Другая женщина - Пенни Винченци

- Миссис Пакард может подождать! - сказала Алиса, нажимая на рычажок телефона. - Вот уж не думала, что ты такой грубый. Мне казалось, что ты меня любишь.

- Боюсь, что ты ошибалась. Возможно, я и любил, но своим поступком ты убила во мне эту любовь. Ты просто наплевала мне в душу.

- Манго, это ты на все наплевал: на свою жизнь, работу, на наши отношения, не говоря уже об отце.

- Пожалуйста, не говори мне о моем отце. То, что вы с ним сделали, непростительно. Пожалуйста, уходи. Меня ждут клиенты.

- Нет, Манго, я не уйду. И скажи этой несчастной, которая смотрит на тебя, как на Мессию, чтобы она тебя ни с кем не соединяла.

- И не подумаю!

- В таком случае, - сказала Алиса, начиная расстегивать блузку, - я закричу и скажу, что ты пытался меня изнасиловать.

Манго посмотрел на нее и увидел в ее глазах то, что было ему давно хорошо известно - отчаянную решимость. Он снял трубку.

- Карол, пожалуйста, не соединяй меня ни с кем. И попроси Родди срочно переговорить с миссис Пакард.

Если, конечно, она не успела еще обратиться в другое агентство, - добавил он, выразительно глядя на Алису.

- Да, Манго, - ответила Карол. - Принести вам кофе?

- Обойдемся.

Алиса рассмеялась.

- Как ты посмела врываться сюда, отрывать меня от работы и выставлять на посмешище перед моими сотрудниками?! - закричал он.

- Какая патетика, - заметила Алиса. - Посмела, потому что мне надо серьезно с тобой поговорить, и я хочу, чтобы ты меня внимательно слушал и не отвлекался на всякие мелочи. Я отниму у тебя не так много времени.

- Хорошо. Выкладывай побыстрей и уходи.

- Манго, смотри мне в глаза. Не могу же я говорить с твоим затылком.

Манго бросил на нее сердитый взгляд. Алиса рассмеялась.

- Ты сейчас очень похож на отца, - сказала она.

- Откуда ты знаешь, как он выглядит, если ты с ним никогда не встречалась?

- Манго, не смеши меня. Конечно, не встречалась, но его часто показывают в утренних новостях и в «Панораме». Он у тебя популярная личность.

- Правда? - искренне удивился Манго. - А я и не знал.

- Вчера в «Панораме» шла речь о третьем мире, и он высказывал свое мнение по поводу поставок туда продовольствия. Мне его соображения очень понравились. Тебе бы стоило его послушать.

- Нет уж, благодарю. Я все его рассуждения знаю наизусть. Меня от них тошнит.

- Очаровательно! - сказала Алиса. - Тогда давай поговорим о тебе. Надеюсь, эта тема тебе больше подходит?

- Алиса, - начал Манго, чувствуя, что теряет терпение, - вчера вечером я сказал отцу, что люблю тебя и хочу на тебе жениться, а он отчитал меня, как шестилетнего ребенка. Он говорил со мной свысока…

- Он это осознал и очень сожалеет, - перебила его Алиса.

Если бы Манго сказали, что его отец занимается фигурным катанием или балетом, он удивился бы меньше, чем от услышанного.

- Что он делает? - переспросил Манго.

- Очень сожалеет.

- Мой отец даже такого слова не знает.

- Знает, Манго, знает. Его голос звучал искренне. Он сказал, что не любит извиняться, но ради тебя он это сделает. Ты знаешь, он у тебя душка. Мне он страшно нравится.

- О… - присвистнул Манго.

- В чем дело?

- Ни в чем. Он уже звонил мне и хотел все объяснить, но я послал его к черту.

- Очаровательно! Значит, ты уже успел отбить у него охоту извиняться.

- Не понял?

- Не думаю, чтобы он позвонил еще раз.

- А ты не сказала ему, что его привычка говорить свысока оскорбляет меня?

- Конечно же, нет.

- Напрасно. Если бы ты знала его, то не говорила бы «конечно».

- Надеюсь скоро узнать его получше.

- Неужели? Устроите маленький семейный совет, на котором обсудите мое поведение и решите, какие принять меры?

- Не будь ребенком, Манго.

- Это вы забываете, что я не ребенок. Ты можешь пустить в ход свои чары. Он больше подходит тебе по возрасту, и ты без труда очаруешь его и станешь очередной миссис Баган, тем более что он не очень-то и разборчив.

Алиса перегнулась через стол и ударила его сначала один раз по лицу, затем она размахнулась и ударила его второй раз, разбив ему при этом нос. Удар был таким сильным, что у Манго из глаз посыпались искры. Из носа потекла кровь. Манго запрокинул голову.

- Получил? - сказала она.

Уперевшись руками в ручку его кресла, она склонилась над ним. Лицо ее было бледным, глаза сверкали.

Манго чувствовал тепло ее тела, ощущал запах ее духов и еще чего-то мускусного. «Наверное, это запах человеческой ярости», - подумал он.

- Послушай, Манго, я скажу тебе всего две вещи и уйду. Первое - я никогда не пускаю в ход свои чары. Мне это не нужно. Мне совершенно не хотелось влюбляться в тебя, и я долгое время сопротивлялась. Что касается нашей женитьбы, то я и сейчас нахожу ее неразумной и нелепой. Мне даже смешно об этом думать.

- Тогда почему же ты согласилась выйти за меня замуж? - сам того не ожидая, спокойно спросил Манго.

Алиса молча глядела на него, и ее глаза были холодными, враждебными.

- Потому что я ничего не могла с собой поделать, - ответила она наконец. - Потому что полюбила тебя. Я принимала тебя за большого избалованного ребенка. Ты был очаровательным, и я полюбила тебя. Я и сейчас тебя люблю. Я слабая женщина, и ничего не могу с собой поделать.

- Ясно, - сказал Манго, вытирая платком кровь из носа, которая капала ему на рубашку. - А теперь ты, конечно, разлюбила меня?

- Немного, но какое это теперь имеет значение? Вчера я сказала твоему отцу, что не собираюсь выходить за тебя замуж.

- Так, значит, вот в чем дело. Ему удалось отговорить тебя.

- Нет, Манго, он меня не отговаривал. Я сама себя отговорила. Он вообще не говорил на эту тему. Я подумала и решила, что это глупая затея.

- Просто ужасная, - подсказал Манго.

- Да, ужасная. Я решила, что сошла с ума, согласившись на это. Я сказала об этом твоему отцу и спросила у него, не лучше ли будет, если я уеду.

- Я рад, что ты проконсультировалась с ним, вместо того чтобы решать такие вопросы со мной. И что же он тебе посоветовал?

- Он сказал, что это его не касается.

- Неужели мой отец мог сказать такое?

- А почему нет? Он сказал, что у него нет ни малейшего намерения указывать мне, что делать, а что не делать.

- И он даже не выразил своего мнения?