Зимний Бал в Северной Академии - Sandra Hartly

И я не нашла, что возразить женщине. Про то, что Максимильян привел на очередной бал, организованный Фламарионом, какую-то драконицу, в отделе благоустройства судачили с самого утра. И пожалуй, это была еще одна причина, почему мне просто необходимо было развеяться.

Черный дракон уже несколько раз появлялся в столице в сопровождении красивой брюнетки. Очередной раз я задалась вопросом: совпало ли то, что он публично показал всем свою новую любовницу после моего возвращения в столицу, либо это была его месть.

Но если до этого старший инквизитор большую часть времени проводил в отделе инквизиции, то теперь стал часто появляться во дворце в сопровождении своей дамы. Слухи о том, что император ищет способ разорвать нерушимую клятву, чтобы наследник Террагон мог поставить метку новой избраннице, дошли и до магов.

Крастин в своей обычной манере молчал и убеждал, что не всем слухам можно доверять, а Визардис бранил наглого дракона за нас двоих, не особо смущаясь строгого взгляда моего старшего брата. Я была согласна с каждым ругательством птица.

Только вечером, закрывшись в ванне, тихо глотала мелкие и горячие слезы. А утром снова делала вид, что меня устраивает то, что наш странный брак вот-вот разорвут, и то, что меня так легко заменили другой.

Возвращаясь в Драканию, я надеялась, что мы сможем снова обсудить все с мужем и попытаемся узнать друг друга без принуждения и страха. Что я смогу понять, вызваны ли мои чувства к Максимильяну обстоятельствами, или я и правда влюбилась в мужчину, не только за чувство безопасности, которое возникало каждый раз, стоило мне оказаться в его крепких объятиях.

Но, увы, в первый же день черный дракон снова разбил все мои надежды и продемонстрировал, что верить его признаниям не стоило. А слухи, которые каждый раз выжигали все внутри, только подогревали чувство обиды и злости.

Затолкав свои чувства поглубже, я сосредоточилась на работе отдела и на том, чтобы отобрать магов для Академии. Нам нужны сильные и опытные мужчины, которые изучат программу и смогут обучить других.

И вот, Серея Вентус кинула в меня правдой словно ножом, и я потеряла бдительность.

Браслет почти беззвучно щелкнул на руке, и я осталась без магии, как и четыре драконицы, которые расплылись в довольной улыбке, предчувствуя скорую месть. Страх, обида и злость смешались и водоворотом закружились внутри. Но как только Серея замахнулась, чтобы нанести удар, переулок разразился громким мужским рыком.

“Не смей!” — прорычал мужчина, стремительно приближаясь, и драконицы попятились.

В темном пальто и с гладко уложенными волосами, к нам шел сам старший инквизитор. Глаза Максимильяна стали почти черными, выдавая, что дракон зол.

“Ты перешла черту, Серея! Император зря позволил тебе сохранить дом и остаться в столице, и больше поблажек не будет. Утром я жду всех в отделе! Если вы не придете сами, за вами придут гвардейцы.” — рычал инквизитор.

Он встал между мной и драконицами, и доны, склонив головы, стремительно умчались, не решив спорить с драконом.

Инстинктивно я подошла к черному дракону слишком близко. Без магии вернулось ощущение беззащитности, и так хотелось спрятаться от всех слухов, слов и оскорблений, которые кидали в меня драконицы, за широкой спиной мужа. Но я так и не успела прийти в себя и поблагодарить Максимильяна.

“Ты обещал зайти в лавку с украшениями,” — прозвучал голос за спиной инквизитора, и я не сдержала истерический смех.

Это напоминало изощренную пытку, и слухи не врали — наследник Террагон целыми днями нянчил свою любовницу, оставив работу в отделе.

“Похоже, вас ждут, вир Террагон,” — сказала я, пытаясь сдержать внезапно накатившие слезы.

Максимильян осмотрел мое подпорченное платье и, повернув голову, рыкнул, — “Стой там, Эксила, я разберусь с женой, а после мы посетим лавку, как и обещал.”

После того как дракон назвал меня своей женой перед своей фавориткой, я непроизвольно проследила за реакцией девушки. Но она не выказала никаких новых эмоций, продолжая недовольно дуться и теребить свою сумочку. Казалось, Эксила была уверена в своем превосходстве. Не было ни тени смущения или неловкости. Ей было абсолютно безразлично, что Максимильян спасал не просто какую-то магичку, а свою жену. Драконицу волновали только нарушенные планы и ювелирная лавка.

Пока я старалась разглядеть что-то в странном поведении доны, Максимильян все так же с видом праведного гнева сверлил меня темными глазами. Не оборачиваясь к своей любовнице, дракон еще раз смерил меня недовольным взглядом и шумно вздохнул. Глаза снова стали серыми, но взгляд оставался таким же холодным и злым.

“Крастин гарантировал, что ты не станешь одна шататься по Дракании. Если вы не можете сами разобраться и не вляпаться в неприятности, этим займусь я. С завтрашнего утра, тебя будут сопровождать гвардейцы,” — строго заявил инквизитор, и как только я открыла рот, чтобы возразить и спросить по какому праву он командует, мужчина громко рявкнул, — “И это не обсуждается! Иначе Фламарион запретит тебе появляться в столице. Либо ты подчинишься, или вернешься на север, Аврора!”

От тона и взгляда мужчины желание спорить пропало, вздернув подбородок, я молча протянула руку, — “Будьте так добры, вир инквизитор,” — тихо сказала Максу, и он снял ограничитель.

Обойдя старшего инквизитора и его недовольную спутницу, направилась в сторону центральной площади, ощущая спиной прожигающий взгляд дракона. Хотелось рыдать, но я держалась и мысленно считала шаги, высоко держа голову и громко цокая каблуками по каменной дорожке.

Забравшись в первый попавшийся телипаж, я отправилась в дом брата. Пожалуй, вариант вернуться в Академию больше не был настолько ужасным. В столице мне не место. Крастин справлялся без меня, и вернувшись на север, я только избавлю его от необходимости нянчиться с младшей сестрой.

Разложив свои покупки, я посмотрела на красивое белье. Сама не понимала, зачем купила столько всего. Другие драконицы выбирали то, что понравится мужу или любовнику, у меня не было ни того, ни другого. Мой муж ночами рассматривал такие вот наряды на своей брюнетке, и от этой мысли я буквально зарычала и едва подавила порыв сжечь все кружева и разноцветные рубашки.

К моменту, когда Крастин вернулся домой, мои вещи уже были упакованы. Сегодняшняя встреча, пожалуй, стала последней каплей в котелке моего терпения. Брат отчитывал меня за легкомыслие и перечислял все, что пришлось выслушать от навестившего его черного дракона. Но все слова проплывали мимо. Через несколько дней