Знак - Кристина Вдовкина

Паника вернулась.

Я знала это место.

Здесь недалеко нашли тело Джона.

Мы вернулись в начало.

Дернулась еще раз, пытаясь пошевелить руками, но ужаснулась. Все мои конечности были связаны. Веревка впивалась в кожу, но я не ощущала боли. Только чувствовала, как при каждом движении царапаю спину о ствол дерева.

Моргнула, медленно осматриваясь. Брови сошлись на переносице, когда я заметила чей-то силуэт. Сощурилась, различая в нем девушку. Её длинные волосы казались огненными под светом, что откидывало пламя костра. Она сидела на земле, поджав ноги, и внимательно наблюдала за чем-то, чего мое зрение не доставало.

– Хэй, – позвала, но это тут же зашлась в приступе кашля. Мое горло рвало от сухости.

Девушка медленно повернула голову в мою сторону, спокойно заглядывая в глаза.

– Ева, – слетело с моих губ.

Завороженно проследило за каждым движением моей одноклассницы. Она не была связана. Просто сидела, поглаживая вполне выпирающий из-под черного плаща животик. Её волосы были заплетены в косу и лежали на плече. Она не выглядела потерянной или напуганной, скорее наоборот. Это вызывало непонимание, но страх, что скребся где-то внутри меня, заставил продолжать:

– Ева, помоги мне, – проглотила слюну, смочив горло, – нужно выбираться, Ева. Мы должны спасти остальных.

Ева поднялась с земли, выпрямившись. С интересом наблюдала за моими действиями, но сохраняла молчание. Всполохи огня отплясывали на её лице ритуальные танцы, странно изгибаясь, словно щупальца. Она огляделась и все же решила подойти, медленно переступая через ветки.

– Что происходит? Почему мы здесь находимся? Птица здесь? Ладно, просто помоги мне, и мы убежим отсюда… – начала шепотом, когда она подошла в плотную, но меня перебил чей-то громкий голос:

– ЕВА!

Вздрогнула, замолкнув. Внутри все съёжилось и я опустила взгляд, боясь увидеть настоящего Птицу. Вытянула вперед связанные веревками ноги, чтобы Еве было легче развязать, и встряхнула ими. Но ничего не последовала. Бросила на Еву отчаянный взгляд.

Она смотрела на меня не отрываясь, но её взгляд не отзывался на мои мольбы о помощи. Ева посмотрела на меня в последний раз и покорно развернулась, оставляя меня. Ушла в сторону костра, а мои глаза стали шире. Настолько, что начали болеть, ведь впереди я увидела Птицу.

Ева остановилась у костра, опустив голову перед существом, что шло на встречу. Я подогнула ноги к себе, наклоняясь вперед. Веревки въелись в нежную кожу запястья, но я даже не морщилась, стараясь разглядеть существо. Каждый раз, когда я засыпала, его маска всплывала перед глазами и сейчас, когда я могу хорошо разглядеть её, я поняла. Это куда страшнее. Маска чумы. Средневековье. Пугающее время темноты. Он пришел оттуда. Маска поглощала свет. Черная, обтянутая обожженной кожей. Длинный клюв с заклепками по всей длине и глаза бусинки. Стеклянные.

Но вот что странно, на Птице был тот же плащ, что и на Еве.

– Проснулась только одна, – донесся до меня отдаленный голос, и Ева покосилась в мою сторону. Из-за её спины выглянул Птица и я сглотнула, вжавшись спиной в ствол дерева. Птица смотрел на меня какое-то время и затем выпрямился, одобрительно похлопав Еву по плечу.

Мои ноги онемели, когда я поняла, Ева и была сообщником. Она всегда была рядом с нами, видела Кристин в лесу, пыталась поговорить. Но неужели она могла убить Джона, отца своего ребенка?

