Зефир в шоколаде - Екатерина Риз

Я повременила ахать, и пояснила:

— Он не знает слова — собеседование. И наш папа нашёл не слишком удачный синоним.

Нам улыбнулись. Улыбнулись!

А Тёма привалился к моему боку и вздохнул, взглянул с томлением. Я незаметно погладила его по спине, упрашивая потерпеть.

Терпеть пришлось ещё минут пятнадцать, после чего нас отпустили, с обещанием сегодня же перезвонить и сообщить ответ. Я уже и забыла, что такое — ждать и переживать из-за чьего-то решения.

Мы с Тёмкой вышли из кабинета, я крепко держала сына за руку, но перед зеркалом всё-таки остановилась, посмотрела на себя, легко похлопала себя по щекам. А Тёмка показал своему отражению язык. Затем за руку меня дёрнул.

— Мама, папа приедет?

— Я бы тоже хотела знать. Он должен был быть здесь ещё полчаса назад. — И под нос себе добавила: — Трус. — Мы стали спускаться по лестнице, Тёмка прыгал по ступенькам, а я его спросила: — Тебе понравился сад? В группе интересно?

— Да. У них на стене картина нарисована.

— Какая картина?

— Фигня. С каретой и девчонкой в платье.

— Не говори «фигня».

— Папа говорит.

— Мы с тобой об этом беседовали, Артём. Нельзя повторять за папой всё.

— Ага, — отозвался сынуля, а затем сказал то, от чего у меня сердце остановилось: — Мама, у них рыбы в аквариуме. Большие!

— Нет, Артём, — со всей решительностью сказала я. — Нет. Даже не думай.

Тёмка выпятил нижнюю губу, попыхтел. Затем сделал мне одолжение, потому что на обещание это вовсе не походило:

— Ладно уж…

Я глаза закатила, и до машины шла, обдумывая, что мне делать, если Артём обещания не сдержит. На всякий случай решила повторить главные правила, которые мы с Антоном вдалбливали в голову сына последние полгода:

— Никаких спичек, Артём, электричества… и воды.

— Водой можно погасить огонь! — порадовался чему-то Тёма.

Я подумала и кивнула.

— Правильно. Но если ты не разведёшь огонь, тебе не понадобится вода! И ты не нарушишь два правила! И не трогай рыб, им хорошо в аквариуме. Их кормят, о них заботятся, и они не хотят в море.

— Ты точно знаешь?

— Да.

— Откуда?

— Я взрослая. Я всё знаю.

— А ты знаешь, папа купит мне дельфина?

— Знаю. Не купит. Потому что дельфины живут в море.

— А мы его в Волгу выпустим, она же большая…

До самого дома Тёмка развивал тему про дельфинов в Волге. Я кивала, принимая его размышления, но время от времени напоминала, что дельфины в Волге не живут, им там холодно, и нет, в нашей ванной зимой места не будет. И папа дельфина не купит, даже самого маленького. А дома, встретив любимого супруга на кухне с куском яблочного пирога в руке, показала ему кулак. Потом потрясла им перед его носом.

— Как ты мог не приехать? Я чуть со стыда не сгорела!

Антон фыркнул от смеха, глаза на меня вытаращил.

— Неужели рассказала?

— С ума сошёл? Нет, конечно. Но я скрыла правду, и мне было стыдно.

Антон прожевал и облизал палец.

— Краснела?

Я разозлилась и упёрла руки в бока.

— Иди к чёрту.

Он наклонился ко мне и поцеловал в нос. Разулыбался, но прежде чем я успела стукнуть его по плечу, на кухню вбежал Тёмка и повис у отца на руке.

— Папа, мама сказала, что ты купишь мне дельфина!

Я возмущённо глянула на этого хитреца.

— Вот уж неправда! Никакого дельфина! И не смей ему ничего обещать, — пригрозила я мужу, который подхватил сына на руки и теперь скармливал ему свой кусок пирога. Я на жующего сына посмотрела. Напомнила: — Артём, ты наказан. И мы с папой ещё не передумали.

Антон бездумно покивал.

— Да-да.

Я украдкой ему кулак показала, в очередной раз. Затем поторопилась к лестнице, на ходу спросила:

— Мила спит, Антон?

