Друзья с привилегиями - Кристина Мульер

– Я на стороне её счастья. А любая женщина хочет, чтобы мужчина с ней рядом был победителем. Так что… – Генри опускает ладонь на поверхность стола. – Ты знаешь, что делать.

Он кидает последнюю фразу очень пафосно и, быстро развернувшись, делает попытку сбежать «по делам».

– Мистер Миллз, – окликаю Генри, и он поворачивается вполоборота. – Возможно, это не моё дело, но… – замолкаю, когда замечаю, как его взгляд черствеет. – Вы же на самом деле не просто так поменяли стиль оформления дома?

Мистер Миллз делает несколько вздохов, не торопясь отвечать на мой вопрос, и я задерживаю дыхание, мысленно уже жалея о том, что лезу туда, куда не нужно.

– Да, – сухо отвечает. – Но я бы хотел, чтобы ты ничего не говорил Фрее. Я скажу ей обо всём сам, – холодный тон его голоса заставляет меня резко вобрать воздух в грудь.

– Само собой, – я как будто пытаюсь пародировать его, поэтому сильно понижаю голос, чувствуя вибрацию в груди.

– Спасибо, Вильям, – Генри коротко кивает в знак благодарности. Внезапно облегчённо улыбается и добавляет: – И можете называть меня Генри.

На этот раз киваю я, и мы обмениваемся лёгкими улыбками.

– Так ты идёшь или как? – небрежно бросает, и я приподнимаю брови. – Ну, чего ты так смотришь? Я ухожу и закрываю дверь. Если ты не выйдешь со мной, то не выйдешь вообще, – он хитро улыбается.

Закрываю крышку ноутбука, самодовольно улыбнувшись, и выхожу из Миллзовского коттеджа со своим новым другом Генри.

* * *

Генри рассказал мне, где именно находится та самая собачья площадка, и спустя мучительные десять минут ходьбы я всё же нахожу Миллз и её малолетнего друга. Подхожу ближе и вижу, что они стоят ко мне спиной, рядом, и о чём-то увлечённо разговаривают. М-да, а если бы не мистер Миллз, я бы… Неизвестно, что было бы. Интересно, я бы и дальше сидел, как полный придурок, и думал о том, как Фрее хорошо с этим Дэном?

Мне колоссально повезло, что в моей жизни появился не только один член семьи Миллз. Ведь Генри обещал научить меня боевому искусству самураев, и, наверное, поэтому настоял на том, чтобы я пришёл сейчас к Фрее… Или нет?

Может, я всё-таки неправ, и я просто нравлюсь мистеру Миллзу, и он искренне хочет, чтобы я был с его дочерью?

Открываю скрипучую калитку, но наши голубки, видимо, оказываются настолько увлечены занимательной беседой, что вовсе не замечают, как я, уже оказавшись внутри, прикрываю железную дверь обратно. Я приближаюсь и начинаю различать слова, которые вылетают с уст Дэна, и вижу выражение лица моей девочки. А вот это уже по-настоящему френдзоновская физиономия.

– Фрея, я хотел спросить у тебя кое-что… – Дэн шагает ближе, протянув раскрытую ладонь к Миллз, но она внезапно обхватывает себя руками, отстранившись от него. – Ладно, ты ещё не готова… – задумчиво бормочет, а я небрежно усмехаюсь. Да уж, парень, тебе точно стоит почитать в интернете, что такое френдзона. – Я просто хотел спросить. У тебя ведь нет молодого человека, может, сходим на свидание?

Фрея поворачивает голову, и из-за этого я могу видеть, как она на секунду раскрывает рот, а затем вновь закрывает его и закусывает губу, мягко улыбнувшись.

– Даниэль, я… – она начинает монолог, способный разбить его хрупкое сердечко на мелкие осколки, но не успевает его закончить: я подхожу к ней вплотную сзади, но совершенно бесшумно, словно уже являюсь чёртовым ниндзя.

– Придётся взять на свидание и меня тоже. Ты ведь угостишь меня коктейлем?

