Французский поцелуй - Фиона Уокер

Неожиданно Тэш застонала и трясущейся рукой потянулась к голове. Она попыталась поднять ее. Одна часть лица Тэш была покрыта мукой, рассыпанной на столе, что делало ее похожей на призрака. Глаза девушки пристально уставились в пространство, пытаясь сфокусироваться, она снова их закрыла и положила голову обратно на стол с сонным вздохом.

— Тэш! Ангел мой, ты в порядке? — спросил Найл с отчаянием в голосе.

Она пробормотала что-то нечленораздельное.

— Найл, я жду, — напомнила о себе Лисетт.

В ее голосе застыла злоба, а глаза горели и призывали его уйти прочь.

— О, ради бога, идите куда-нибудь и поговорите, — зло выпалила Салли. — Мы присмотрим за Тэш.

Мэтти открыл было рот, чтобы возразить, но увидел выражение лица Салли и промолчал.

Когда Найл встал, кажется, вся сила и вся жизнь ушли из него. Он подошел к Лисетт, словно старик. В дверях он еще раз обернулся на Тэш. Она засунула палец в рот, и в ее волосах была трава. Она выглядела лет на четырнадцать.

Лисетт проследила за его взглядом и фыркнула от презрения.

— Пойдем, — вздохнул Найл.

И, не глядя на жену, он вышел из комнаты.

Тэш открыла один глаз.

— Привет, — пробормотала она в поверхность стола, подняв облако муки.

Кажется, при этом разверзлись врата ада. Тэш услышала много вздохов и шарканье ног.

— Боже всемогущий, она очнулась! — в восторге закричала Александра. — Эй, Тэш! Ты меня слышишь? — Она говорила очень медленно и старательно, как будто дочка вдруг забыла английский язык.

— Да, мамочка.

Тэш вздохнула и открыла глаза. На нее смотрело множество обеспокоенных лиц.

— Что случилось? — спросила она заплетающимся языком.

— Хороший вопрос, — улыбнулась Салли, но в глазах ее читалось беспокойство.

Мэтти кашлянул.

— Тэш, этот милый человек доктор Тьери,

Александра быстро указала на весьма отталкивающего типа в темных очках и макинтоше. Доктор курил и пил вино, сидя за столом.

— Он тебя осмотрит.

Тэш старалась не закричать от боли, когда доктор тыкал в нее пальцем и прощупывал рану в плотном облаке табачного дыма. Он все время что-то тихо бормотал по-французски, размахивая пальцем и покачивая головой.

Плечи у нее невыносимо болели, но Тэш радостно улыбалась врачу каждый раз, когда он почти вырывал их из сухожилий. В сознании билась одна мысль: если доктор скажет, что Тэш не может участвовать в скачках, то Хуго будет считать, что она признала свое поражение.

Доктор Тьери посмотрел на нее сквозь дымовую завесу своими желтыми глазами и стал рыться в своей поношенной кожаной сумке. Он извлек огромную связку эластичных бинтов и пару ножниц. Заново закурив, с сигаретой, зажатой между зубов, он начал перевязывать ее плечи.

— Мам, скажи ему, чтобы не особо усердствовал, — молила Тэш Александру. — Мне нужно скакать зав… тра.

Александра начала что-то бормотать доктору Тьери, а тем временем Олли и Джинджер сели в кухне и стали вместе с остальными созерцать Тэш.

— Он сказал, что это будет не совсем разумно, дорогая.

Александра посмотрела на дочь.

— Но я должна! — заскулила Тэш в панике.

— Я знаю, как ты усиленно тренировалась, дорогая, ты будешь разочарована, но нельзя рисковать своим здоровьем. — Александра взяла дочь за руку, а доктор бинтовал дальше. — Он говорит, что тебе нужен покой.

— У тебя будет куча других возможностей, Тэш, — высказалась Салли.

— Как можно скакать, если болит рука?

Паскаль начал открывать новую бутылку, которую принес из подвала. Тэш посмотрела на часы. Уже шестой час. Внезапно она почувствовала себя слишком разбитой, чтобы спорить.

— Все гости разошлись? — спросила она, решив сменить тему.

— Большинство, — вздохнул Мэтти, протянув свой бокал Паскалю. — Некоторые все еще бродят по дому и отказываются уезжать. Некоторые пропали без вести, включая Жана и Валери. Ужасная неразбериха.

— Как ты можешь слышать, Маркус и его компания все еще веселятся в амбаре, — сказала Салли.

Тэш очень хотелось спросить, где Найл, но она стеснялась. Девушка помнила, как они вышли вместе, и как она сообщила ему о Лисетт, все остальное было смутной смесью реальности и фантазии. У Тэш сохранилось нелепое воспоминание о поцелуе. Но его заслонял гораздо более реалистический и мрачный образ — воссоединение Найла и Лисетт.

От громкого и яростного жужжания вертолета, взлетающего снаружи, у нее начало пульсировать в висках.

Джинджер и Олли придвинулись к ней с обеих сторон, им отчаянно хотелось посплетничать.

— Ты что это натворила, Тэш? — присвистнул Олли, рассматривая ее плечи.

Тэш пробормотала что-то о падении.

— Нет, дорогая. — Олли приподнял бровь. — Я имею в виду, почему ты изменила тот замечательный образ, на создание которого Джинджер потратил несколько часов? Что заставило тебя влезть в эти старые джинсы?

— Ну, кажется, она от этого не проиграла, — Джинджер подмигнул девушке, пытаясь ее развеселить. — Я видел, как вы замечательно проводили время с великолепным Хуго.

Александра, рассеянно наливая томатный сок в кувшин, притворилась, что не слушает.

— Да уж. — Олли улыбнулся. — Хотя вы никогда не поверите, кого я видел в бассейне купающимся нагишом.

— Это еще что! — Джинджер перехватил инициативу. — Мы с Олли только что видели этого ирландского актера и его потрясающую жену…

Тэш отхлебнула травяного чая и скорчила гримасу. Доктор Тьери закончил бинтовать ее плечи, сделав их совершенно неподвижными, и сосредоточился на порезе на ноге.

— Антон сказал, что заедет за тобой в семь, чтобы подготовить лошадь. — Паскаль махнул своим бокалом в сторону Тэш. — И если будешь хорошо себя чувствовать, он отвезет тебя на соревнование. А пока мы возьмем грузовик, чтобы развести по домам гостей, которые слишком много выпили, чтобы сесть за руль.

Он сердечно рассмеялся.

— Скоро приготовлю завтрак, а пока вот тебе бокал вина.