Для вкуса добавить карри, или Катализатор для планеты - Лина Мраги

Когда они придут,

Исчезнут все тревоги,

Печали вмиг уйдут.

Когда вернутся боги

И вспыхнет звёздный свет,

Протянутся дороги

Для душ в потоке лет.

Вселенная откроет

Для нас свои врата,

И, как в театре, зрители

Займут свои места…

Эмоции, волненья,

Реакции судьбы…

Вся химия творенья!

И музыка мольбы…

Когда вернутся боги,

Я буду только рад

Увидеть, как к истокам

Приникнут стар и млад.

И радуга надежды

Проложит к сердцу путь.

Когда они вернутся…

Придут, когда-нибудь!

После того как отзвучала последняя фраза, я зависла на долгой паузе. Дуновение воздуха возле шеи вывело из прострации:

– Эй… Эй… Кари… Очнись… – приобняв за плечи, позади склонился капитан.

Я открыла глаза и оглянулась.

– Что с тобой? Ты будто сознание потеряла…

– Всё в порядке… Бывает, когда задумаюсь… Я прочитала…

– И как?

– Действительно, похоже на пророчество… Красивое стихотворение… А дашь свой посмотреть?

– Если моя богиня умеет читать на языке древнейших, то конечно…

– Нет, не умею…

Его руки сжимали мои плечи, потом он опустился на колени и, обняв ещё крепче, поцеловал в шею:

– Кари… Дорогая…

Этого хриплого, чувственного шёпота было достаточно, чтобы понять, что вскоре может произойти. Я медленно высвободилась и посмотрела на него: мужественное, загорелое лицо, небольшая тёмная щетина, широковатый нос, красиво очерченные губы, блестящие карие глаза и треугольный шрам на правой щеке. Строгая, истинно мужская красота. Я провела пальцем по его подбородку и покачала головой. Он всё понял:

– Прости, не сдержался…

– Пойду к себе. Надеюсь, когда начнётся празднование, не забудешь пригласить?

Он криво улыбнулся:

– Как же… без тебя…

Я забрала свои подарки и закрылась в каюте. Дело близилось к вечеру. «Медуза» шла полным ходом к месту очередной ночёвки. Лёгкая качка действовала расслабляюще, и я растянулась на узкой жёсткой койке.

В библиотеке никого не было. На письменном столе царил рабочий хаос: свитки, какие-то схемы, чертежи… На обрывках плотных листов непонятные вычисления и странные формулы… Я осмотрелась и заметила новшество. На стене, между высокими стеллажами, висела карта. Карта Окатана… Два полушария, восточное и западное; выше экватора большой материк, отдалённо похожий на Австралию и разделённый на две части сплошной горной цепью. «Восточные территории… – я провела ладонью по шершавой бумаге. – Так вот они какие… Большие… А там, за горным хребтом, Западные земли… Ого! На Западе должно быть ещё теплее: южные окраины почти достигают экватора… Молодец, Мозг! Неплохая карта получается, но белых пятен ещё много… А вот и Северный материк, правда, обозначен пока только Альдаск… Не так и далеко от северной границы Восточных территорий…»

– Кари…

Я обернулась:

– И где мы ходим?! Плутаем в дебрях моего разума?!

– Ну, что-то вроде того… – профессор улыбнулся и уселся за стол. – Ну, как? Нравится?

– А ты молодец! Хорошая карта. Я даже как-то успокоилась, что ли…

– В смысле?

– Ну… – я продолжала водить рукой по стене и всматриваться в пометки. – Теперь я представляю Окатан более ясно, более чётко, что ли… Он становится осязаемым, настоящим… для меня…

Профессор внимательно посматривал через монокль и о чём-то размышлял:

– Именно для этого я её и делал, чтобы ты посмотрела на всё со стороны, более отрешённо и спокойно…

Я нашла место, обозначенное как Кифов нос:

– Вот она… Вот точка отсчёта… Исток Улитки, Чёрное ущелье и Маргос… – я продолжала водить пальцем по карте. – А вот и Банкор! Он почти врезается в Островной пояс… Латрас! Так вот он где! На востоке, на самом побережье…

Тан вылез из-за стола и стал рядом:

– Мы сейчас где-то здесь… Видишь, вот Небесные острова, мы их миновали… А вот Перрикол, тут Ают собирается сделать остановку, потом около недели пути и… мы в Латрасе.

– Да… Долго я туда добираюсь… Такой огромный крюк… Если бы шла напрямик, то давным-давно была бы на месте…

– Жалеешь? – Мозг обнял за плечи и глубоко вдохнул.

– Нет. Уже не жалею. Ты правильно тогда сказал… Если бы я не отклонилась от маршрута, то и Макса, и Граса уже не было бы в живых, это того стоило. Всё нормально, всё правильно…

– Умница моя! – и нежно поцеловал в висок.

– Эрдана Карина! Открой! Кари!

От грохота стены ходили ходуном. Я вскочила и распахнула дверь, которая уже просто трещала под мощным натиском. Ают, по инерции, ввалился в тесное пространство:

– Что случилось?!

– Я заснула…

– Да я с полчаса стучу! Кари, что с тобой?

– Всё в порядке, капитан. Всё хорошо…

Он сначала подозрительно рассматривал меня, потом обвёл взглядом каюту и, видя, что всё вроде нормально, улыбнулся:

– Тебя все ждут. Тиль приготовил прекрасный ужин и даже десерт, благодаря твоей предусмотрительности, а ты спишь!

– Я сейчас… Пять минут…

Он кивнул и вышел:

– Пять минут, не больше…

Праздник удался на славу. Погода тоже благоприятствовала: было тепло, ветер стих и «Медуза» плавно покачивалась на якоре между островов, похожих как две капли воды. Команда расположилась на палубе, наблюдая яркий, сочный закат, а позже, когда совсем стемнело, зажгли фонари. Мы ели, пили вино, а ужин был, и правда, очень вкусным. Потом пошли рассказы, разные морские байки и истории из жизни. Было очень весело, от хохота даже лицо заболело. Вскоре дошла очередь и до меня рассказать какую-нибудь историю. Тиль выразительно глянул:

– Эрдана, помните…

– Да, помню. Выполняю обещание…

Историю про Ассоль и алые паруса рассказать в деталях не составило труда, так как я и книгу читала, и фильм смотрела раз двадцать. Если бы устраивали конкурс на лучшую историю, то моя взяла бы первый приз.

Матросы слушали затаив дыхание, а под конец некоторые даже вытирали слёзы. Капитан сидел, прикрыв глаза и слегка отвернувшись, будто не хотел, чтобы видели его лицо. В процессе рассказа иногда кто-нибудь не выдерживал и начинал сыпать вопросами, но на него тут же цыкали и нетерпеливый затыкался, потом ситуация повторялась, только уже с другим матросом. Когда в своём повествовании я дошла до момента, что люди побежали на берег смотреть на алые паруса, бедняга Тиль разрыдался, а потом звучно сморкался до тех пор, пока я не закончила. Сначала все молчали, а потом Данко неожиданно выдал:

– Если мы построим новую шхуну, то назовём её Ассоль… Верно, капитан?

Ают улыбнулся и кивнул:

– И второй комплект парусов будет ярко-красным.

Глава 6

Разошлись мы только под утро. Я упала на койку и