Оставь мне музыку! - Мира Ризман

— Таковы правила, — хмуро заметил Тодо. — Леди не полагается ходить в одиночестве по имению.

Оно и понятно: в парке было невероятно многолюдно. Прежде Вирджин не доводилось прогуливаться по территории в дневное время, сначала были многочисленные уроки, и она постоянно торчала в главном корпусе, потом в огороженном куполом цветочном доме. И даже когда приходилось куда-то выходить с Кирэем, он обычно подгонял наномобиль к расписным дверям гарема. Теперь же перед глазами бурлила жизнь: из корпуса в корпус сновали старшие студенты и степенно шествовали мастера, несколько суетливо тянулись к концертному залу оркестранты с инструментами наперевес. Щуплый мужчина лет сорока, взвалив на спину огромный чехол с контрабасом, тащил ещё один в руках, как показалось Вирджин несколько большего размера. Ещё по аллеям сновали охранники, кто приходил на смену, кто уходил с неё, или же отлучался на обед. Были даже работники кухни, направляющиеся в теплицы за свежим урожаем. Вирджин с ужасом сжалась: оказаться в такой толпе в алом платье невероятно стыдно. Однако никому до неё не было дела. За всю дорогу лишь трое обратили на неё внимание: какой-то молодой охранник мазнул профессиональным взором, но заметив Тодо, тут же приветственно кивнул помощнику и отвернулся. Подслеповатого старика-повара, похоже, привлек яркий цвет платья, слишком уж выделяющийся из серо-синей толпы. Мужчина невольно сощурился и, разок моргнув, видимо, наконец понял в чём дело и, качнув головой, направился по своим делам. Последним был моложавый поджарый тубист, не шибко спешивший на репетицию. Их пути просто пересеклись на главной аллее — Вирджин перешла ему дорогу и заслужила обычный почтительный поклон, каким этикет советует удостаивать леди.

Тодо всю дорогу напряжённо молчал и явно торопился избавиться от навязанной спутницы. Впрочем, Вирджин и сама была рада поскорее скрыться от даже случайных взглядов.

Они остановились возле расписных дверей.

— Настоятельно рекомендую в ближайшее время не покидать ваших комнат, так как ваше наказание ещё не закончено. Так же вам не стоит тревожить обитательниц гарема, так как Кирэй-сама запретил пока всякое общение с вами. Еду вам будут доставлять с общей кухни, — сообщил Тодо, а затем вытащил из нагрудного кармана айпи и протянул его Вирджин: — В случае крайней необходимости, вам следует связаться непосредственно со мной.

Ну и как тут сдержать усмешку? Не успела покинуть постель господина, как вновь оказалась в заточении! Впрочем, это было очень в духе Кирэя. С его вечной манией всё запрещать, Вирджин не стоило расслабляться и надеяться на иной исход.

— Что подразумевается под крайней необходимостью? — обречённо спросила она.

— Если вам вдруг потребуется медицинская помощь, — пояснил Тодо, открывая дверцу, тем самым давая недвусмысленный намёк, что желает поскорее закончить разговор.

— И как долго продлится моё заключение? — уже проходя в оранжерею, задала последний вопрос Вирджин.

— Это вы можете узнать у Кирэя-сама при личной встрече. Сегодня вечером у вас совместный ужин, — отрапортовал помощник и тут же захлопнул дверцу.

Глава двадцать вторая, в которой не обошлось без внезапности

Оставшись в одиночестве, Вирджин обернулась, чтобы посмотреть на часы, висевшие над дверьми. Виртуальное табло показывало без четверти двенадцать. Это она столько проспала?! Вирджин махнула головой, желая выбросить неприятные мысли и сосредоточиться на главном. Ей нужно было попасть на кухню, причём, желательно, без лишних свидетельниц. И как же кстати им запретили с ней общаться! Разговоров с кем-то сейчас очень хотелось избежать. Даже с Эстэль. Ведь едва ли девушки поймут её страдания, зато, наверняка, кто-нибудь, вроде докучливой Аи, полезет с поздравлениями. Вирджин ещё раз покосилась на часы, прикидывая закончила ли Корин разбираться с посудой после завтрака и не осталась ли делать будущие заготовки на обед и ужин. Оглядев непривычно пустынную оранжерею, всё-таки собралась рискнуть. Лучше сходить сейчас, когда большинство занято делами, чем наткнуться на кого-то после обеда, когда у девушек свободное время. Да и самой ей совсем не хотелось с кем-то встречаться. Даже простая мысль о такой вероятности вызывала неловкость.

Вирджин спешно пересекла аллею и скрылась за кустами можжевельника, решив добраться до кухни через сад. О чём быстро пожалела. Маки уже успела полить палисадник, потому земля под ногами была мокрой и вязкой. К туфлям тут же налипли огромные комья грязи, замедляя движения и делая каждый шаг всё более неуклюжим и даже опасным. Вот-вот поскользнешься и упадёшь! Пришлось продолжать путь босиком, что тоже стало ошибкой. В осеннем саду было уже достаточно холодно, чтобы ноги быстро замёрзли и оказались вымазаны в грязи так сильно, что вступить на чистый кухонный пол казалось настоящим кощунством. И крохотный половичок под дверью не сильно спас, хотя Вирджин минут пять пыталась оттереть об него подошвы туфель. За время, пока пришлось возиться с обувью, она успела прислушаться и выяснить, что кухня пустовала. За дверью не доносилось ни звука, а Корин была не из тех поваров, кто предпочитал работать в полной тишине. У неё вечно гремела посуда, постоянно что-то шипело, шкворчало, булькало, и с задором стучал о доску острый нож, словно не разрезая овощи или фрукты, а отбивая чечётку. Нет, такой шумовой оркестр сложно было не услышать, потому Вирджин спокойно вошла в кухню. Торопливо пробежала мимо длинного разделочного стола и устремилась в кладовую. Бар занимал целый стеллаж, и Вирджин замерла перед ним в нерешительности. Что выбрать? Она плохо разбиралась в выпивке, хотя бы потому, что алкоголь ей совсем не понравился. Ей налили бокал чего-то подобного на праздновании шестнадцатилетия. Вирджин хорошо запомнила терпкий обжигающий вкус, а немногим после почти непреодолимое желание отправиться спать. А старший брат вынес неутешительный вердикт:

— Лучше тебе никогда не пить, сестрёнка, а то твоей слабостью могут и воспользоваться.

«Как раз то, что нужно», — ухмыльнулась про себя Вирджин, открывая дверцу. Она выбрала пару длинных и тонких бутылок со сладким ликёром, пузатый флакон тёмно-рубинового вина и уже потянулась за вишнёвым коктейлем, когда сзади раздался удивлённый возглас Корин:

— Вирджин? Что ты здесь делаешь?!

Вирджин вздрогнула от неожиданности и чуть было не выронила скользкие бутылки из рук. Резко обернувшись, она уставилась на Корин, подмечая важные детали. На девушке не было рабочего передника и шапочки — верный знак того, что она только зашла. Ох, если бы Вирджин не тянула с обувью и схватила бы первые попавшиеся бутылки, им бы удалось разминуться! Увы… Теперь придётся что-то говорить! А на языке, как назло, вертелись только язвительные слова.

— А разве не видно? — не