Малыш по контракту - Айрин Лакс

О черт… Снова этот шантаж под видом заботы. Или наоборот? Забота обернута в оболочку шантажа? Стоит признаться, что ни под каким другим предлогом я бы не стала принимать подарки Ратмира.

Наверное, эти мысли слишком явно проступают на моем лице, потому что этот наглец вскользь замечает:

– Ты пообещала, что не будешь противиться моему участию в жизни малыша и не станешь отбиваться от моей помощи. Это касается и тебя – тоже, Лиль.

– Ты просто подловил меня на словах, сказанных неосторожно! – возмущаюсь я.

– Так уж устроена жизнь. Приходится думать, что говоришь, или действовать эмоционально и разгребать последствия. Но даже если ты хорошенько подумаешь, как ответить и что сделать, разве это гарантия того, что ты ответишь верно, или твой ответ и действия принесут тебе именно тот результат, на который ты рассчитываешь? Или не вмешаются непредвиденные обстоятельства? Жизнь сложнее, чем школьный урок, Лиль.

– Я это прекрасно знаю!

Мы сталкиваемся взглядами. Между нами точно искрит, я призываю себя к равнодушию, словно обращаюсь с мольбой ко всем всевышним силам, а они… не отзываются в ответ.

Я не могу быть равнодушной по отношению к Ратмиру. Во мне бурлит так много эмоций, которые не отгорели после всех его заявлений, и, кажется, отгорят еще не скоро…

Поэтому я поворачиваюсь к Ратмиру спиной и позволяю накинуть ему на свои плечи шубку из искусственного меха. Очень легкая, красивая и теплая, совершенно не тяжелая. Наглец успевает приобнять меня за плечи на миг и поцеловать в волосы.

– Ты безумно красивая…

Еще и комплименты расточает… Неужели его совсем ничем не пронять? Никакими отказами?!

Я больше не решаюсь сыграть с Ратмиром в игру, кто кого переупрямит. Хватит с меня на сегодня стычек, в которых он неизменно одержит верх, благодаря настойчивости, упрямству и поддержке со стороны отца. Она негласная, неявная, но очень ощутимая, проскальзывает в сдержанных жестах и взглядах, проявляется даже в явном невмешательстве.

Но я каждой клеточкой тела понимаю, что отец одобряет поведение сына и поддерживает его, не придает большого внимания нашим кратким стычкам с Ратмиром. Он не делает замечаний и почти не высказывается, но я остро ощущаю, как все его мысли и настроения находятся полностью на стороне Ратмира.

Во дворе дома нас дожидается добротные внедорожники, очень тяжелые и массивные на вид. Ощущение, как будто даже бронированные. Это всего лишь мои догадки. Просто это чувствуется в том, сколько охраны выставлено вокруг. Отец Ратмира занимается место отдельно от нас, в другом внедорожнике. Впереди и позади выстраивается целая вереница машин с охраной.

Поневоле я проникаюсь словами Ратмира…

– Все так серьезно. Неужели ты не преувеличил опасность?

Ратмир посылает мне долгий, потемневший взгляд и качает головой:

– Нет. Незадолго до того, как я пропал на месяц, на отца и маму было совершено покушение. Без жертв не обошлось, отца тоже серьезно ранили. Мы спешно перебрались в другое место. И я никак не мог связаться с тобой. Не должен был проявлять себя и свои привязанности. Вдруг бы они решили добраться до нас через тебя?

От его спокойных, рассудительных слов вдоль позвоночника прокрадывается острый, будоражащий холодок.

Я всерьез не думала, что Ратмир не шутил. Я слушала все, что он мне говорил, но глубоко не задумывалась над ними.

Мне все это казалось игрой и блажью мажора, но теперь я понимаю, что у таких игр очень опасные правила, и это немного притупляет обиду за то, что он сыграл в видимость заинтересованности другой девушкой, позволил ей и себе зайти далеко, прошелся по самой грани.

Остаток поездки я без конца прокручиваю в голове все моменты, начиная с самого первого дня знакомства… Кажется, будто прошла целая вечность! Ратмир такой разный, думаю с явным волнением: и красавчик, находящийся на кураже от побед и самой жизни, и заботливый семьянин, и отличный любовник, и хитрец, и просто… очень упорный и настойчивый. Этого у него не отнять.

По его внимательным взглядам и огоньку в темных глазах начинает казаться, что моя капитуляция неизбежна, это лишь вопрос времени.

Я все гадаю, куда же меня везут? Мы пересекаем границы города, пробираемся вглубь территории одного из коттеджных массивов. Машины проезжают дальше, и скоро вдоль обеих сторон дороги начинают мелькать голубые ели: еще невысокие, может быть, по три-четыре метра. Смотрится привлекательно, дорога витиевато сворачивает. Морды машин упираются в огороженную территорию. Снова проверка… После ворот машины проскальзывают за ограждение и неспеша подкатывают к трехэтажному дому. Смутные сомнения начинают терзать меня.

Куда мы приехали?

Неужели…

Ратмир вводит меня в дом, и едва он появляется в просторном холле, как сразу же слышится возмущенно-радостный голос девушки:

– Рат, ну наконец-то! Мы ждали только тебя… Я есть хочу!

– Не слушай ее, она как маленькая, уже погрызла всего, чего только можно! – успокаивает голос второй девушки.

Рядом с нами останавливаются две девушки. Та, что выкатывала Ратмиру претензии, светленькая, без стеснения тискает Ратмира. Вторая – темно-русая, постарше, более рассудительная и спокойная. Обе симпатичные, родственные черты хорошо заметны.

Я замираю без движения, понимая, куда меня привезли.

В дом Анваровых!

Прямиком к семейному ужину!

Хитрецы… Оба!

Лилия

– Ратмир! – шиплю. – Что все это значит?!

– Отец решил, что тебе будет лучше в нашем доме! – пытается ускользнуть хитро от ответа.

– Но ты же сразу понял, куда мы направляемся, и промолчал.

– Лиль, это реально самое безопасное из всех мест… Тут ты будешь в полном порядке и под защитой. Познакомься, это мои лисицы. Ксения и Тамара!

На мне разом сосредотачиваются две пары внимательных глаз: серо-голубые, горящие нетерпением глаза блондинки Тамары и светло-карие,