Сварливый роман - Ния Артурс

— Это немного похоже на работу босса под прикрытием, не так ли? — Санни наклоняет вилку, проскальзывая в свой белизский акцент. — У тебя есть вся власть, но ты позволяешь сотрудникам указывать вам, что делать.

— Я только начала осваиваться. Я едва знаю, как редактировать рукописи, корректуры и иметь дело с авторскими правами. Было бы глупо с моей стороны брать на себя управление кораблем, которым я не знаю, как управлять. Я люблю литературу. Я люблю книги. Я люблю слова. Я хочу отдать им должное. Это значит начать с низов и проложить себе путь к вершине.

Она потягивает кофе. — Девочка, ты лучше меня. Я бы разнесла эту компанию и повсюду развесила свою фотографию. Все люди, которые издевались надо мной? Я бы отправила их убираться в мой офис.

— Ты бы так и сделала.

— Ты это знаешь.

Мы заканчиваем болтать, а затем покидаем кафе.

В этот момент я замечаю черную машину, припаркованную рядом с кафе. С заднего сиденья появляется Алистер.

Я потихоньку работаю над тем, чтобы убедить его попробовать себя за рулем. Я не пытаюсь лишить Бернарда работы, но мне ненавистна мысль, что Алистер таким образом находится в плену своей травмы. Он заслуживает свободы. И я хочу быть тем, кто поможет ему.

Алистер подходит к нам, олицетворяя уверенность. На нем простая белая рубашка на пуговицах и черные брюки. Его карие глаза пригвождают меня, а его шаги медленные и вялые.

У меня такое чувство, будто я смотрю на кинозвезду.

Волнение клокочет у меня в груди.

— Привет, красавица. — Твердый баритон Алистера вызывает дрожь во всем моем теле.

Я делаю глубокий вдох и раздраженно хмурюсь. — Ты шпионил за мной все это время?

— Я проезжал мимо и увидел в окне свою девушку. Я подумал, что ты будешь ныть за хорошим кофе без меня.

Санни закатывает глаза. — Можете вы двое не быть сейчас отвратительно милыми? Боже.

Я смеюсь.

Санни встает перед Алистером и упирает руки в бедра. — Кстати, Горячая Штучка, что случилось с твоим братом?

— Брат?

— Даррел, — подсказываю я.

— О, мой шурин.

— Сегодня он был со мной полным придурком.

— Я думал, ты покончила с этим?

— Увидев его…, — она указывает на Алистера, — самоуверенную рожу, я вспомнила об этом, и теперь я снова раздражена.

Алистер становится трезвым. — Даррел берет на себя временную опеку над детьми своего клиента. Их бабушка заболела, и мать не могут найти. Это выводит его из себя.

— Правда? — Я бросаю на него обеспокоенный взгляд.

Санни немного теряет свою твердость. — О, но это… Я не знаю. Мне казалось, что это нечто большее. Как будто у него были проблемы со мной.

— Я уверена, что ты слишком много об этом думаешь. — Я массирую ее плечо.

Она качает головой. — Неважно. Алистер, ты берешь свою женщину сейчас?

— Мы можем подбросить тебя домой, — говорю я, указывая на машину.

— И заставить мои чистые, невинные глаза смотреть, как вы двое ласкаете друг друга на заднем сиденье? Спасибо, но нет, спасибо. Я понятия не имею, как Бернард не требует прибавки к зарплате, когда ты продолжаешь буравить его взглядом со своим КПК.

Алистер ловит мой взгляд и подмигивает.

Жар заливает мои щеки. Мы и раньше… увлекались в машине, но всегда с поднятыми шторами.

Алистер вздергивает подбородок в ее сторону. — Она знает, куда мы идем?

Я киваю.

Санни закатывает глаза, прежде чем я успеваю заговорить. — Я знаю, и я полностью не согласна с этим. Вот почему я притворяюсь, что этого не существует.

Из меня вырывается смех.

Алистер ухмыляется.

— Я ухожу сейчас, голубки.

— Тогда мы подождем, пока ты не поймаешь такси.

— Я остановлю одно для тебя, — говорит Алистер.

— Это будет тяжело. Сейчас час пик. Никто не остановится… — Слова Санни обрываются, когда Алистер просто подходит к краю тротуара, поднимает руку и останавливает машину. Оборачиваясь с дерзкой ухмылкой, он жестикулирует. — Вот так-то.

— Он раздражает, — шепчет Санни.

— Я знаю. Но мне это нравится.

Санни уходит, а Алистер подходит ко мне сзади. Его руки скользят по моей талии, и я закрываю глаза, тая в его объятиях.

Он глубоко вдыхает мой запах, словно пытаясь запечатлеть его в памяти. Я действительно не понимаю, почему он так одержим моими духами. Все, что я знаю, это то, что фабрика, производящая мой аромат, теперь принадлежит Fine Industries, и я была завалена пожизненным запасом.

Это мой любимый аромат, но, опять же, Алистер просто перестарался.

— Ты не хочешь притормозить, приятель? — Я поддразниваю его, когда он оставляет дорожку из поцелуев на моем горле.

— Нет, если ты не скажешь "пожалуйста".

Я смеюсь.

Он целует меня в шею средь бела дня, потому что он придурок-миллиардер, который делает все, что хочет. Но он мой придурковатый миллиардер, и мне втайне нравится быть центром его привязанности.

Его озорные карие глаза не отрываются от моих. — Ты хорошо провела время?

— Я так и сделала. Санни сойдет с ума от твоего офиса.

— Хорошо. Я хочу, чтобы ты чувствовала себя комфортно, и она знает тебя лучше всех. — Он наклоняет голову. — Кроме меня.

— О?

Он хватает меня за руку и подносит мои пальцы к своим губам. — Готова идти?

Я иду за ним к машине.

Бернард на водительском сиденье. Он оглядывается через плечо и широко улыбается мне.

— Мисс Джонс.

— Привет, Бернард.

— Твоя одежда в задней части. Я буду включать очень громкую музыку. — Он подмигивает.

— Я ценю это. — Мои губы дрожат от того, как сильно я улыбаюсь.

Окно поднимается, и Алистер вручает мне пакеты с платьями.

— Нужна моя помощь? — шепчет он мне на ухо.

Я начинаю расстегивать молнию на юбке.

Между нами нет расстояния, потому что он разрушает все это. И горячее биение моего пульса совпадает с ритмом моего сердца.

Я так влюблена в этого мужчину.

Нет сомнений. Во мне нет ни капли беспокойства.

Машина трогается с места.

И Алистер пользуется конфиденциальностью.

Переодевание занимает в два раза больше времени, но к тому времени, как мы притормаживаем перед отелем, я уже одета в дорогое красное платье и туфли на высоких каблуках.

Мне нужно снова сделать макияж, а Алистеру — стереть с лица мой тональный крем. Когда мы приводим себя в порядок, он открывает дверь и обходит машину с моей стороны.

Я беру