Суженый босс - Меган Куин

— Мистер Уэстин. Тут кое-кто хочет навестить Вас, кого нет в Вашем списке. Леди утверждает, что она Ваша бабушка?

— Не его бабушка, придурок, — раздается голос на заднем плане. — Бабушка Чарли.

— Прошу прощения. К Вам приехала бабушка мисс Кокс.

Я выпрямляюсь и смотрю на свои дырявые треники и испачканную рубашку.

Дерьмо.

— Э-э, пропустите её.

Я вешаю трубку и оглядываю свою квартиру. У меня два варианта: навести порядок в квартире или привести себя в порядок. Кофейные кружки на журнальном столике и пустые коробки из-под выпечки нужно убрать, поэтому я решаю навести порядок у себя дома.

Я быстро собираю весь мусор и несу на кухню, где разбираю коробки для утилизации и аккуратно отправляю кружки в посудомоечную машину. Собираю разбросанную одежду, закидываю ее в спальню и иду за подушкой и одеялами с дивана, когда раздается стук в дверь.

Боже, какая она шустрая.

Я иду в прихожую, смотрю на себя в зеркало рядом с дверью и содрогаюсь. Да, я выгляжу так, словно переживаю разрыв. Думаю, она и так это знает.

Глубоко вздохнув, открываю дверь. Бабушка Чарли выглядит такой же потрепанной, как и я, напоминая мне о том, что произошло, что она сделала.

— Рэт, спасибо, что позволил мне подняться.

Я хватаюсь за дверной косяк, но пока не впускаю ее.

— Чем могу помочь?

Руки уперты в бока, в глазах та же искра, что и в глазах Чарли, и это даёт мне немного покоя, какую-то связь с Чарли.

Будучи энергичной восьмидесятилетней старушкой, она протискивается мимо меня и заходит в мою квартиру со словами:

— Ты дерьмово выглядишь.

Я закрываю за собой дверь и отвечаю:

— Могу сказать о тебе то же самое.

Она осматривает квартиру и указывает на диван.

— Ты спишь на диване?

Я киваю.

— Да, не хочется спать в постели без нее.

— Я так и знала. — Она поворачивается и указывает на меня пальцем. — Ты томишься от любви.

— Да, можно и так сказать.

Я почесываю затылок и плюхаюсь на диван.

Она садится в одно из кресел и кладет сумочку на журнальный столик, который только что был заставлен кофейными кружками. Остались круглые отпечатки от кофейных кружек.

— Итак если ты влюблен, почему не хочешь добиться ее?

— Знаешь, я думаю, тебе следует начать разговор с извинений, а не с лекции. Ты мне небезразлична, Дженис, но ты солгала. Этот дерьмовый поступок опечалил меня.

Она аккуратно складывает руки на колени.

— Да, я осознаю, какой вред причинила. Поверь, моя внучка тоже не хочет со мной разговаривать.

— Тогда зачем ты это сделала? Зачем тебе понадобилось так расстраивать людей?

— Потому что. — Она вздергивает подбородок. — Знаю, что могу показаться чокнутой старухой, но кое-что понимаю в жизни. Я понимаю, когда вижу связь между двумя людьми, и также знаю, когда эти двое — искалеченные души. Мой день рождения. Я сразу поняла, что вы двое созданы друг для друга, но чтобы это произошло, нужно было приложить немало усилий. Жалею ли я о своих поступках? Да, но я не жалею о том, что пыталась свести вас, потому что в глубине души знаю, что вы созданы друг для друга.

Выдохнув с досадой, я говорю:

— Ты сказала ей, что больна.

— Хочешь сказать, что ты не лгал ей?

Не поспоришь.

Я решительно скрещиваю руки на груди и говорю:

— В моем случае все было не так плохо, как в твоем.

— Сердце может выдержать, только то, что ему по силам. Ты, возможно, и не так плох, по большому счету, она влюбилась в тебя, тебе принадлежит ее сердце, а ты им манипулировал. Но в данный момент мы не соревнуемся, кто сильнее обидел Чарли. Я здесь, потому что хотела бы извиниться перед тобой за тот стресс, который, возможно, причинила. Ты мне очень нравишься, Рэт, и я искренне надеюсь, что ты сможешь уладить все с Чарли, потому что вы двое, — она замолкает, и ее руки опускаются на грудь, — заслуживаете того, чтобы всегда быть вместе.

— Черт.

Я встаю и обнимаю ее. Ее хрупкое тело прижимается к моему, и она плачет у меня на груди.

— Я хочу, чтобы вы двое были счастливы. Пожалуйста, пообещай, что не откажешься от неё, не оставишь попыток вновь заслужить ее любовь.

Я целую ее седые волосы и крепко прижимаю к себе. Мое сердце болит за Дженис.

Я знаю, что она опустошена. Она потеряла свет в своей жизни.

— Обещаю. Я никогда не сдамся.

— Спасибо.

Глава тридцатая

ЧАРЛИ

Мой телефон издает звуковой сигнал.

Очередное сообщение от Рэта.

Я не стала смотреть, что он написал. Я знаю, к чему это приведет. Его сообщение ослабит меня, заставит грустить обо всем, что я потеряла, и снова заставит плакать.

Это порочный круг, по которому я блуждаю всю неделю. Получаю от него сообщение, читаю их, плачу. Снова и снова, снова и снова.

Дошло до того, что у меня постоянно болит голова от слез, и это никак не проходит. Вот почему я лежу в постели субботним днем, вместо того чтобы что-то делать.

Когда я приехала к родителям, они даже не спросили, что я здесь делаю. Бабушка позвонила и все объяснила. Они помогли мне отнести вещи в мою детскую комнату, а потом предоставили меня самой себе. На следующий день мама принесла мне свои знаменитые черничные кексы. Я откусила небольшой кусочек, но на этом все закончилось. Вечером папа принес мне суп. Я съела несколько ложек.

И так продолжалось всю неделю. Я практически не выходила из своей комнаты, только изредка. Родители приходили поговорить со мной, поиграть в карты, составить мне компанию, но они не давили на меня. Они знают, какую огромную боль я испытываю.

Они знают, что бабушкина ложь причинила мне сильнейшую боль, и, что я опустошена из-за Рэта.

А как иначе?

Я думала, что он любит меня. Я верила, что это так. Я думала, что он заботится обо мне, но это было не так. Он заботился о своих интересах и использовал меня как инструмент для улучшения своих перспектив, чего я никак не ожидала от него.

И самое ужасное, что я на самом деле верила ему. Все, что он говорил, как смотрел мне в глаза, когда был глубоко внутри меня. Это было так реально.

Даже сейчас, когда читаю его сообщения, они кажутся настоящими, как будто я нужна ему, но как я могу ему верить? Он никогда ничем не делился со мной, не позволял