Малыш по контракту - Айрин Лакс

– Разве это не хлопотно? Зачем вам лишние тревоги и переживания?

– Хлопотно. Переживательно. Мы все очень переживаем, даже Ильяс тревожится, несмотря на хладнокровный вид. Но моменты, когда мы все рядом, когда знаешь и чувствуешь, что у близких все хорошо, перекрывают все плохое. Хорошего всегда больше, Лиля. Просто в плохие моменты бывает сложно разглядеть свет и дойти до конца черной полосы. Иногда даже оказывается, что черная полоса уже закончилось и все, что мешает тебе выдохнуть спокойно и поднять голову, это лишь твои надуманные страхи. Говорю тебе это, как чемпион в категории «накрутить себя за несколько секунд». Просто знай, что в этом доме ты не одна, тебе всегда есть к кому обратиться. Даже просто помолчать. Что ты решила? Спустишься к нам в столовую или отужинаешь здесь? Никто не станет осуждать за твой выбор.

– Я спущусь в столовую.

Мама Ратмира улыбнулась, кажется, она ждала, что я решу отсидеться в комнате вдали от всех и была искренне рада, что ошиблась в предположениях.

Ужин прошел сносно. Я все же чувствовала неловкость, ощущала на себе взгляды, полные интереса и жаркие взгляды Ратмира. Но к концу ужина я даже смогла немного расслабиться и меньше стала думать о плохом. Я была уверена, что мама Ратмира предупредила всех своих домочадцев, чтобы меня не заваливали вопросами. Поэтому ужин шел так, словно я бывала часто в этой компании. Они обсуждали свои дела, интересуясь мимоходом моим мнением на довольно общие темы, где я могла бы поддержать беседу.

Именно ей, маме Ратмира, я обязана комфортным пребыванием в доме Анваровых, особенно в первые дни. Она окружила меня заботой и вниманием, но пристально следила за тем, чтобы это внимание не было душащим, даже отгоняла от меня назойливого Ратмира.

Иногда мне казалось, что он был готов просто быть каждую секунду рядом со мной, в ожидании, что я просто обниму его и скажу, что ни капельки не злюсь!

В первую же ночь Ратмир заявился в спальню и… отправился спать на диван. Я решила воспользоваться советом его матери. Судя по огню, всколыхнувшемуся в темных глазах Ратмира, он был жутко недоволен отказом спать вместе. Но как он не понимал, что мне нужны были границы, чтобы разобраться в себе.

Хотя бы небольшое свободное пространство…

Каждый день неизменно заканчивался тем, что Ратмир приходил в спальню и спрашивал, со скрытым вызовом во взгляде:

– Сегодня я буду спать на диване? Или… – красноречиво смотрел на огромную кровать.

– Даже не мечтай. Диван!

Ратмир принимался стелить себе на диване и всякий раз оказывалось, что у него ничего не получалось: то в пододеяльнике запутается, то подушка не так залезла в наперник, то еще что-то… Под любым предлогом он выводил меня на прямой контакт и пользовался каждой секундой, чтобы дотронуться до меня.

– Простынь криво легла. Вон тот край. Поправишь?

Стоило мне наклониться, как он всегда неизменно оказывался сзади и дурманяще прижимался своим большим телом. Меня буквально пронизывало от его жара, запаха и твердого желания. Во рту пересыхало, пока Ратмир, делая вид, будто помогает мне справляться с простыней, на самом деле просто нагло пользуется моментом и трется об меня своим телом, лапает понемногу, дышит мной, втягивая запах моих волос.

В итоге, он все равно оказывался на моей кровати, поступал очень хитро. Ратмир всегда дожидался, пока я усну, и потихоньку укладывался рядом. Ранним утром, за час или за полтора до моего пробуждения он отправлялся на свой диван, делая вид, будто там и спал на протяжении целой ночи.

Эту хитрость я просекла как-то совершенно случайно, испытав желание попить посреди ночи, Открыв глаза я поняла, что этот невыносимый мужчина счастливо дрыхнет рядом со мной, опустив руку на мои бедра.

Нужно было выгнать Ратмира в тот же миг, но я тоже по нему скучала, не желая в этом признаваться, и делала вид, будто ему хорошо удавалось меня обманывать…

Глава 49

Лилия

Несколько дней я прожила в лоне семьи Анваровых, искренне проникнувшись ко всем домочадцам и испытывая легкую зависть, стараясь не бередить воспоминания о собственной семье, которые, словно назло, вылезали отовсюду и душили.

Потом Ильяс Тимурович лаконично объявил, что проблема с Даудом устранена. Оказывается, то сообщение Ратмиру было отправлено ней Айбикой, у нее не было возможности. Это сообщение написал Дауд Байсаров, которому удалось на время скрыться. Но теперь с ним было покончено.

Я так понимаю, что та сложная тема с Байсаровыми была закрыта – облегчение на лице мамы Ратмира было слишком явным. Но я все-таки уточнила у нее, и она подтвердила: да, покончено, можно вздохнуть спокойно!

Я мгновенно задумалась о переезде. Причем в эти мысли проникает светлая грусть. Не буду кривить душой, мне понравилось жить в этом доме. Их теплота и забота подкупают. Я бы хотела быть частью этой семьи, но даже признаться себе в этом сложно.

Ратмир постоянно смотрит так, словно я с малышом для него – целый мир. Он окружил меня теплом и заботой, постоянно неустанно оказывает знаки внимания и заваливает щедрыми подарками. Этот тот самый конфетно-букетный период в понимании Ратмира – то есть презенты как минимум дважды в день. Каждый день!

Даже мама Ратмира сделала ему замечание. Я услышала это непроизвольно, совсем не желая подслушивать.

– Рат, подарками от Лили прощения не дождешься. Подарок – это просто подарок! Он и хорош тем, что бывает не часто. Думаю, она ждет от тебя поступков и просто хочет другого…

– Чего? Разве я к ней не со всей душой?

– Наберись терпения, всего несколько дней прошло.

– Целая вечность!

– Ох уж эти нетерпеливые мужчины Анваровы! – качает головой мама Ратмира. – Хочу и дайте! Так не работает…

– В отношении некоторых, таких, как Лиля, похоже не работает ничего вообще! – вспыхивает Ратмир и быстро-быстро уходит, покинув дом и напоследок хорошенько треснув дверью.