Первая невеста - Дарья Верескова

Первый же мой ребенок оказался магом воды, хранителем, который был связан сразу с двумя источниками. Когда он открыл свои невероятные синие глаза, все присутствующие в палате вздохнули с восхищением, а я сразу же почувствовала боль от мысли о том, какие ожидания будут у населения теперь уже от моего сына. Первенца мы назвали Леонардом, в честь прадеда Феликса.

Следующие трое детей, родившиеся после Леонарда, не имели дара воды, но обладали очень сильной связью с обоими источниками и даром Феликса. Этот дар, как и в случае с мужем, будет скрыт от общественности. Это меня немного успокоило — их жизнь будет не сильно отличаться от жизни обычных королевских детей. Но затем на свет появилась Софи, с теми же аномально голубыми глазами что были у Леонарда и меня, и я испытала чудовищный страх. Меня, взрослую женщину, многократно пытались похитить с единственной целью — получить потомство. Что же произойдет с маленькой девочкой? Будет ли этот мир добр к ней?

В глазах Феликса отражалось волнение. Почему-то тот факт, что у нас родилась девочка с даром воды, напугал его, и я не видела его таким с того момента, как меня похитили в первый раз. Уверена, в его голове крутились мысли о том, что может случиться с нашей дочерью.

А через месяц после этого я начала пить зелье, предотвращающее беременность. Я очень боялась что у меня родится еще одна девочка с даром воды, боялась того, что с нами может что-то случится и мы не будем рядом, чтобы защитить ее.

После рождения Софи правители других государств попытались организовать очень ранние помолвки своих наследников с нашими детьми, но я ссылалась на договоры, подписанные ещё до моей свадьбы с Феликсом — все мои дети должны были иметь возможность узнать своих будущих женихов и невест. Никаких помолвок в трёхлетнем возрасте.

Сейчас семья ждала меня в Валледе. Леонарду было уже четырнадцать, и вопрос его помолвки становился всё более актуальным. В шестнадцать он отправится в Элоран, чтобы поближе узнать ещё более юную принцессу. А в Валледе у других государств была серьёзная конкуренция — герцог Тенбрайк познакомил Леонарда со своей внучкой, серьёзной девочкой невероятной красоты, воспитанием которой он занимался сам. Виолетта Тенбрайк была дочерью Оливера и будущей герцогиней. В её тёмных глазах отражались решительность, ум и упрямство, которых не было у её отца, но которые в избытке присутствовали у её деда.

Я волновалась о том, как такое внимание будет сказываться на молодом юноше, входящем в переходный период. Однако сын ничем не показывал, что это как-то на него влияет. Напротив, всё свободное время он проводил с отцом и больше всего из всех наших детей походил на Феликса — и внешне, и внутренне. Муж сказал, что мне не о чем беспокоиться — у Леонарда была такая же сильная связь с источником, как и у Феликса.

— Только особенная женщина будет для него важнее королевства. Тогда в его мыслях появится сомнение, он больше не будет уверен в том, что правильно, а что нет. Не переживай, такое внимание женщин не превратит его в следующего Оливера.

Вернувшись домой после поездки в пустошь, я принялась за расшифровку журнала. Он был написан на бриксонском языке, но я не могла просто запросить перевод, боясь, что информация в журнале может оказаться опасной для этого мира. Поэтому мне пришлось разбивать каждое предложение на отдельные слова и запрашивать перевод этих слов у двадцати разных переводчиков, чтобы минимизировать вероятность того, что слова будут собраны в предложения.

А затем, глава за главой, я перевела журнал, который оказался дневником, таким же, как дневник Хораса Тенбрайка, найденный в тюрьме в пустоши.

Человек, писавший дневник, родился вне этого мира. Но местом его рождения была не Земля, а другой мир, технологически развитый, где существовали огнестрельное и лазерное оружие, космические полёты и самоуправляемые автомобили. Тот мир управлялся корпорациями, а не правительствами разных стран. Как и Хорас Тенбрайк, он смог начать управлять своим телом только в глубокой старости, после сердечного приступа. А до этого он считался одним из самых жалких графов Бриксии, слабым и ведомым.

Вместо того чтобы вложить все усилия в развитие своего графства, бриксонец решил узнать правду о том, почему пропали маги воды. На момент его жизни дар воды исчез всего лишь сто лет назад. Территории, где жили маги, не были поглощены пустошью, и в королевские архивы можно было попасть через знакомых. Владелец дневника никому не решился раскрыть свой дар, потому что маги воды были известны как "тёмные маги" — те, кто мог убить человека через его же кровь, и их боялись во всём мире.

Потратив несколько лет на поиски информации, бриксонец узнал, что против магов воды была проведена полноценная операция. Правители Бриксии и Валледа внедрили в гильдию своих людей, которые годами завоёвывали доверие могущественных лидеров гильдии. Маги воды планировали объявить свою независимость, и правители знали об этом. Они пригрозили магам, что если это произойдет, их объявят вне закона и истребят.

В те времена в каждой семье рождалось несколько детей-хранителей, и борьба за власть и титулы была жестокой. Братоубийство было не редкостью, а титулы наследовали только мужчины. Это сейчас такое невозможно, так как все боятся пустоши и трясутся над каждым хранителем.

Тогда двойные агенты, проникнувшие в гильдию магов воды, предложили сложнейший ритуал, при котором, даже если маг воды умрет и переродится, он будет помнить свою предыдущую жизнь и продолжит начатое дело. Цена за этот ритуал была необычной — маг воды должен был немедленно отказаться от всех своих слабостей.

В королевских архивах, недоступных для магов воды, хранилось гораздо больше информации об этом ритуале. Ценой были не только слабости: человек навсегда ломал свое сознание на две части, отрезая "слабой" половине возможность влиять на него.

В это время королевские маги готовили свой собственный ритуал, целью которого было оставить "слабую" сторону управлять магами воды в этом мире, зная, что таким образом те не осмелятся объявить независимость своих территорий. Хозяин дневника не знал, какую плату королевские маги отдали за свой обряд, лишь отметил, что оба обряда были проведены в один день. После этого все маги воды стали физически слабыми, эмоциональными и… оказались отрезаны от своего дара.

Никто из участвующих не знал, что последствия будут катастрофическими. Никто