Собственнически опустив ладонь на талию Миллз, одним движением прижимаю её к себе, а сам смотрю на Дэна, орбиты глаз которого увеличиваются с каждой секундой всё больше и больше, и страх в них растёт с такой же стремительной скоростью. Самодовольно улыбаюсь, пока Миллз пытается развернуться в моих жарких объятиях, но я сжимаю её крепче, сразу же услышав резкий вздох.

– Я не… я…

Кажется, я довёл мальчика до заикания.

– Как грубо с моей стороны. Я даже не представился, – саркастически произношу и протягиваю руку Даниэлю. – Вильям Раск Паульсен. Бойфренд Фреи, – интонацией выделяю свой статус, и Дэн пожимает мне руку, отведя взгляд в сторону.

– Даниэль Дэвис. Очень приятно.

Я знаю, что он врёт. Ни черта ему не приятно. Зато мне приятно, что ему неприятно. Вот такой вот круговорот эмоций в природе. Приподнимаю брови, кивнув в сторону, как будто говорю: «А теперь ты можешь по-хорошему свалить, Дэн». Дэн, прочитав мои мысли, прокашливается, и, кинув короткое «Прошу прощения», отходит к пёсикам, резвящимся неподалёку.

Немного ослабляю хватку, и Фрея тут же разворачивается, оттолкнув меня руками. Нахмуриваюсь, рассматривая её недовольную физиономию, а потом закатываю глаза, глубоко выдохнув.

– Ну, и что это было? – Миллз складывает руки на груди.

– Что? – просовываю ладони в карманы брюк.

– Ты всё-таки ревнуешь? – её губы расплываются в победной улыбке, а я закатываю глаза снова.

– Нет, – смотрю Фрее в глаза, и она прищуривается. – Твой отец уговорил меня выйти и проконтролировать тебя, – нагло вру Миллз, и, наверное, это видно, потому что мой взгляд не может сосредоточиться в одной точке, блуждая по всему её лицу.

– Да, конечно, – иронично бросает Фрея и, ухмыльнувшись, отворачивается от меня, но не отходит.

– Нет, правда, – наклоняюсь вперёд, приблизившись губами к её уху. – Мне – ревновать к нему? Серьёзно? Сколько ему, пятнадцать?

– Если ему пятнадцать, секс с ним будет таким же по длительности, как и с тобой. А точнее, примерно минут пять, да? – едко произносит, заставляя кровь в моих жилах закипать вновь и вновь, и разворачивается ко мне лицом.

Сдерживаюсь из последних сил, чтобы не взять её прямо здесь, прислушиваясь к тому, как она будет умоляюще просить меня о бóльшем. Понимаю, что и Дэн, и десятки людей на улице не особо оценят моё порнографическое представление, поэтому с силой сжимаю челюсть и глубоко, размеренно дышу, пытаясь успокоиться.

– Зачем ты меня провоцируешь?

Моя фраза звучит как-то слишком угрожающе – не так, как я планировал её в своей голове. Может быть, из-за моего внезапно понизившегося голоса, а, может, из-за пристального взгляда, которым я одариваю Миллз последние несколько секунд. Вижу, что её это ничуть не напугало, ибо она делает шаг вперёд, приближается ко мне вплотную и, взглянув мне в глаза, произносит:

– Это ведь так весело. Хотел бы наказать меня? – она коротко, мягко вздыхает, добавив едва слышно: – Прямо здесь?

Выгибаю бровь, а моё дыхание учащается. Чертовка Миллз, как будто по щелчку пальцев, может вводить меня в возбуждённое состояние, в котором я не соображаю совершенно ничего на свете и в котором я готов ради неё на всё. Пытаюсь выглядеть не слишком заинтересованным, но, наверное, у меня плохо получается (да и к чёрту эти махинации), и уже хочу предложить ей вернуться в коттедж, ведь её дорогой папаша только что покинул семейное гнёздышко, и я со спокойной душой могу превратить её детскую комнату в красную комнату для извращённых игр.