Монстры в Академии - Екатерина Бунькова

— Да, — в тот же самый момент ответил Крис.

А Ксавьер, как обычно, вежливо промолчал. Но все три ответа были очень красноречивы.

— Леам, ты просто обязан сегодня сварить лучший эликсир здоровья! — преувеличенно бодро сказал Крис. — Для Марины Игоревны.

Леам неловко покосился на учителя и ответил:

— Вообще-то, это одно из сложнейших зелий. И приготовить его сегодня вряд ли получится, если верно следовать рецептуре.

— Почему? — удивился Крис.

— Потому что оно настаиваться должно полгода, — пояснил эльф. — К тому же, изготовление этого зелья потому и считается традиционным на Игрищах, что готовый продукт передается во владение герцогства.

— Чего?! — Крис возмутился настолько, что даже привстал, но тяжелая ладонь Ксавьера усадила его обратно.

— Готовые зелья собирают, настаивают в погребах герцога и используют во время страшных эпидемий, — пояснил Леам. — Это одна из причин, почему Академия остается на плаву: ее спонсируют богатые люди, чьи семьи были спасены посредством ученических зелий.

— Блин, несправедливо! — надулся Крис. — Вкалываешь ты, а пользу получает Академия.

— Рука руку моет, — философски пожал плечами Леам. — И между прочим, во время последней эпидемии первым делом лечили именно учеников Академии — чтобы позже они смогли восстановить потраченные запасы зелья. Считай это вкладом в будущее.

— Но помощь нам нужна в настоящем, — возразил демон. — Точнее, не нам, а Марине Игоревне.

— Не переживайте, ребят, — через силу улыбнулась она. — Дядя Мадя сказал, что у меня просто душевное истощение. И что надо просто отдохнуть хорошенько, и все само пройдет.

Она ощутила на себе взгляд Ксавьера, но когда повернула голову, тот уже смотрел в свою тарелку.

— Ну, раз Вам надо отдыхать, тогда, может, выходной устроим? — предложил Крис. — До финала, по крайней мере.

Марина покривилась, как будто откусила лимон без сахара. Если даже в «рабочие дни» магики вечно умудрялись наворотить всякого, то что же они сделают за так называемый «выходной»? Об этом даже думать не хотелось.

— Нет, — с сожалением отказалась она. — Вчера ректор сказал, что выделит нам ткань для одежды, иглы, нитки и ножницы. Так что после завтрака ты, Леам, сходи с Ежиком до кастелянши. А ты, Крис, наточи нам из мела что-нибудь, чем можно тонкие линии по ткани рисовать.

— Мы что, будем шить? — вылупился на нее демон. — Как девчонки?

— Как взрослые люди, которые знают, что после лета будет осень, и надо утепляться заранее, — укорила его Марина. — И как коллектив, желающий создать для себя единую форму.

Парни переглянулись, но ничего не ответили.

…

Ткань им выдали фиолетово-черную, плотную, почти жесткую. На рубашки такая не подходила, да и для брюк была жестковата. Разве что комбинезоны шить, как у американских фермеров. Но тут вставала еще одна трудность: Марина была не сильна в создании выкроек. Поэтому выбрала совершенно иной вариант.

— Класс, мы сегодня шьем плащи, — объявила Марина, собрав всех с утра пораньше в аудитории.

Никто не удивился: Крис уже успел всем разболтать и о новом уроке шитья, и о состоянии здоровья учителя, так что класс ворчал, бурчал, скрипел зубами, но всерьез спорить не посмел.

— Персиваль, — позвала Марина.

— Да? — настороженно ответил тот, поднимаясь из-за парты.

— Предоставь нам свой плащ, пожалуйста, — мягко попросила она. — Мы будем использовать его как выкройку.

— Чего? — не поверил своим ушам вампир. — Че, правда? Все будем в черных плащах?

Марина кивнула.

— Да вы шутите? — не поверил Амадеус.

— Нет, не шучу, — сказала Марина. — И вот мои аргументы. Во-первых, и от ветра, и от дождя, и от холода защитит. Во-вторых, шить легко: только горловину обработать, да края подогнуть. В-третьих, есть пример, который надо только ровно разложить и обвести. В-четвертых, почти универсальный размер, подгоняется только длина и размер капюшона. Дырки для рогов сам сделаешь при необходимости. Ну, и в-пятых, если ты такой умный, можешь шить камзол, я не против.

Амадеус сразу отказался от звания самого умного: плащ и правда можно было раскроить и сшить тяп-ляп за пару-тройку часов, а с камзолом такой номер не прошел бы.

Повздыхав немного, магики взялись за дело. Покрой у «сатанинской» хламиды оказался максимально простым — там даже рукавов не было, только два слоя ткани: длинный основной и короткий отделочный — чтобы от дождя лучше защищал. Капюшон был посложнее, но тут уж вмешалась Марина, и был создан вариант попроще — с одним швом. И работа закипела.

…

Ах, как приятно было смотреть на работающих магиков! Прямо бальзам на душу.

Еж и все, кто плохо обращался с иглой, старались делать швы подлиннее. Заранее догадавшись, что они будут так делать, Марина велела всем шов по краю выполнять не черными нитками, а белыми: так казалось, что крупный шов — это декоративный элемент, а не признак плохой швеи. И заставляло хоть немного следить за качеством.

Аверлока у них тоже не было, так что край шили вподгибку с закрытым срезом, а горловину и шов на капюшоне — просто частыми стежками через край. Флокси и Кассандра, наконец-то почувствовавшие себя нужными, помогали всем: распутывали узлы, исправляли ошибки и подсказывали, что с чем соединять да куда отгибать край, чтоб подшить.

В итоге к обеду почти все были в плащах — кроме, разумеется, Дубка и Поморника. Даже Денеба и тот сотворил себе черную хламиду. Заставив ребят отчистить остатки мела с новой одежды, она выстроила их всех у доски, отошла назад и взглянула на результат.

— Эх, ну почему телефон сел? — вздохнула она.

Класс как будто и правда форму надел. Жаль только, черную, мрачную, даже как будто веящую жутью.

— А давайте белую шнуровку сделаем? — неожиданно предложила Касси. — Как у Вас на форме.

Она кивнула на декоративный шов-шнуровку, что подгонял размер Марининой мантии.

— Неплохая идея, — согласилась девушка. — А где возьмем шнурки? И как отверстия делать будем?

— Да сверху пришьем, петлей, как на шинелях гвардейцев, — тут же сообразила девушка. — А веревку возьмем бельевую: она длинная, на всех хватит. А если и не хватит, у мамы ее много.

— Прекрасно, — одобрила Марина. — Ну, тогда за дело!

И снова она еще четверть часа любовалась занятыми делом магиками. Ах, какое же это