Поцелуй со вкусом манго - Джанет Маклеод

Кларри вопросительно взглянула на Софи. Та покачала головой.

— Бурке умер две недели назад, — сообщил Уэсли. — Поговорим об этом позже.

Адела с недоумением переводила взгляд с одного взрослого на другого.

— Почему ты грустишь, Офи?

— Потому что я пять дней тебя не видела, — ответила Софи, наклоняясь. — Обними меня скорее.

Хихикая, Адела обхватила теплыми ручонками шею Софи, запустив пальцы ей в волосы. Девочку восхищали ее русые шелковистые локоны.

— Можем завтра пригласить раджу и его товарищей-охотников на чай, раз вы вернулись, — предложила Кларри. — Их там, похоже, совсем немного.

— Вечером съезжу приглашу их, — согласился Уэсли.

Когда тени удлинились, принявшая горячую ванну и переодевшаяся в чистое Софи пошла с Робсонами к реке, чтобы познакомиться с раджой. Ее удивила скромность лагеря — восемь палаток размером не больше тех, что были у Тэма во время похода в горы, были установлены по кругу, а возле костра хлопотали над ужином два повара.

В воде с радостными возгласами плескались четверо мужчин.

— Дамы, — сказал Уэсли встревоженно, — вам следует отвернуться. Джентльмены не одеты.

Смеясь над его чопорностью, Кларри и Софи зашли за большой дуб. Думая, что это игра, Адела завизжала от восторга. Уэсли пошел поприветствовать охотников и через несколько минут вернулся и сообщил, что можно выходить.

Спешно были найдены походные стулья для дам, и из палатки вышел пожать им руки раджа. Он оказался привлекательным стройным мужчиной лет сорока. На нем были брюки и рубашка. Софи сразу же понравилось то, что в его обращении отсутствовала манерность.

— Добро пожаловать в мой дворец, — подмигнул он Аделе.

— А где волк? — спросила девочка, озираясь.

— Ушел искать Красную Шапочку, — сказал раджа и рассмеялся над собственной шуткой.

Он велел подать выпивку.

Когда стаканы с лимонадом и виски были разобраны, из темноты вышли остальные купальщики.

— Это мой брат Рави, это мой добрый друг полковник Бакстер, а это Хан, мой новый адъютант.

Софи едва не задохнулась. Она уставилась на мускулистого мужчину с взъерошенными мокрыми волосами, торопливо натягивающего брюки и рубаху. Его лицо заросло густой бородой, но, когда он подошел ближе, она узнала его в тусклом свете сумерек.

— Рафи! — ахнула Софи.

Подойдя, он взял ее за руку.

— Как поживаешь, Софи?

Похоже, он не был удивлен, встретив ее, в отличие от нее, потрясенной его внезапным появлением. Сердце Софи бешено колотилось. Она не находила, что ответить. Как он может быть таким невозмутимым?

— Вы знакомы? — спросил раджа с любопытством.

— По Эдинбургу и лесничеству, — объяснил Рафи.

Он отпустил руку Софи, и она поспешила сесть, прежде чем ее ноги подкосились. Она поймала на себе взгляд Кларри и поняла, что та обо всем догадалась. Неужели она еще вчера знала, что Рафи здесь? Раджа предался воспоминаниям о проведенном в Эдинбурге времени и стал расспрашивать Софи о ее жизни там, а Кларри завела с Рафи разговор о чайных плантациях. У Софи на языке вертелась тысяча вопросов к Рафи, но она все же была рада, когда Робсоны, пригласив гостей на чай, откланялись, забрав Аделу, путавшуюся под ногами у поваров, занятых приготовлением лепешек.

Перед уходом Кларри сказала Рафи как бы между прочим:

— Если поедешь с нами утром на конную прогулку, я покажу тебе ореховые деревья, о которых мы говорили.

Рафи кивнул, принимая приглашение.

Позже, вернувшись в Белгури, Софи допоздна сидела с Кларри, слишком взволнованная, чтобы уснуть.

— Неужели это простая случайность? Он, кажется, совсем не удивился. Возможно, это потому, что он не испытывает ко мне тех чувств, которые я испытываю к нему. Ах, Кларри, не знаю, что и думать. Все равно у меня нет никакой надежды.

Что бы Кларри ни говорила, ничто не могло успокоить Софи.

— Постарайся уснуть, — наконец сдалась Кларри, зевая и направляясь в спальню. — Через несколько часов начнет светать.

Выехав в морозное декабрьское утро, Софи с облегчением вздохнула. Долгая ночь закончилась, она на свежем воздухе и снова чем-то занята. Настроение Софи улучшилось. Независимо от того, появится Рафи или нет, она собиралась насладиться восходом, как и в любое другое утро.

Кларри и Уэсли были вместе с ней. Пока их лошади шли мимо чайных плантаций, до всадников из деревни доносился запах дыма утренних костров. Там, где дорога сворачивала в джунгли, Софи увидела на фоне темно-серого неба силуэт мужчины, сидящего на коне. Рафи приехал.

— Поезжай вперед, — сказала ей Кларри, — а мы следом. Дорога слишком узкая.

Софи поздоровалась с Рафи, и их лошади пошли рядом. И Софи, и Рафи молчали, словно боясь того, что мог сказать другой. Через двадцать минут они оказались на поляне с разрушенным храмом, где Кларри хотела показать Рафи дикие ореховые деревья. Только здесь Софи заметила, что Робсонов позади них уже нет.

Пока они с Рафи, спешившись, ожидали рассвета, Софи незаметно для себя начала рассказывать ему о том, как нашла Айю Мими в хижине отшельника. Она не утаила правды о смерти родителей и о своих бесплодных поисках младшего брата. Слова лились сами собой.

— Наверное, поэтому я и боялась заводить детей. Где-то в глубине моего сознания сохранилась память о брате-младенце, или, скорее, я запомнила, как потеряла его. Видимо, своим детским умом я почему-то считала себя ответственной за то, что не уберегла его.

Вдруг из глаз Софи потекли слезы. Рафи, не говоря ни слова, обнял ее сильными руками и прижал к себе, утешая. Так они и стояли, пока первый солнечный луч не упал на поляну, отчего иней на ветвях и траве засиял подобно драгоценным камням.

Когда пригревающее солнце растопило тонкий лед, сковавший воду в озере, Софи отстранилась, устыдившись их близости. Было мучительно больно найти Рафи снова, зная, что они не могут быть вместе.

— Прости меня, Рафи, за то, что навлекла на тебя неприятности, — сказала Софи. — За то, что испортила тебе карьеру лесника.

— Не извиняйся. Я бы все равно не смог больше работать у Брекнэлла, зная, как он с тобой поступил. Да и быть адъютантом раджи мне нравится гораздо больше. Мы с ним познакомились еще в Эдинбурге. Когда раджа узнал, что я вернулся в Индию, он предложил мне место своего помощника. Так что, когда Брекнэлл выгнал меня, я воспользовался этим предложением. Теперь я тоже исполняю обязанности лесника.

Рафи кисло улыбнулся.

— Я рада, что все так сложилось, — сказала Софи.

Груз ее вины стал не так велик, но на сердце все равно было тяжело.

— Мне нужно кое-что тебе рассказать… о Тэме… и о ребенке.