Белый Шанхай - Эльвира Барякина

– Я бы не судила Бинбин строго, – произнесла Тамара. – У китайцев чувство коллективизма гораздо больше развито, чем у нас. А в особенности – у вас. Вы законченная индивидуалистка, поэтому вам непонятны ее патриотические порывы. Слово «нация» для Бинбин всегда будет значить больше, чем слово «дружба».

Нина Васильевна злилась:

– Что эта нация дала ей? По ее законам она должна была быть младшей женой у толстопузого хама. Все, что у нее есть, все, что она из себя представляет как личность, – это дар нашей цивилизации!

Тамара погладила ее по руке – сухой, горячей:

– Хотите новость? Тони назначили консулом Мексики. Смешно, правда? Ведь он гражданин Американских Штатов. Мексиканское правительство заинтересовано в поставках свиного сала из Китая, и ему требуется кто-то, кто будет присматривать за исполнением сделок.

– Теперь вы сами будете торговать шампанским? – усмехнулась Нина Васильевна.

– Вряд ли. Но я рада, что у нас появился консульский статус. Это может пригодиться по нынешним временам.

Нина Васильевна поздравила ее и заторопилась домой:

– Я обещала Климу вернуться в пять.

– Передавайте ему привет. У вас все хорошо?

– Да.

Нина Васильевна потянулась за лежащей на полу сумкой. Тамара задумалась: говорить или не говорить? Ей хотелось, чтобы у ее девочки все было хорошо и чтобы, оглядываясь назад, она не прощала только те грехи, которые действительно нельзя простить.

– Я чуть не забыла выдать вам один секрет.

Нина Васильевна вопросительно посмотрела на нее:

– Какой?

– Перед отъездом Даниэль Бернар попросил моего мужа помочь с оформлением документов. Он подарил аэроплан Аделаиде Раисе Маршалл, гувернантке своей племянницы.

Молчание.

– Что за аэроплан? – наконец выговорила Нина Васильевна.

– «Авро-504».

То, что Тамара увидела в серо-зеленых авантюриновых глазах, испугало ее.

– Всего доброго, – сказала Нина Васильевна, едва сдерживая ледяную ярость.