Научи меня - Людмила Молчанова

- Ага, - та оторопело кивнула и попятилась из кабинета, явно не пришедшая в себя. Это что, такая неожиданность? То что Мишка на ней женат?

- Ну все, - криво усмехнулся Подольский, - ты разрушила интригу.

- Она была?

Он присвистнул и потянулся, разминая затекшую спину.

- Еще какая. Они все гадали, кто же моя жена. Говорили даже, что я давно женат, а кольцо одел, потому что моя ненаглядная вернулась.

- Интересно, - Катя опустилась на диван, провела по нему руками, наслаждаясь прикосновениями к выделанной коже, и решила не тянуть с разговором. - Скажи мне, ты здесь жить собрался?

- Ты о чем?

- Я? Я ни о чем, - так же улыбаясь, покачала головой Катерина. - Я серьезно спрашиваю, Миш. Дома ты уже только спишь, а уезжаешь даже раньше, чем я проснусь. Сегодня оказывается, что ты начал спать уже на работе. Ну так что? Может, сразу кровать здесь поставишь? И холодильник? Тогда не придется домой возвращаться.

Он скривился как от головной боли и пощипал переносицу. Видно было, что хочет поюлить, избежать разговора, который ему не нравился, да и ей не особо, но Катя действительно долго терпела. И ладно бы он не заботился или был холоден. Нет.

- Что за глупости? Я просто с этими бумажками замотался и уснул, - для убедительности муж помахал в воздухе кипой исписанных листов. - Что ты завелась сразу?

- Я не завелась. Я спокойна. А вот если ты будешь себя дальше так вести, я заведусь. Знаешь, Миш, не хочешь со мной жить - не надо. Тебя никто не держит. Ни я, ни кто из детей. Не нравится - я сегодня же уйду.

Хоть сама обещала себе, что поговорит спокойно с ним, постарается все объяснить и нервничать не будет, все равно начала срываться. А ей нельзя. Мишка тоже как-то испуганно вскинулся на нее, понял наконец-то, что Катя не шутит и серьезно говорит.

Бумаги полетели в сторону, и через несколько секунд Мишка уже сидел рядом, обняв ее и прижав к своей груди.

- Кать, ты чего? В самом деле. Я просто работаю. Я тебя люблю, слышишь? Ну что ты, родная? Тебе нельзя нервничать...

- А ты думаешь, что когда на весь день пропадаешь, я не нервничаю? Когда целыми днями одна дома, а ты неизвестно где, я не нервничаю? Я, наверное, танцую и пою от радости, да?

Он снова попробовал заикнуться о работе.

- Рассказывай эти сказки кому-нибудь другому, Миш, ладно? Но только не мне. Мне эти оправдания еще тяжелее слушать. Не хочешь ехать домой - не едь. Не хочешь со мной жить - не живи. Только вот так играть мной не смей.

Она выдернула свое запястье из его руки - с трудом, а Мишка не собирался облегчать ей задачу. Встала рывком, поправила платье и вышла, не оглядываясь. За дверью ее ждала Галина, нетерпеливо заламывающая руки. Встретившись с Катей взглядом, она покраснела и начала сбивчиво извиняться.

- Еще раз извините, Катерина...Правда. Если бы я знала. Я же думала, что вы так пришли, а вы жена...Честное слово...

От навязчивого стрекотания заболела голова. Катя поморщилась, но выдавила ободряющую улыбку.

- Все нормально, Галина. Ничего страшного. Обычное недоразумение.

Отмахнувшись от дальнейших извинений, Катя поехала домой.

* * *

Миша вернулся поздно вечером. Слегка выпивший, с красными глазами и весь взъерошенный. Катя слышала, как он топает на первом этаже, то заходя на кухню, а сразу же оттуда - в столовую. Катя поспешно улеглась в кровать, до подбородка натянула одеяло и сделала вид, что крепко спит. Говорить не хотелось. Этот вечер ее измотал. К тому же чем больше она нервничала, тем сильнее ее тошнило. И сейчас половину сил приходилось тратить на то, чтобы сдержать тошноту.

Наконец, Мишка добрался до спальни, в дверях стукнулся рукой об косяк, выругался и тут же зашипел сам на себя. К ней он подходить не стал, а сразу направился в ванную. Через двадцать минут, посвежевший и уже с более уверенными движениями и жестами, Подольский уселся рядом с ней на край кровати и покаянно положил голову ей на живот, стараясь не давить и едва ее касаться.

- Я дурак, - в тишине спальне покаяние мужа прозвучало чересчур отчетливо. Руки сами по себе потянулись к его волосам, но силой воли девушка заставила себя лежать неподвижно. Только кулаки сжала. - Кать, ну дурак я, что теперь? Лучше накричи. Только прекрати так молчать. Не подумал башкой. Струхнул. Но я вас всех люблю. Честное слово. Ну Катюш...

Мягкий поцелую в живот, касание шершавой ладони, спокойное и нервное дыхание одновременно...

- А вдруг я не справлюсь? - продолжил изливать душу Мишка. Неужели действительно думал, что она спит? - Я же не умею этого всего...У тебя так хорошо выходит...Тепло так. А я? Кать, а что я? Сын алкашей, который всю жизнь провел в детдоме...Из меня муж и отец...Смехота одна. Ты не заслужила такого...

- Почему ты решил все за меня? - не удержалась и пропустила через пальцы черные, жестковатые пряди, поглаживая кожу. - Откуда ты знаешь, что мне надо? У меня был хороший, Миш. И хороший, и правильный, и семья у него правильная. А я с ним умирала рядом, понимаешь? Медленно, под его хорошестью и благородством, которыми он со всех сторон на меня давил. Мне все равно, кто ты или кто твои родители Я за тебя замуж вышла, а не за твоих родителей.

- Кать...

- Ты думаешь, я совсем тебя не вижу? Я все твои недостатки знаю наперечет. Миш, я за тебя замуж вышла, - еще раз повторила, пытаясь вдолбить в него простую истину, ей понятную, а для Мишки - неизвестную. - За тебя, всего. И за все твои недостатки, и достоинства. Я тебя люблю, вот такого как есть. Даже пьяного, - он страдальчески то ли хохотнул, то ли застонал. - Мне не нужен спонсор, Миш. Мне нужен муж. За которого я выходила и от которого жду ребенка.

Он молчал и даже, казалось, уснул. Но стоило Кате пошевелиться, устраиваясь поудобнее, как Миша дернулся, руки на ее талии сильнее сжались, стараясь не отпускать.

- Иди ложись, - шепнула она и подтолкнула его подняться. - Поздно уже. Завтра тебе рано вставать

Первый раз муж ей беспрекословно подчинился, не сказав ни слова. Только когда уже засыпал, пробормотал едва внятно:

- Не буди завтра. У меня выходной.

- Как хочешь.

- Я все сделаю, чтобы ты была счастлива. Честное слово.

- Спи уже, - тяжело вздохнула и поцеловала его в щеку. - Хватит болтать.

Миша никогда не нарушал обещаний, которые давал. И этот раз не стал исключением.