Вечность и Тлен - Алекс Анжело

Айвен сглотнула, вставая следом.

– Хорошо. Ты права.

Сначала мы двигались позади домов, скрываясь за их стенами, быстро передвигаясь от одного к другому. Прошло несколько минут, прежде чем я стала проявлять меньше осторожности. Туман и то, как мы все лишились сознания, показывали, что наш противник – не тварь, а нечто иное. Возможно, некая магия.

Теперь исчезновение третьего года выглядело куда более объяснимо, хоть от этого не становилось легче.

Когда от тупика нас отделяла стена всего одного дома, я остановилась. Мне послышался шорох. Он был настолько тихим, что вполне мог оказаться шелестом травы под слабым дуновением ветра. Но дождь закончился относительно недавно, и теперь на склоне царило полное затишье.

Шорох повторился вновь – он звучал совсем близко. Беззвучно призывая Айвен к тишине, положив ладонь на рукоять и на одну треть вынув Туманный из ножен, я двинулась вдоль стены, теперь уже чётко различая звуки чьих-то ног. Но даром эмпата в том месте не получалось различить никого – ни одной живой души. Это означало, что к нам навстречу мог двигаться монстр.

Я смотрела на землю, где от скудного света тонкого серпа луны всё же виднелись тени. Поэтому я знала о его приближении, ставшим бесшумным, ещё за пару секунд до того, как неизвестный вышел из-за угла дома. Успела обнажить клинок, и едва не активировала магическую печать, вытащенную из кармана мантии, и в следующий миг остановилась, словно громом поражённая.

– Люций? – севшим голосом удивлённо проговорила я.

– Сара! – Он уставился на меня широко распахнутыми глазами.

Сердце подскочило к горлу, и я, следуя порыву, отодвигая меч в сторону, резко обняла Морана. Моя ладонь легла на его спину.

– Ты в порядке…

– Да. – Его голос прозвучал удивительно слабо, вызвав запоздалое недоумение. – Ты тоже цела…

Придя в себя, поражаясь собственной реакции, я попятилась.

– Как ты очнулся? – неожиданно спросила Айвен. Она приблизилась, пристально рассматривая Морана, особенно задерживая внимание на эфесе его теневого меча. – Сара, а вдруг он был бы ловушкой? – проговорила она. – В этом месте творится какая-то неразбериха, он мог быть не Люцием. Подделкой.

– Я бы сразу поняла, если бы он был не настоящим, – заявила убеждённо, покачав головой.

Айвен тихо пробормотала, опуская голову:

– Ах да, дар, – уводя взор и, судя по выражению лица, коря себя за настоящую глупость. Ведь мы с ней столько лет жили бок о бок.

Но это было не так. Ограничитель моего дара делал Морана невидимым. Я даже не подумала, что за пустотой эмоций мог скрываться он, сразу приняв за монстра. Но я увидела кулон ворона с алым камнем-глазом, висящим поверх одеяния на светлой цепочке. Айвен поэтому сначала глянула на клинок Люция – магические предметы подделать тяжелее всего.

– Неразбериха – это точно, – заметил Люций осматриваясь. – Я очнулся неподалёку и в первые минуты практически ходить не смог. Единственное, что у меня вышло – я прикрепил отслеживающую печать к спине Винсента – он отстал от всех и двигался в конце колонны.

– В конце колонны?

– Да, они шли друг за другом и скрылись где-то в этой стороне.

– Их будто загипнотизировали, погрузив в глубокий сон, – проговорила тихо Айвен, задумчиво поднося пальцы к губам. – Мне стоило колоссальных усилий, разбудить Сару. Я едва не выдохлась. Было чувство, что её сознание окутали в сотни слоев материи. Сорвёшь верхний, а под ним ещё один. И конца, и края им нет. Поэтому я и спрашиваю, каким образом ты проснулся?

Ларак подозрительно уставилась на теневого дива в ожидании, когда ей дадут разумное объяснение.

Люций помедлив, поднял руки сдаваясь и вздыхая.

– Артефакт разбудил, – признался он, ослабляя пояс на мантии и отодвигая нижний ворот сорочки и слегка кривясь от боли.

– Это… – Я шагнула навстречу, сглотнув и после неосознанно сжимая руки в кулаки. Костяшки звонко захрустели. Кожа на груди Люция, чуть ниже ключиц, раскраснелась и покрылась волдырями. В ожоге чётко угадывался силуэт подвески ворона, который ещё бы немного – и наверняка бы вплавился в саму плоть.

Ныне кулон Люций держал поверх одежды, а ограничитель оказался перекинут на спину, выглядя тёмной лентой на юношеской алебастровой коже шеи с выступающим кадыком.

– Достаточно? Я вне подозрений? – вкрадчиво спросил Люций с улыбкой на устах.

– Извини. – Айвен виновато опустила потупившийся взгляд. – Я должна была спросить.

– Да не волнуйся, – отмахнулся Люций, поворачивая голову в сторону, будто прислушиваясь к чему-то. – Я бы на твоём месте так же поступил. Для сомниума вдвойне странно, что я открыл глаза. Но кстати… Ты ведь не единственный сомниум, который был на горе, а другие-то не очнулись, – вполне закономерно заметил Моран.

Ларак сглотнула.

– Я не как все. – В устах другого даэва это могло прозвучать горделиво, но слова Айвен были сухими и негромкими.

Моран задержал на её лице долгий изучающий взор, а в следующую секунду совершенно неуместно улыбнулся, с напускной жизнерадостностью проговорив:

– Пойдёмте. Думаю, нам надо поскорее понять, куда делись остальные… – Поворачиваясь лицом к краю обрыва, тихо и мрачно пробормотал: – Надеюсь, только не спрыгнули. – В руке теневого дива появилась отслеживающая печать, линии которой сияли и оказались слегка изменены, отличаясь от стандартной – Люций будто её доработал.

И в следующее мгновение линии словно ожили, вспорхнули бабочкой с печати. Почти сразу я узнала ту самую магию, которую на первом году обучения показал мне Люций в библиотеке Академии Снов. Тогда Моран меня раздражал одним своим видом, но даже в то время знания и умения его в печатях вызывали лишь уважение.

– Ты совместил два символа, – проговорила я, наблюдая за порханием бабочки, которая на какое-то время, зависнув в воздухе, наконец-то полетела, словно определившись с направлением.

– Да это так, – довольно заявил Моран. – Ты узнала.

Бабочка пролетела вдоль стены одного из домов, потом направилась к горной гряде, которая перекрывала дальнейший путь, создав тупик и скользнув в сторону, скрылась, полетев вдоль внешнего склона.

Мы удивлённо переглянулись и прибавили шаг. Приблизившись же, долго осматривали каменную преграду, а глянув вниз, обнаружили каменный неширокий выступ, который начинался на полметра ниже и тянулся вдоль склона узкой горной тропой, оставляя позади город Ин. На выступе лежал пожухлый стог зелени, состоящий из веток и широких листьев какого-то растения.

– Начало тропы было прикрыто, – догадалась я. – Поэтому мы не заметили её днём.

– Но после на нём потопталось несколько десятков пар чужих ног, – прошептала Айвен.

– Ну что, идём? – вновь поторопил нас Моран, уже спустившись.

Горная тропа оказалась крутой,