За поворотом времени, или Магия сердца - Галина Сергеевна Горшкова

— Нормально, господин. Она весь день Вас ждала.

— Ждала меня? Зачем?

— Э… Ну… Как зачем? — Леокадия растерялась, не зная, что можно ответить на, казалось бы, такой простой вопрос. — Поговорить, наверно.

— На поверхность я ее не отпущу. И это не обсуждается, Леокадия! — Злот повысил голос на экономку.

— Но, мой господин! Екатерина вовсе не рвалась на поверхность! Она даже не поднималась по лестнице к выходу, чтобы издали посмотреть на улицу.

— Да? — Магистр удивился. — А о чем она тогда хотела со мной поговорить?

— Я не знаю. А мы зато вместе с ней приготовили Вам ужин!

— Ужин? Я разве об этом просил? Я, по-моему, не давал тебе такого поручения.

— Нет. Но госпожа решила сделать Вам сюрприз. Оказывается, она очень хорошо умеет готовить.

— Вот как? Нет, то, что Катерина — женщина с сюрпризами, это я уже понял. Но чтобы еще и готовить?

— Да, готовит. И очень вкусно. Она сейчас в своей комнате. Я пойду приглашать ее к столу?

— Подожди! — Злот остановился перед дверями своей комнаты и оглянулся назад на экономку. Ужин с Катериной в его планы не входил. — Леокадия, ты хочешь сказать, что вы еще не ели, потому что ждали меня? Мне жаль, но я ужинать с вами не буду. Я зашел домой буквально на чуть-чуть, забрать кое-какие вещи. И собираюсь уходить.

— Уходить, господин?

— Да, я ухожу. Мы занялись восстановлением фабрик в Баграсе. Работы там очень много, людям необходимо мое присутствие. А мотаться до города и обратно каждый день — у меня пока нет настроения. Я поживу в гостинице сколько-то, — Злот распахнул двери своей комнаты и остолбенел. — Какой ужас! Леокадия, что это?

— А… А это еще один сюрприз от госпожи Екатерины, — прислужница виновато опустила глаза в пол.

Комната Злота за несколько часов сумасшедшего вдохновения молодой российской учительницы начальных классов превратилась в нечто неузнаваемое. Конечно, Екатерина не была такой ярой зрительницей телевизионных шоу про суперремонты, как ее бабушка. Но даже изредка, переключая каналы, можно нахвататься всего, что душе угодно, и заметно пополнить багаж своей фантазии.

Под чутким руководством почетной гостьи местный плотник в авральном режиме сколотил шкаф с полками, крючками и вешалками для одежды. Туда женщина уже успела развесить и разложить вещи Злота. Портнихи принесли рулоны различных тканей, и Катерина с Леокадией, умело чередуя цвета и фактуры материала, оформили серые и невзрачные стены яркими портьерами. Женщины заменили покрывало более светлым. Нашли где-то в закромах у слуг плетеные половики из светлой соломки и разместили их рядом с кроватью. В довершение интерьера слуги-мужчины, из тех, что посильнее, принесли в комнату два кресла ручной работы. Катерина приказала поставить их симметрично в дальних углах комнаты. А к изголовью кровати, также с двух сторон, она уговорила перетащить из гостиной две скульптуры в форме деревьев. Женщина установила на каждый листок искусственного дерева по небольшой свече, и темная комната Правителя моментально озарилась золотистым светом.

— Простите меня, мой господин, — голосом, полным раскаяния, произнесла Леокадия, пока Злот, насвистывая себе что-то под нос, медленно обходил комнату по кругу. — Я не знала, чем занять Вашу гостью. А госпожа Екатерина непременно хотела преобразить Вашу комнату. Она сказала, что здесь очень мрачно. А новый интерьер выглядит весело и празднично.

— Ты тоже так считаешь? — Злот вопросительно посмотрел на экономку. — Вообще-то, Леокадия, в этой комнате я не веселюсь и не праздную ничего. Для этого у меня есть гостиная. А тут я сплю! Спал. Раньше.

— Прикажете все переделать, мой господин? Вернуть, как было?

— Зачем сразу — переделывать? Человек старался. Расстроится еще, — Злот обогнул светящиеся деревья, отдавая должное оригинальности идеи и одновременно представляя себе ворчание слуг, кому придется эти свечи регулярно заменять новыми. Пощупал рукой новое покрывало, дошел до камина, с интересом разглядывая выставленные на полке фарфоровые игрушки. — Это ведь из коллекции Агаты?

— Да. Агата этими игрушками уже не играет. Но она с таким удовольствием помогала госпоже расставлять их здесь на полке! По-моему, они тут смотрятся.

— Ничего. Очень даже неплохо… Ладно, Леокадия. Пусть все останется пока так, как есть. Докладывай дальше. Где еще в моем доме меня ждут сюрпризы?

— Нигде больше, мой господин. Мы полдня занимались этой комнатой. А потом готовили ужин. Вы сердитесь на меня, господин?

— Да нет, — Злот пожал плечами. — Мне известно, что такое скука. И Катюше тяжело будет привыкать к новой жизни в моем подземелье. Пусть хоть каждый день тут все меняет. Единственное, прошу тебя, Леокадия. Не позволяй ей ничего перекраивать в кабинете моего отца.

— Как прикажете. Я все поняла.

Злот вспомнил пререкания с родной сестрой.

— А я еще подтрунивал над Георгиной, что она одна такая сумасшедшая в своей страсти к прекрасному… Хорошо. Помоги собрать мне вещи. Вряд ли в этом порядке я сам что-то найду.

— Не извольте беспокоиться! Я все сделаю. А Вы пока успеете поужинать с госпожой Екатериной.

— Нет, Леокадия, давай ты сложишь мои вещи побыстрее. Я же тебе сказал, что не буду ужинать с Катериной.

— Но она так ждала Вас, господин!

Злот нахмурился. Он твердо решил не поддаваться ни на какие провокации. С другой стороны — он собирался уйти из дома, и уйти надолго. Желание увидеть любимую женщину было так велико, что он сделал для себя сегодня исключение. «Попрощаюсь с Катюшей, и в путь. И даже хорошо, если она встретит меня холодом и презрением. Пусть мы сейчас поругаемся. Мне так легче будет ее разлюбить… Слово-то какое страшное — «разлюбить». Лучше, скажем, остыть. Да, — не вспоминать о ней какое-то время».

— Убедила. Пойду, спрошу у нее, что такого срочного она хотела мне сообщить. А ты, пожалуйста, поторапливайся!

Злот оставил в комнате экономку и уверенным шагом пошел искать Катерину. Гостевые комнаты были расположены в отдалении от его личных апартаментов, в противоположном крыле замка. Магистр быстро миновал гостиную, чуть медленнее оставил позади себя столовую, дивясь по ходу необычной сервировке стола и каким-то странным, невиданным им ранее блюдам. Еще медленнее он шел по гостевому крылу, пытаясь предугадать содержание предстоящей беседы. И вовсе остановился у дверей комнаты Екатерины. Его сердце взволнованно стучало в груди.

«Спокойно, Злот! Ты же Правитель! Ты — хозяин положения. Не надо нервничать. Да пусть хоть что она думает о вчерашней ночи и о тебе! Не хочешь казаться слабым и уязвимым — нападай на нее сам. Обвиняй в чем-нибудь, ругай, высмеивай. Не бойся ее обидеть. Катерина пока любит другого. К тебе она ничего не чувствует, а значит, ты