.

Повороты Дилан преодолевает быстро и гладко – налево, направо – и выходит на последнюю четверть дистанции.

Белая «хонда» опять подкрадывается к ней. Внезапно что-то плюхается в водительское окно. Мы обе подпрыгиваем от неожиданности, нас заносит. Дилан бросает взгляд в сторону, воюя с рулем в попытке вернуть контроль над машиной.

– Какого черта? – рычит она.

Белый комок мокрой бумаги, судя по всему, прилип к стеклу, постепенно распадаясь на мелкие фрагменты.

– Урод, – кричит девушка, нажимает на кнопку и опускает стекло.

– Дилан, не надо.

Но она не слушает.

Парень из другой машины, с черными волосами и наглой улыбкой, оскаливается на нее.

– Уэстон шлет привет, пиратская сучка!

Я испускаю стон. Серьезно?

Вернув внимание к трассе, моя племянница вновь включает шестую передачу.

– Дилан! Сбавь скорость! – выкрикиваю я, пока она приближается к последнему повороту.

– Нет! – ворчит Дилан. – Тупой кусок дерьма. Это трек Фоллз. Он не смеет нам хамить.

Уэстон – один из самых заядлых соперников Шелберн-Фоллз Хай. Они наведываются сюда только для того, чтобы развязывать конфликты. Уэстон и Сент-Мэттьюз, частная школа в окрестностях Чикаго. Порой обе школы объединяются и задирают «Пиратов», нашу футбольную команду, а заодно и всех остальных учеников Шелберн-Фоллз.

– Ага, давай, попробуй стать своим папочкой, детка, – подначивает ее парень. – Силенок не хватит!

– Ты разве не слышал? – кричит Дилан в окно. – Я вся в маму!

И она разгоняется еще сильнее.

– Дилан! – ору я, вцепившись в поручень.

Мы входим в поворот, однако «хонда» движется по внутреннему кругу и отступать не планирует. Угол его поворота увеличивается, вытесняя Дилан с трека. Мы летим в кусты. Я замечаю, что машину парня тоже выбрасывает на газон. Нас подбрасывает на сиденьях, потому что «Сильвия» съезжает на неровный грунт, и дергает вперед, когда машина резко останавливается и глохнет.

Мои плечи горят в тех местах, где ремни безопасности сдавили кожу.

Тяжело дыша, я спрашиваю:

– О боже, ты цела?

Поворачиваюсь к племяннице, но она уже отстегивает ремень и выскакивает из машины.

Я несколько раз сжимаю и разжимаю пальцы, оценивая, все ли со мной в порядке, прежде чем тоже отстегнуть свой ремень.

Выбравшись из машины вслед за Дилан, вижу бегущую к нам толпу.

Справа уэстонский говнюк выползает из своей колымаги, потирая голову.

Добравшись до нас, Джаред обхватывает ладонями лицо дочери, осматривает ее с головы до ног.

– Ты в порядке?

Она тяжело дышит, все еще не оправившись от встряски, и кивает:

– Да.

Брат подходит ко мне.

– Ты не ранена?

– Нет.

Мэдок, Джекс, Тэйт и Фэллон подбегают следом, вьются вокруг нас, проверяют наши конечности в поисках любых синяков и царапин. Кольцо сопереживающих сжимается так тесно, что мне становится трудно дышать.

Джаред вплотную приближается к парнишке из Уэстона.

– Если бы я не был взрослым, ты бы сейчас валялся на земле, – угрожающим тоном произносит он. – Проваливай ко всем чертям с этого трека и больше никогда не возвращайся. Ты в черном списке.

Парень отворачивается, хмурясь, в то время как мой брат нависает над ним.

– Дилан, с тобой все в порядке? – Хантер протискивается сквозь толпу.

Вдруг сбоку доносится плавный голос Кейда.

– Ну, – говорит он, широко улыбаясь, и подходит к виновнику переполоха, – мне повезло, что я не взрослый.

Кейд ударяет парня по лицу. Пошатнувшись назад, тот врезается в Дилан. Они вдвоем падают на гравий. Девушка вскрикивает:

– Ай, черт.

– Кейд! – Хантер орет на своего брата, расталкивая людей, чтобы добраться до нее. Стащив уэстонца с Дилан, он помогает ей подняться, затем переворачивает ее руки и осматривает царапины на ладонях.

Его близнец этого даже не замечает.

– Когда приходишь к Фоллз, – предупреждает Кейд, нагнувшись и схватив парнишку за воротник, – бери с собой подкрепление, гребаный идиот.

– Довольно! – Мэдок оттаскивает сына от него.

Кейд отпускает парня, после чего усмехается вместе со своими друзьями.

– Всем очистить трек! – рявкает Джекс, пытаясь оттеснить людей назад. – Сейчас же! Нам нужно больше места!