Мода на умных жен - Елена Арсеньева

– Не знаю! Ни про какое Стригино я не знаю! Если бы мы тебяприкончили, Муравьев заподозрил бы неладное. Подозрения… Мы не могли ихдопустить! Ты даже не знаешь, какие деньги это сулит… – Людмила говорилабессвязно, словно в бреду. – Алексей нашел одного американца… Он готов былозолотить нас за формулу! До такого никакие фантасты не могли додуматься! И тутты влезла… Мы хотели просто напугать тебя, просто напугать, чтобы ты сама всеэто бросила. А когда к тебе попало письмо, я совсем потеряла голову!

– Какое письмо? – удивилась Алена.

– Паршивый докторишка Калужанин спросил у Алексея, передалали ты ему конверт с тем письмом, которое он нашел в книге! Ты прочла его, тывсе поняла!

– Могу тебя успокоить, – сказала Алена. – Я про негосовершенно забыла! Я даже ни разу не заглянула в конверт!

И она отвернулась, чтобы не видеть больше помертвевшего лицаЛюдмилы, не видеть, как ее заталкивают в машину.

– Вы как? – раздался за спиной голос Бергера.

– Ничего, вроде жива. Одно хорошо – теперь не надо ехать вМаленькую.

– Сначала, думаю, Стахеева тоже надо взять. Иначе ехать всеже придется. Кто знает, на какие подвиги он окажется способен!

– Когда возьмете, постарайтесь больше не выпускать его изрук, – проговорил Максим, который, оказывается, все время стоял рядом. –Несмотря ни на какие хлопоты господина Муравьева.

– Кстати, он сюда едет… – пробормотал Бергер.

– А он-то зачем здесь?

– Да сейчас сюда кто только не соберется! Вы что… пальба вцентре города… Удивляюсь, что уже не бегают вокруг парни с телекамерами.

– Ничего, скоро забегают, – успокоила Алена. – Слушайте, мнебы смыться… Не люблю дешевой рекламы.

– Я тоже, – сказал Максим.

Что-то было в его голосе… Что-то такое было…

– Вы говорили, что следили за мной и Людмилой, – медленнопроговорила Алена, поворачиваясь к нему. – Вы охраняли меня? Только сегодняили…

– Ну да, в тот вечер, когда мы познакомились, тоже охранял. Отчасти.Сначала караулил вас около ресторана, потом поехал вслед за вами на площадь.Следил издалека… Даже пульт от машины Стахеева я нарочно прихватил, чтобы былповод вернуться и увезти его от вас.

– Нет, я имею в виду не тот вечер! – нетерпеливо махнуларукой Алена. – А вчера? Вчера вы тоже…

Что-то было в его глазах…

– Вчера?

– Ну да, вчера, в Стригине…

– Совершенно не понимаю, о чем вы говорите, – сказал Максим,с преувеличенным вниманием стряхивая с рукава куртки пыль. – Какое Стригино? Яживу в районе Щелковского хутора. На Медицинской. Знаете такую улицу?

– Где?!

– На Медицинской. А что? Кстати, моя фамилия Аверьянов.

– Вы! – так и ахнула Алена. – Вы и Лариса Стахеева…

– Да. Я никогда не верил в несчастный случай с ней. Неверил… и правильно делал. Я чувствовал, чувствовал, что дело в тех письмах, окоторых мне рассказывала Лариса!

– Вы знали о письмах?! – воскликнула Алена.

– Знал. Но никогда их не видел. Ни одного.

– Ну что ж, на одно мы можем посмотреть хоть сейчас. – Аленаоткрыла сумку, но замерла: на пешеходную улицу влетел черный «Мерседес» ЛьваМуравьева.

– Господи… – пробормотала она. – Принес же черт! Сейчасзаорет: «Опять вы, Елена Дмитриевна?!»

Автомобиль затормозил, хлопнули дверцы.

– Опять вы, Елена Дмитриевна? – заорал Муравьев. – Почемутам, где вы, всегда что-то происходит?

Какое-то легкое движение почудилось ей за спиной…Обернулась. Максима рядом не было.

– Я не слишком-то поняла, что там произошло, – сказала онаМуравьеву очень вежливо. – Вот Александр Васильевич Бергер. Он поймал женщину,которая стреляла в нас. Это Людмила Мурзина.

– Люд… – начал было Муравьев – и осекся.

– Дело Стахеева придется возобновить, Лев Иванович, – систинно тевтонской сдержанностью промолвил Александр Васильевич Бергер.

Следует отдать должное Муравьеву – он и глазом не моргнул.

– Надо – значит, откроем, – проворчал он. – Кстати, ЕленаДмитриевна, насчет того дела в Стригине… Новой информации не появилось?

Алена краем глаза увидела, что темно-зеленый джип, стоявшийчуть дальше газетного киоска, рядом с «Нивой» вишневого цвета около магазина«Техникс», бесшумно покатил вниз по Октябрьской.

– Да бросьте, Лев Иванович, – сказала Алена примирительно. –Какое Стригино? Какая информация? Неужели вы поверили?! Ну разве меня можнопринимать всерьез?

– Вы меня обманули, что ли? – не поверил ушам Муравьев.

– Ну да. Так уж вышло, извините…

А вот кстати – еще об одном обмане.

Да, еще об одном обмане, который случился в этом романе.

В начале его было обещано, что в финале состоится смертьгероини. А между тем она осталась в живых.

Да, Алене предназначено было погибнуть, но предназначеннаяей пуля как-то нечаянно пролетела мимо.

Так уж вышло, извините. Может быть, когда-нибудь потом, вследующем романе… и она успеет напоследок шепнуть некое имя…

Может быть!

А может и не быть.

Москва – Нижний Новгород, 1880 год,

из писем Антонины Карамзиной

«Николка! Случилось невероятное! Сегодня случилось великоесобытие! Но слушай по порядку.