Обнаженная тьма - Елена Арсеньева

Что и требовалось доказать: зрелище привычной униформымгновенно отшибает у обслуги больницы ненужные вопросы. Не кажется страннымдаже то, что докторша с фонендоскопом, болтающимся на шее, сдает шубу в тот жегардероб, что и прочие посетители больницы.

Александра забрала под гребенку выбившиеся пряди и снеприступным видом двинулась к лифту. Хирургическое отделение – четвертый этаж!

Ей повезло: столик дежурной медсестры у входа в отделениебыл пуст. Александра сосредоточенно прошла вперед, косясь по сторонам. Не самоеудачное время для посещения, конечно: идет обход и процедуры, все-таки сейчасуже 11 часов. Все сестры и врачи заняты, в коридоре ни одного белого халата,только изредка ковыляют какие-то согнутые бедолаги в тренировочных костюмах илибольничных халатах и пижамах. Так, но это отделение явно для выздоравливающих.Вон тот коридор ведет, наверное, в палаты для тяжелых, но туда сейчас непрорваться: стайка молоденьких девушек и парней окружила лысого громилу, большепохожего на мясника, чем на врача-хирурга, и перегородила весь коридор.

Студенты-практиканты! Вот бы в чью компанию затесаться, этимбеззаботным пташкам все прощается, куда бы они ни сунули свой нос. Но вряд лиона сойдет за студентку, года не те.

Позади зацокали каблучки, и Александра с безразличным видомотвернулась к окну, пропуская деловитую медсестру. Как назло, та застряла устеллажа с какими-то папками, шуршала бумагами. Александра как пришитая стоялау окна, боясь оглянуться, и от нечего делать глазела вниз.

Окно выходило на широкое больничное крыльцо и подъезд.Подкатил «Фольксваген» с надписью «Интенсивная терапия», открылась дверца,выскочил высокий парень в белом халате и побежал к двери.

Александра нахмурилась. Парень был очень похож на Влада. Ачто, вполне возможно. Сегодня понедельник, как раз Влад дежурит.

Прижалась лбом к стеклу и увидела того же парня, которыйвернулся, толкая перед собой кресло-каталку. С помощью фельдшерицы выгрузил изсалона рыхлого дядьку, посадил, и все трое скрылись в здании.

Точно, Влад!

Александра выскочила на лестничную площадку. Лифт был занят,и она побежала вниз по лестнице. К сожалению, первый этаж сначала проскочила,спустилась в подвал, и прошло какое-то время, прежде чем поняла ошибку. Наконецподнялась в приемный покой.

Так. У столика медсестры стоит фельдшерица, дядькаозабоченно слушает, как сестра по телефону договаривается о месте в терапии.Влада нет.

Неужели уже уехал?

Александра быстро прошла длинным коридором к двери. Белыйхалат подействовал и на охранника – слова не сказал, что она идет черезслужебный ход.

Выглянула – «Фольксваген» на месте; шофер курит, задумчивопиная шины.

– Извините, а где доктор Рутковский? – спросила Александра,еще не до конца уверенная, что не ошиблась, что видела именно Влада, но кивокшофера рассеял сомнения:

– Да вон там, в приемном покое, с больным.

Торопливо вернулась. Фельдшерица болтает с дежурноймедсестрой, толстый дядька скучает в своей каталке.

– Скажите, куда пошел доктор, который вас привез? – спросилаАлександра, стараясь говорить спокойно и совершенно не понимая, почему ее тактрясет.

– Только что на лифте уехал, – буркнул дяденька, не повернувголовы.

Побежала к лифту.

Занято. На табло над дверью светится цифра 4.

В чем дело? Что с ней? Почему так заходится сердце?

На четвертом этаже хирургическое отделение. Ну и что? Еще нефакт, что Влад поехал именно в хирургию! В конце концов, он вполне моготправиться навестить Гелия. Нервное отделение на третьем. А лифт стоит и стоитна четвертом!

Александра снова и снова нажимала на кнопку.

– Что, опять сломался? – сердито спросил кто-то рядом. – Ну,этот четвертый этаж просто заколдованный какой-то! Придется пешком идти.

Александра метнулась к лестнице.

Бегом, скорее!

Бежала и уговаривала себя, что зря, зря все это, мало ликакие дела могут быть у Влада в хирургическом отделении?

И еще быстрее заработала ногами, подгоняемая волнамибезрассудного страха, не чувствуя, что дыхание комом становится в горле.

Главный коридор… боковой… в конце мелькнула высокая фигура,белый халат, а какого цвета волосы, не разглядеть – далеко. Человек вошел вкакую-то палату, заботливо прикрыв за собой дверь.

Александра понеслась по коридору, моля бога, чтобы никто невышел, не попытался задержать.

Вот эта дверь! Рванула ее – и замерла на пороге.

Палата на двоих. У окна под капельницей лежит какой-тоседобородый человек. Ближе к двери – тоже под капельницей – Ростислав, бледный,непохожий на себя, но Александра ни минуты не сомневалась, что видит именноего.

Около постели Ростислава стоял Влад, который в это мгновениедостал из кармана маленький шприц и потянулся к обнаженному плечу раненого.

* * *

Он поклялся себе, что этот день будет последним. И непотому, что опасность провала увеличивалась с каждой минутой. Боялся, чтопросто не хватит сил дольше переносить череду неудач.

И как подумаешь, что, не появись у него в пятницуАлександра, он уже был бы дома… Пятница, чертова пятница! Зачем он задержался?Почему не уехал сразу после того, как покончил с Сычом?

Ах да, он ведь хотел сначала получить от старикаподтверждение, что у Севки все хорошо, что не придется опять испытать весь этоткошмар. Кошмар, конечно, от себя не стоит скрывать, насколько тяжело емуприходилось. Особенно в последний раз… Тогда, четыре месяца назад, все прошлогораздо легче и проще. Сейчас ему казалось, что организовать почти невероятноесцепление случайностей, обеспечить точнейшую временную стыковку всех деталейоперации и ее саму в первый раз было и в самом деле гораздо проще. Но когдавыяснилось, что с Вадиком Черниковым вышла осечка, потому что автомобилькурьеров уже в Москве, уже на подъезде к Рублевскому шоссе, попал в пробку, недоехав каких-то пары километров до цели… Когда выяснилось, что все надоначинать сначала…