Последнее лето в Аркадии - Дайрдре Парселл

Обед в «Сан-Лоренцо», нашем семейном гнездышке, на этот раз перешел все границы хаотичности. Народ толпами слонялся вокруг стола, постоянно что-то хватая и громко переговариваясь. Поскольку в августе всегда начинаются распродажи, мои дочери и их подруги только об этом и говорили. Они жевали и обменивались репликами вроде «Помнишь ту белую кофточку, что мы видели с тобой в таком-то бутике?». После обеда девчата собирались пройтись по магазинам. Никто не удосуживался прибрать за собой посуду и салфетки.

Мать Бетти легла в больницу на какую-то пустячную операцию, которая при этом требовала постоянного присутствия дочери рядом, поэтому помощница бывала в «Сан-Лоренцо» лишь по утрам. Обед, как вы понимаете, теперь был целиком на мне. Я потушила баранину с картошкой и бамией, и теперь каждый будто старался насажать как можно больше пятен на скатерть и пол. Кухня напоминала осиный рой. Рики не обращал на беспорядок и шум никакого внимания, но я видела, что Мэдди поглядывает на гудящую ораву почти затравленно.

— Не представляю, Рита, как ты справляешься, — заметила она, когда гости схлынули наружу, устремившись к остановке, чтобы успеть на двухчасовой автобус. Мэдди помогала мне убирать посуду в пасть гигантской моечной машины. — У тебя ангельское терпение.

— Это точно! — Я хохотнула. — Ангельское!

Было видно, что Мэд оживилась и почти совсем пришла в себя.

— Знаешь, у тебя очень весело, но я, пожалуй, поеду домой.

— Да брось! Останься еще на денек.

Признаться, я была даже рада тому, что Мэдди хочет вернуться к себе. За последние дни силы мои иссякли, хотелось немного отдохнуть в одиночестве.

Включив посудомоечную машину, я удовлетворенно вздохнула.

— Пойдем наверх, там прохладней.

В кухню заглянул Рики, пожелавший выпить чаю.

— Надеюсь, наши девицы не всю заварку вылакали? — поинтересовался он.

Я открыла крышечку чайника.

— Немного осталось. Могу заварить свежую. — Муж покачал головой. — Тогда пей эту.

Мы втроем прошли в оранжерею и расселись по плетеным креслам. Я люблю это большое, бестолково оформленное помещение. Изначально здесь были только растения, но этого мне показалось мало, и я забила пространство шкафчиками, столиками из ротангового дерева и диванчиками, а впоследствии и разнообразными вещицами из тех, что ни к чему не подошли. Создавалось впечатление, что это огромный склад, где вещи собраны без намека на какую-либо систему. Но мне здесь всегда нравилось.

— Вчера видел заметку о Фергусе, — сказал Рики, наливая в чай молока и не обращая внимания на отчаянные сигналы, которые я ему подавала.

— Да? — Мэдди выпрямилась. Несмотря на явный прогресс в ее состоянии, упоминание бывшего мужа в разговоре подействовало на нее как ушат ледяной воды. Мой бестактный муж ничего не заметил.

Я тоже обратила внимание на очередную статью о Фергусе и его коллегах по сериалу, причем с большим фото, но благоразумно ее спрятала. Мне не хотелось нервировать подругу, особенно после недавнего разговора. И вот мой супруг одним словом разрушил все мои благие намерения.

— Так ты не видела ее? — спросил Рики, мешая чай так энергично, словно хотел прокопать ложечкой яму до самой Австралии. — Актеры объявили сидячую забастовку, в их числе твой муж. На снимке изображена целая толпа, все сидят прямо на полу возле студии, в руках транспаранты. Лично я считаю, что ничего они не добьются. Если сериал прикрывают, значит, он стал нерентабельным. Дело труба.

— Ты не сохранил номер с этой заметкой, Рики? — Голос Мэдди был деловитым, хотя в глазах застыло напряжение.

— Он в магазине. — Муж по-прежнему ничего не замечал. Он вытянул перед собой короткие ножки и покрутил стопами. — Могу принести вечером.

— Нет, не нужно, я к этому времени уеду. — Мэдди сделала глоток чаю. — Думаю, в почтовом ящике найду свой экземпляр.