Что, если мы поверим - Сара Шпринц

Скотт улыбнулся:

– Пытаюсь, по крайней мере.

– У тебя очень хорошо получается.

– Люблю, когда ты в роли моего персонального коуча.

– Я всегда в этой роли.

– Мама еще хотела знать, когда примерно мы приедем.

– На ужин?

Он кивнул, а я замолчала.

– Тебе не хочется, верно?

– Нет, вообще никакого настроения, – сознался он.

– Тогда давай пойдем в другое место, – предложила я.

Скотт с удивлением посмотрел на меня.

– А почему бы и нет, – сказал он наконец. – Мне больше нравится идея съесть бургер на пляже, чем в стейк-хаусе на Сансет-стрип.

Я невольно улыбнулась:

– И мне.

* * *

Мать Скотта так и не поняла, почему мы, как договаривались, не пошли ужинать вместе с ней и девочками. Поначалу мне было неловко, что мы их подводим. Но так было лучше для Скотта, поэтому мы купили на вынос сытный ужин и скоротали вечер без назойливых разговоров на отдаленном пляже между Санта-Моникой и Малибу. Провожали уходящее за горизонт солнце, видели, как небо окрасилось в розово-оранжевые тона, – все было замечательно.

Скотт мог не опасаться повального внимания к своей персоне. Теперь его узнавали чаще, чем раньше, намного чаще, чем в Ванкувере, вероятно, потому, что в Лос-Анджелесе каждый надеялся встретить знаменитость. Пока мы избегали людных мест, встречи с фанатами случались относительно редко. Большинство из них вели себя исключительно мило и, сделав фото со Скоттом и взяв у него автограф, без лишних напоминаний оставляли его в покое.

Но все же я была рада, когда на следующее утро нас отвезли из отеля в аэропорт, где мы стали ждать посадку на обратный рейс до Ванкувера.

Скотт сидел рядом и читал с телефона какой-то текст для учебы, который был ему нужен на следующий день. Я застряла в Ватсапе в чате с Лори и Эмметом, которые предложили в четверг провести вечер за совместным просмотром фильма.

– В четверг? – переспросил Скотт с отсутствующим видом, когда я прочитала ему сообщение. – Да, хорошая идея. Сэм не работает?

– Нет, у него, по всей видимости, до этого ночное дежурство, а потом он свободен, – предположила я. – Так мне соглашаться? – Я тихонько засмеялась. – Лори спрашивает, не позвать ли нам Коула или это слишком.

– Потому что он единственный, кто без пары?

– Да. – Я ухмыльнулась. – Он мог бы пообниматься с Китсилано.

Скотт усмехнулся и вернулся к чтению. Набирая ответ, я угловым зрением заметила человека, направлявшегося в нашу сторону. Я подумала было, что это очередной фанат, но потом увидела униформу пилота. На нем, правда, не было фуражки КВС, а темно-синий китель был перекинут через ручку чемодана, но форменные брюки и белая сорочка с четырьмя галунами на погонах не оставляли сомнения.

Я нахмурилась, когда увидела, что он идет прямиком к нам. Он что-то хочет от Скотта? Мужчина смотрел прямо на него, но Скотт был так сосредоточен на чтении, что ничего не замечал. Я уже хотела подтолкнуть Скотта, но тут человек в форме заговорил.

– Ready for the homebound flight?[4] – спросил он, Скотт вскинул голову и застыл. До меня дошло, и мои мысли остановились.

Глаза цвета Тихого океана. Глаза Скотта на этом загорелом и испещренном мелкими морщинками лице. Неприметная надпись рядом с вышитым на нагрудном кармане сорочки логотипом авиакомпании.

Captain William Plymouth

Это был он. Отец Скотта.

– Какого… – начал было Скотт и тут же умолк.

– Привет, парнишка, – сказал его отец, и у Скотта навернулись на глазах слезы.

Они обнялись, а у меня мурашки побежали по коже.

– Ты что здесь делаешь? Откуда ты узнал?..

– Скажи спасибо своей маме, – ответил отец. – Я увидел ее бестактные посты. Там написано, что вы были в Эл-Эй, но уже опять уехали. Я надеялся застать вас.

– Я не знал, что ты тоже здесь.

– Не должен был, но поменялся с коллегой.

Скотт недоверчиво посмотрел на отца:

– То есть… сколько у нас есть времени?

– Дай подумать, – сказал тот, взглянув на свои дорогие часы. – Мой рейс в четырнадцать тридцать пять.

Скотт на мгновение застыл:

– Куда ты летишь?

– Vancouver International.

Тишина.

– Как… я имею в виду… у тебя там остановка?

Отец Скотта слегка улыбнулся, а я затаила дыхание.

– Я лечу с вами. В качестве пассажира. У капитана нашлось место в первом классе рядом с вами.

– Но… почему? У тебя отпуск? Я не знал…

– Я видел твои интервью, Скотти, – объяснил отец, и на этот раз слезы блеснули в его глазах. – Я очень сожалею, что меня не было рядом с тобой все это время. У меня был рейс из Кейптауна в Эр-Рияд и обратно. Потом мне удалось поменять Сан-Пауло на Лос-Анджелес, и вот я здесь. – Отец замолчал. Он смотрел на своего сына. – Я так горжусь тобой, Скотт.

Стон, который вырвался у Скотта, пронзил меня насквозь.

– И я бесконечно сожалею, – сказал отец. – Что меня не было рядом, когда ты нуждался во мне. Что я не хотел этого видеть и оставил тебя одного.

Скотт сгреб в пальцах рубашку отца и замотал головой.

– Но теперь я не уйду. Я здесь, чтобы выслушать, если ты все еще готов со мной поговорить.

Глава 42

Когда мы в четверг вечером поехали смотреть фильм, Скотт выглядел спокойным и безмятежным. Время, проведенное с отцом, многое расставило на свои места. Уильям переночевал в Дип-Коув у сына, позавчера они ходили гулять, и я узнала от Скотта, что отец рассказал ему о своем брате. Вероятно, последние дни были для Скотта эмоционально очень тяжелыми, но после того, как мы утром проводили Уильяма в аэропорт, Скотт как будто немного пришел в себя.

Он отклонил мое предложение не ехать смотреть кино. Если бы после столь насыщенного уик-энда ему потребовалось побыть одному, я бы поняла, но, кажется, он был рад поехать на эту вечеринку. По дороге мы заскочили в Thrifty Foods за мороженым Reese’s и за M&Ms. Лори уже выбрала фильм, узнав про который Эмбер и Эммет одновременно закатили глаза.

– Это же Дисней, – Лори встала на защиту новой экранизации «Мулан», перед тем как упасть на диван в объятия Сэма.

Эм&Эмс, Эмбер с Эмметом, разумеется, взяли себе и непрерывно шуршали упаковкой, вызывая тем самым недовольство Лори.

Скотт теснее прижал меня к себе. Так классно было сидеть рядом с ним и со всеми остальными и на несколько часов забыть, что за пределами этих стен существует другая реальность. Но даже она не была способна довести