Демоны добра и зла - Ким Харрисон

— За что?

Она пожала плечами, смущенно нахмурив брови.

— Ты дала мне шанс все исправить. Иди и спаси Трента, — сказала она, ее улыбка стала благосклонной и знающей. — А этот кусок слизи останется у меня. И еще, Рейчел? Никогда не чувствуй себя виноватой за то, что бросила его в колодец. Жасмин говорит, что он заслужил это за то, что убил ее утенка. Это был не несчастный случай. Он сделал это нарочно.

«Как она узнала?» задумалась я, а потом посмотрела на кольцо на мизинце. Жемчужина была по-прежнему белой.

— Вперед! — крикнула она, снова столкнувшись с Ли. — Он барахтается в воде.

Я понятия не имела, откуда она это знает, кроме того, что дождь шел уже три дня подряд, и я стояла, застыв на месте, пока Вивиан бросала в Ли ленты голубой и золотой энергии. Ленты трещали и лопались, стягиваясь вокруг его защитного круга, сжимая его до тех пор, пока его пузырь не начал деформироваться и искривляться. Энергия исказилась, и Ли закричал.

— Спасибо, — прошептала я и выбежала за дверь, почти не замедляя шага, так как дождь хлестал, холодный и жгучий. Вивиан была здесь. Все будет хорошо. Она знала правду. Ковен лишит Ли лицензии. Посадит его в Алькатрас. Обвинения против Трента будут сняты. Все вернется на круги своя.

Сжимая в руках книги, я побежала к лей-линии. Мне нужен был прыжок через линию. Нет, мне нужно было три.

Глава 25

Всю мою внутреннюю библиотеку покалывало от напряжения, когда я бежала к лей-линии, протискиваясь через ворота и вбегая в сад. Мне не понадобилось второе зрение, чтобы найти светящуюся дымку: именно я вытолкнула мерцающую полосу энергии из центра святилища в сад, где ей и место. Позади меня Ли завыл от злости, а может, от страха. Без сомнения. Я на собственном опыте убедилась, что Вивиан нельзя злить.

Раздался тихий треск окон — и тут же сквозь витражи вспыхнул яркий свет, высветивший сад. С тихим гулом вернулась темнота. Я резко остановилась, пульс участился, и я уставилась на свою церковь. По крайней мере, окна остались целы.

— Рейч! — прокричал Дженкс, и я обернулась. Его пыльца была нереально темно-красной — цвета старой крови. — Я думал, ты все еще в машине! Ты пошла туда за книгами? Я наконец-то нашел Гетти. Она в шести футах под землей. Все то время, что я не мог ее найти, она пряталась у Констанс. Ты не поверишь, что она сказала о том, что сделал Ли.

— Я слышала. Он бросил Трента в колодец в лагере, — сказала я, и угол наклона крыльев Дженкса изменился, его глаза расширились, когда он увидел кинжал, все еще зажатый в моей руке.

— Что он сделал? — спросил пикси, и я протиснулась мимо него в поисках лей-линии.

— Дженкс, ты за главного. Я собираюсь купить у Дали пару линейных прыжков, чтобы вытащить его. Держись подальше от церкви, пока Вивиан не уложит Ли.

— Вивиан? — спросил он, отступая назад, пока я пробиралась через надгробия. — Э… — Все еще отлетая назад, он перевел взгляд с кинжала в моей руке на церковь, сад и обратно. — Гетти сказала, что Ли…

— Является членом ковена. Знаю. Дженкс, я должна найти Трента, — коротко сказала я, ступив в лей-линию, и по телу прокатилась волна мурашек, теплых, как лужа, долго нежившаяся под солнцем. Я с любопытством прищурилась на церковь. Если смотреть на нее изнутри линии, то от нее почти исходила аура, словно она была живым существом. Я никогда не видела такого раньше, а ведь стояла в линии сотни раз. Странно.

— Да, но, Рейч, — снова попытался Дженкс. — Гетти говорит…

— С ней все в порядке? — спросила я, прерывая его. Жемчужина на моем кольце все еще была белой, но дождь шел уже три дня, и необходимость двигаться все возрастала. В пещеры нельзя было заходить, потому что они наполнялись водой каждый раз, когда шел дождь. Трент был в беде.

— Она просто испугалась. — Дженкс завис, его крошечные черты лица напряглись. — Но, Рейч, Вивиан…

Я погрузила сознание в линию чувствуя, как она гудит сквозь меня. Шаг в Безвременье будет незначительным, и тогда я смогу легче добраться до Дали.

— Когда Бис проснется, скажи ему, что мне может понадобиться его помощь, — сказала я и закрыла глаза, желая, чтобы моя аура совпала с линией.

— Послушай меня, ведьма! Вивиан… — крикнул Дженкс, и его голос оборвался, когда я позволила своей душе вернуться в нормальный резонанс. Так быстро я оказалась в Безвременье.

Я задыхалась от внезапного порыва холодного ветра, сбившего меня с ног. Сгорбившись, я смотрела на яркий закат. Высушенная осенью трава хлестала меня по ногам, и было жутко холодно. Я крепче прижала к себе тяжелую сумку. Запах горелого войлока прилип к книгам, но огонь Ли не причинил им никакого вреда. Тома демонов нельзя было сжечь, и они все, что Ли забрал из моей библиотеки.

«Даллианс» находился в пяти минутах ходьбы отсюда, но я надеялась, что если вызову Дали с этой стороны линий, он ответит. Снова закрыв глаза, я заставила себя войти в коллектив.

Дыхание перехватило, я вздрогнула, голова закружилась от ветра и мысленного шума. Они спорили, каждый думал так громко, как только мог, чтобы его услышали.

«Дали?» позвала я, бросая свою волю в пустоту, но она растворилась, как неслышное эхо в океанской волне. «Дали!» крикнула я, отбросив страх и беспокойство.

С пугающей внезапностью наступила жуткая тишина. В течение нескольких секунд ничего не было слышно, а затем раздался нервный гомон и шепот вопросов. Я услышала свое имя и имя Ала.

«Это она. Она жива», почувствовала я мысль Дали, и потом, «я все узнаю. Никто ничего не предпринимает до моего возвращения. Поняли? Или единственное, что вы найдете в музыкальном автомате, будет тот распутный стрип-бар».

«Э, Дали?» переспросила я, и тут его присутствие полностью вошло в мое сознание, угнетающее и властное. «Эй, прекрати», подумала я, еще глубже погружаясь в себя, и мне не нравилось отсутствие у него светских манер. Несмотря на все свои недостатки, Ал давал мне немного пространства. «Мне нужно поговорить с тобой».

А потом я почувствовала, как он покидает мои мысли. Я перевела дыхание, чтобы закричать на него, и тут же распахнула глаза, когда он внезапно оказался передо мной. Слегка полноватый демон щурился на яркое небо и собирал вокруг себя одеяния от неожиданного ветра. На его поясе не было