Дремир. На грани. Том 2 - Ник Вернер

«Вещи я все сложил. Это точно. Еду взял, воду — тоже. Корзину верну по возвращении. По их понятиям возвращать пустую не положено, а положить мне сейчас туда нечего. Всё же?»

Я ещё раз глянул на корзину и увидел вышитую салфетку, перекинутую через борт.

«Да глупости это! Зачем мне салфетка?» — сразу же отбросил я начавшуюся зарождаться мысль.

Правда, потом вспомнил, что и прошлый раз мне Марена выдала салфетку, которую я уже где-то потерял, и сдался: взял салфетку, аккуратно сложил и засунул в сумку.

На удивление, мне тут же полегчало, и я засомневался, не замешана ли тут ещё и какая-то дремирская магия. Но я так и не смог представить, зачем Марене вредить мне, и вскоре благополучно уснул.

Часть 2

Глава 28. Женские хитрости

Настя

Утром того же дня.

«Что это было? — не могла понять Настя, смотря Марку вслед. — Зачем он со мной решил попрощаться? Хотел намекнуть, что вернётся? Вряд ли… Да и вообще! Оказывается, он вполне может сам ко мне подойти и заговорить на улице. Значит, всё это время просто не хотел! Ладно, не важно…»

На следующем перекрёстке Настя свернула в переулок и пошла к месту тренировки обходным путём, зная, что будет чувствовать себя странно, если будет идти за Марком всю дорогу.

Четыре часа тренировки пролетели незаметно, и Настя, попрощавшись со всеми на неопределенный срок, решила, что пора идти домой и собираться в дорогу. От вечерней тренировки её освободили, и времени у неё на сборы было предостаточно, но всё же она хотела управиться заранее, пусть у неё почти всё уже и было готово. Однако её планам не суждено было осуществиться.

— Привет! — подкараулила её Марена у ворот ристалища.

— Привет, — поздоровалась Настя.

— Идём ко мне домой, дело есть! — хитро прищурившись, сказала Марена.

— Давай я к тебе попозже зайду? — устало сказала Настя. — Мне ещё собираться надо.

— Это важнее! — не сдавалась Марена и, схватив подругу за рукав, потащила её за собой по улице.

— Что ж у тебя такого важного, что не может подождать пару часов? — не сдавалась Настя, но за подругой всё же пошла, мягко высвободившись.

— Дома расскажу, — загадочно улыбнулась Марена, и Настя сдалась.

«Наверное, сегодня просто день такой, — подумала она. — День непонятных событий».

— Рассказывай, что у тебя стряслось, — спросила Настя, когда они зашли домой.

— Ты сначала раздевайся и проходи, — весело ответила Марена.

Настя вздохнула, разулась, сняла куртку, шлем, перчатки и зашла в гостиную.

— Садись, — похлопала Марена по лавке у окна, приглашая Настю присоединиться.

— Ну? — недовольно спросила Настя, присаживаясь рядом. — Рассказывай уже, пока не стемнело!

— У тебя появилась возможность проявить себя! — восторженно сказала подруга и, не дожидаясь, пока Настя её перебьёт, быстро продолжила: — Ко мне Марк приходил, просил ему собрать еды в дорогу. Я согласилась, так что иди! Готовь для своего суженого!

— А? — не поняла Настя.

— Я говорю, приготовь Марку еду в дорогу! А я ему вечером отдам. Там уже сама решай, если подвернётся случай — рассказать, что это твоя еда или нет. Можешь ему и подарок какой-то неявный передать. Наши бы парни сразу просекли, а он вряд ли. Рушничок ему положи вышитый или ещё чего.

Настя сначала покраснела до самых ушей, а потом чуть не упала в обморок — оперлась на стену дома.

— И куда же вся твоя смелость делась? — захихикала Марена. — Как за мужиком из дому сбегать, так ей не страшно, а как пирожков напечь — обморок.

— Так это… — замялась Настя. — А вдруг…

— Что вдруг? Ты ничего не теряешь. Даже если ему твоя стряпня не понравится, то позор будет на мне.

— Но…

Марена встала и скомандовала:

— Вон печь, иди готовь! Он просил еды на четыре дня. Марш выполнять!

— Слушаюсь, — вырвалось у Насти, а потом она поняла, кто и что командовал, но было поздно.

Пришлось испечь хлеба с пирожками и ограбить закрома подруги на другие припасы. Если бы она сделала это дома, возникли бы вопросы, а так Марена её очень этим выручила.

Домой ей всё же пришлось сбегать — за подарком. Идея ей очень понравилась, и она решила, что и тут Марена права. Вышитый её рукою рушник — самое простое, что можно подарить. Тем более будет дарить Марена, и Марк точно ни о чём не догадается.

«Скорее всего, он даже не возьмёт его с собой, — думала она, роясь в сундуке со своим приданым и выбирая самый красивый, но небольшой новенький рушничок. — Но моё дело подарить. Он же потом вернётся сюда, по идее. Вот мой подарок и будет его здесь ждать. А если к тому времени мне Марк уже не будет интересен, то так и будет — не обеднею».

Выбрав, что она хотела, Настя спрятала подарок за пазуху и снова пошла к подруге в гости. Хлеб с пирожками как раз должны были остыть, и пора было складывать всё в корзину.

— Знаешь, я подумала, — сказала Марена, наблюдающая за подругой, раскладывающейся всё красиво в корзине. — Я и от себя подарок передам. Мне показалось, что прошлый раз ему понравились мои пряники. Я сейчас.

Марена вернулась с небольшим свёртком пряников, и Настя его тоже пристроила в корзину, а следом всё накрыла своим рушником.

— Готово, — смущённо заулыбалась она. — Надеюсь, ему понравится.

— У тебя будет много возможностей проверить, — улыбнулась Марена и обняла подругу. — Не переживай ты так. Как-никак вы будете целую неделю рядом, будет возможность и приглядеться, и пообщаться. А потом ещё и видеться будете часто до Совета и на Совете. Он обещал вернуться сюда. Значит, и в обратный путь, скорее всего, с вами отправится.

— Ой не знаю, Маренка. У меня такое чувство, что он сбежит от нас при первой же возможности.

Марена вздохнула и отстранилась.

— С этим мы уже ничего поделать не сможем, — грустно сказала она. — У любой хитрости есть свой предел — она бессильна перед силой или глупостью, и женская хитрость — не исключение.

«Она права», — загрустила Настя.

— Но! — взбодрилась Марена.