Моргнула, заставив себя отвести взгляд в сторону, чтобы остыть, но неожиданно что-то в моей груди упало, вдребезги разбиваясь у самой земли. В том месте, где до этого сидела Ева, зачем-то наблюдая, сейчас лежала Кристин. Она также была привязана к дереву, но находилась почти спиной ко мне, поэтому в первый раз я её не заметила. Её белое платье приобрело грязно-бурый оттенок, а лицо покрылось капельками пота, отблескивающими под светом костра.

Не могла разобрать дышит ли она или это все происки фантазии. Наклонилась в сторону, но проклятые веревки сдерживали, выводя меня из себя. Дернулась, в попытке их разорвать. Барахталась, морщась от боли, но не могла выбраться. С ненавистью во взгляде посмотрела на Птицу, но замерла. Чуть дальше, слева от меня лежал Люк.

– Люк, – слетело с губ.

Он был также привязан к стволу дерева. Его тело почти свалилось в бок, но веревки сдерживали в определенном положении. Он был без сознания. Я с ужасом заметила, как кровь стекала по его лицу, собираясь на подбородке, и густыми каплями падала на черное пальто. Его лицо было бледным и мокрым от пота. Обычно кудрявые локоны превратились в сосульки крови, в которых застряли ветки и листья.

Если Люк, Кристин и я здесь, то где сейчас Дилан?

Не моргала, когда взгляд скользнул дальше. В паре метрах от Люка, точно в таком же положении, лежало тело. Его длинные темные волосы скрывали половину лица, но даже так я узнала их хозяина. Узнала эти темные брови и веснушчатое лицо Эмили. Она, кажется, приходила в себя, ведь её голова немного покачивалась, словно Эмили пыталась вырваться из сна.

Получалось, что все мы были привязаны в полукруге. Посередине горел костер, достаточно большой, чтобы поглотить наши души. И это пугало, но не так, как осознание того, что О’Коннелла рядом с нами не было.

Выпрямилась, опираясь спиной о дерево, и всеми силами сдерживала дрожь:

– Что тебе нужно? – мой голос прозвучал громко, но вокруг горла сжимались кольца, сдавливая и не пропуская воздух в легкие. Я покраснела, но продолжила смотреть на Птицу.

Ева обернулась, раскрыв рот, но Птица положил ладонь ей на плечо и Ева опустила голову, отступая. Птица посмотрел в мою сторону, храня молчание пока Ева не скрылась из его поля зрения. Переплел пальцы в замок, держа их за спиной, и это мне кого-то напомнило.

Шорох шагов. Поджала губы, с презрением наблюдая за приближением Птицы. Он остановился у моих ног. Его плащ поднялся под очередным порывом ветра. Я съежилась, но тут же распрямила плечи, следуя взглядом за Птицей, что присел рядом со мной. Вблизи, эта маска казалась ещё отвратнее.

Крепко сжала челюсть, дрожа внутри:

– Что. Тебе. Надо?

– Ты никогда не задумывалась над своими действиями, Алекс? – прошептал он, не игрушечным, как в его звонках, а своим настоящим голосом. Этот голос точно не принадлежал Дилану, и облегчение теплой волной окутало мое тело, я даже не думала, что так напряглась из-за возможного предательства О’Коннелла, – Когда тебе причиняли боль, ты хотела уничтожить источник этих чувств? Убить человека, нет?

– Нет.

– Это правильно. С одной стороны, я тоже не должен был убивать людей, ведь никогда не знаешь, кто их заменит. Кто встанет на их место и вполне вероятно окажется более губительным, чем противник до этого. Неизвестное всегда опаснее, но дело в чем, Алекс? – Птица поднял руку, пытаясь дотронуться до моего лица, но я дернулась, вжимаясь спиной в ствол дерева. Тяжело задышала через нос, отвернув голову в бок, – Ну что ж, – он вздохнул, опустив руку, и поднялся, – не знаю, кто придет на ваше место, но точно знаю, на чье место пришли вы и теперь должны умереть.