Голос призрака - Виктория Холт

Должно быть, прошел час.

Ждать, видимо, оставалось недолго. Я напрягала слух. Затем внезапно я услышала выстрел и поняла, что Джонатан приехал.

Послышался еще выстрел и еще… Стрельба длилась несколько секунд.

* * *

Долли вошла в сарай, волосы в беспорядке разметались по ее плечам, лицо было белым, она смотрела на меня безумным взглядом.

Она сказала:

— Билли мертв. Он попал в Билли. Огромная радость охватила меня. Я спросила:

— А Джонатан?

— Он тоже… Они там оба лежат. Теперь я должна убить вас. Пришла ваша очередь. А Билли нет, чтобы помочь мне.

Я оцепенела. Джонатан мертв! Я не могла этого себе представить. Он, должно быть, приехал на пляж, пошел к сараю, а Билли лежал в укрытии. Билли выстрелил, но если он не убил Джонатана с первого выстрела, то вряд ли у него был другой шанс. Джонатан был наготове.

— Мертв, — сказала я. — Джонатан мертв…

— Билли тоже… — пробормотала она, а затем подобрала пистолет и направила на меня.

— Кровь, — прошептала она. — Уже пролита кровь. Бедный Билли. Я не люблю крови…

Вдруг она выронила пистолет и закрыла лицо руками.

— Я не могу это сделать, — сказала она. — Я думала, что смогу, но… Как раньше не смогла убить и малышку.

— Конечно, вы не можете сделать этого, Долли. Я все понимаю. Я знаю, что вы чувствовали. А теперь помогите мне. Развяжите эти веревки. Пойдемте, посмотрим. Может быть, они живы.

Она взглянула на меня, и я увидела ту застенчивую девушку, которую всегда знала.

— Они мертвы, — сказала она.

— А может, и нет. Вдруг им нужна наша помощь. Она колебалась. В тот момент я почувствовала, что на чаше весов лежит моя жизнь. Все зависело от следующих нескольких секунд. Внезапно она кивнула. Она порылась в кармане своего платья и вынула нож. На какое-то мгновение она остановилась и смотрела на него. Я подумала, что она вот-вот передумает. Затем она перерезала веревки.

Спотыкаясь, я вышла из сарая. Сперва я увидела Билли Графтера. Он лежал на песке, окрашенном кровью. Несомненно, он был мертв. Неподалеку я увидела и Джонатана.

Я никогда не думала, что увижу его в таком виде. Он лежал, весь обмякший, и лицо его было цвета слоновой кости. Он казался другим человеком, такой тихий, неподвижный. Лошадь его терпеливо стояла рядом. Должно быть, он спешился прежде, чем в него попала пуля.

Я склонилась над ним. Мне показалось, что я уловила слабое, неровное дыхание.

— Джонатан, любовь моя, не умирай. Пожалуйста…

Долли стояла рядом со мной.

Ко мне вернулась надежда. Он был жив. Возможно, его еще можно спасти.

— Долли, — сказала я. — Скачите за подмогой в Эверсли. Скажите, что произошел несчастный случай. Объясните, что мистер Джонатан очень серьезно ранен. Обещайте мне, что сделаете это. Я останусь здесь с ним.

— Я не могу, — ответила она. — Что они скажут? Я взяла ее под руку.

А не поехать ли мне самой? Но как оставить ее тут с ним? Я все еще не была уверена в ней. В моем сердце теплилась надежда, что еще не все потеряно. Я боялась оставить его.

— Произошла ужасная вещь, Долли, — сурово произнесла я. — Мы должны спасти их, если это возможно… его и Билли. Вы повинны в том, что произошло, но вы не убийца. Если мы сумеем спасти им жизнь, то ваша совесть будет чиста и вы не будете думать о том, что заманили его сюда. Скажите им, пусть найдут врача и носилки, и быстро возвращайтесь. Пожалуйста, Долли.

— Я поеду, — сказала она. — Я поеду. И на этот раз я поверила ей.

Я опустилась на колени возле него.

— Джонатан, — сказала я. — О… Джонатан. Пожалуйста, не умирай. Ты не должен покидать меня, не должен…

На мгновение глаза его приоткрылись и губы шевельнулись. Я склонилась пониже, чтобы расслышать, что он говорит.

— Клодина, — прошептал он.

— Да, Джонатан, мой самый дорогой. Я здесь, с тобой. Я отвезу тебя в Эверсли. Ты поправишься. Я тебе обещаю.

— Кончено, — прошептал он.

— Нет, нет. Ты слишком молод, Джонатан Френшоу. Ты всегда был победителем. Вся твоя жизнь еще впереди.

Его губы вновь прошептали мое имя.

— Помни… — пробормотал он. — Живи счастливо, Клодина. Не оглядывайся назад. Тайны лучше всего хранить. Помни. Ради Амарилис… помни. Наша Я поцеловала его в лоб. Какое-то подобие улыбки скользнуло по его губам.

Он все еще пытался что-то сказать. Я думаю, было — «Будь счастлива». Я знала, что значили его слова Я должна была быть счастливой, сделать счастливым Дэвида, хранить нашу тайну. Долли была посвящена в нее, но у меня было ощущение, что от никогда ее не выдаст. Было много такого, что ей захотелось бы забыть.

— Не уходи, Джонатан, — сказала я.

— Ты меня любишь?

— Люблю… всем сердцем.

Его веки дрогнули, и вновь появилась улыбка.

— Джонатан! — взмолилась я. — Джонатан… Но он уже ничего не слышал.

Когда за ним приехали, он был мертв.