— Спит, я заходил.

Я всё равно поторопилась подняться в детскую, на цыпочках прошла к кроватке, мельком улыбнувшись встрепенувшейся няне.

Моя дочка была похожа на ангелочка. И была похожа на меня. По крайней мере, мне было приятно так думать. Кудряшки, правда, тёмные, как у папы и брата, зато кожа куда светлее, и глазки голубые. Уверена, что красавицей вырастит, самой милой девочкой на свете. Я постояла у кроватки несколько минут, поправила одеяльце, а сама тихонько вздыхала, чувствуя невероятное тепло внутри. У меня замечательная семья. Даже с потопами и мечтами о дельфине в ванной, самая лучшая.

За пять лет не слишком многое изменилось. Да, у нас с Антоном появились дети, мы стали настоящей семьёй, но по-прежнему жили в этом доме, хотя, с тех пор, как Тёмка достаточно подрос и стал проявлять чудеса активности, мы пару раз задумывались о том, что с Милой, когда та начнёт бегать, начнётся полный кавардак и шум. Наверху осталась свободной одна гостевая спальня, и родственники Антона в полном составе уже не помещались, на всех кроватей не хватало. Но расстаться с этим домом было сложно, и решительности нам не хватало. Мы так любили нашу маленькую пристань, вид из окон, вечера на веранде с видом на Волгу. Я бы не променяла это ни на какой простор и престиж.

Алиса появлялась редко. После пары лет якобы свободной и самостоятельной жизни в Москве, вернулась, и некоторое время всё-таки испытывала моё терпение, постоянно появляясь в пределах видимости моего «Антоши». Но, видимо, в какой-то момент осознав, что её принц превратился в отца семейства, её любовь и пылкий интерес пошли на убыль. Хотя, она всё ещё появлялась у нас в доме, поражая воображение всех вокруг своими смелыми нарядами. То ли провоцировала, то ли проверяла нашу с Антоном реакцию, но со временем я научилась над этим смеяться. Хотя, в смешки мужа, когда тот останавливал свой пытливый взгляд на зоне декольте моей сестры, не слишком верила.

Отношения Алисы с матерью так и остались сложными, что, правда, совсем не мешало первой брать у Марины деньги. Точнее, выклянчивать. Не знаю, что с её долей наследства, я старалась в это не вникать, переложила эту обязанность на мужа, но судя по тому, что Алиса встречалась с матерью регулярно, не смотря на собственное неудовольствие, жизнь в Москве её финансовую стабильность пошатнула. Марина же старалась со мной без лишней необходимости не общаться и не встречаться. Изредка мы сталкивались на разных мероприятиях, но зачастую лишь здоровались и тут же расходились в разные стороны. Спокойнее мне стало лишь после того, как моя мачеха два года назад вышла замуж. Причём, за совершенно незнакомого нам персонажа, даже Антона этот поступок бывшей любовницы в шок поверг, но Марина вышла замуж за бизнесмена среднего пошиба, который, как позже выяснилось, торговал в своей сети мелких магазинчиков, запчастями для иномарок. Как они познакомились, и где их, в принципе, могла судьба столкнуть, не ясно, но факт остаётся фактом — Марина стала женой простоватого, даже мрачноватого мужчины, явно пролетарских корней. Антон уверенно заявлял, что у того даже намёка на высшее образование нет, но при этом, мужик он неплохой, даже как-то помог ему с проблемным автомобилем, который пришёл с явной поломкой, а запчастей в наличии не оказалось. И вот этот мужчина теперь жил в шикарном особняке Давыдовых, расхаживал по нему в спортивном костюме и пил пиво в гостиной перед телевизором (это я уже от Алисы узнала), и Марина всё это ему позволяла, и мало того, выглядела вполне довольной. Правда, со всей достоверностью я этого заявлять не могу, я счастливой и всем довольной Марину никогда не видела, по крайней мере, на людях она себе подобного проявления человеческих эмоций не позволяла, но по слухам… по слухам моя мачеха в своём втором браке была странно счастлива. Ну, или удовлетворена. После некоторых раздумий, я за неё порадовалась. И за себя тоже, решив, что нудный и длительный контроль можно немного снизить. Но Антону об этом знать не стоит, пусть не расслабляется.