Демоны добра и зла - Ким Харрисон

— Скоро буду, — сказал Трент, и я подбросила в огонь еще несколько поленьев, после чего уселась рядом с ним на камень и прижалась к его холодному телу, обняв его сбоку. В повозке Ала наверняка было одеяло, но я не собиралась рыться в его поисках, особенно если его здесь не было. Не то чтобы мы вели себя особенно тихо. Его горгульи, Требл, на крыше не было, и я предположила, что Ал в «Даллиансе». Или так, или он не хотел выходить и признаваться, что не сможет нас высушить.

— На этот раз Ли зашел слишком далеко, — сказал Трент, сгорбившись и дуя на свои влажные дрожащие руки. — Он знает, что сейчас сезон дождей. По крайней мере, было сухо, когда мы там оказались.

С Трентом все было в порядке, и от переполнявшего облегчения на смену пришел гнев.

— Трент. Мне очень жаль. Это была не шутка, — сказала я, протягивая дрожащие руки к пламени. — Ли — маг. Он стоит за ордерами. Он хочет, чтобы ты умер или разорился. Я больше не могу сказать, да и не думаю, что ему есть до этого дело.

Трент застыл на месте, явно охваченный ужасом.

— Нет, — сказал он, явно не желая верить.

— Единственная причина, по которой я смогла выбить из него твое расположение, — это то, что к его горлу был приставлен нож. Это и Вивиан.

— Богиня забери его, — ругнулся Трент. — Неудивительно, что он не удивился, когда Квен велел мне скрыться. — Когда он снял один носок, показав бледную и сморщенную ступню, из его уст вырвался приглушенный стон. — И все это из-за того, что я хочу, чтобы он повысил свою чистоту?

— Выбросив тебя с рынка, ты разоришься. Он хочет расплатиться с тобой за свою дочь.

Трент молчал, снимая второй носок.

— Я сказал ему, что лекарство будет бесплатным.

— Очевидно, он видел это не так. — Огонь никак не мог согреть меня, и я стянула с себя носки, вывернув их наизнанку. — Бывает и лучше, — сказала я, бросая их в кучу. — Он обманом заставил кого-то сделать новое кольцо чакры в моей церкви. — Мои глаза наполнились слезами, а горло сжалось. — Я думала, он заставил тебя сделать его, — добавила я, повысив голос.

— О, Рейчел. — Он сжал мою руку, притянув меня к себе и обняв сбоку, пахнущую лягушками. Но там кто-то умер, оставив после себя лишь жирное пепельное пятно, и мое нутро сжалось от боли и гнева. Пожалуйста, пусть это будет не тот, кого я знаю.

— Он собирался обвинить в этом меня, — сказала я, когда хватка Трента ослабла. — Это могло бы сработать, если бы не вмешалась Вивиан. Ты знал, что он был новым членом Ковена? Вот почему он в Цинциннати.

А не на какую-то дурацкую вечеринку в честь Хэллоуина.

Трент отстранился, но не отпустил мою руку.

— Нет, — пробормотал он.

Я смотрела на наши сплетенные пальцы, на наши перламутровые кольца, светящиеся оранжевым пламенем.

— Неудивительно, что он ухватился за возможность проникнуть в комнату Ходина. Он искал не только улики, чтобы обвинить меня в темных практиках, — а я их и практикую, — и тебя в наркоторговле, — а ты этим и занимаешься, — но и описание рецепта кольца чакры.

— Вот почему он пытался украсть линзу. — Трент медленно покачал головой, маленькие капли с его волос пачкали сухую землю. — Он играет с нами с тех пор, как приехал сюда. — С отвращением он подбросил в костер еще одно расщепленное полено, и искры взметнулись в чистое небо. — Мне нужно позвонить Квену, — добавил он, доставая из кармана мобильник, и опустил плечи, положив испорченный телефон на землю.

— Квен знает о Ли, — сказала я и быстро добавила: — С девочками все в порядке. И с нами все будет хорошо. Вивиан слышала, как он признался, что наложил проклятие.

Сжав челюсти, Трент нахмурился.

— Мне не хочется видеть его в Алькатрасе. Оттуда ему не позволят управлять Бримстоном, а мне не хочется иметь дело с его заменой. Я потратил целую жизнь, чтобы узнать его, а теперь это ничего не значит.

— Боже правый, Трент. Он пытался убить тебя! — воскликнула я, и он пожал плечами, устремив взгляд на огонь. — Эм, я действительно хотела поговорить с Алом, но, полагаю, нам пора возвращаться, — сказала я, не испытывая удовольствия от предстоящей прогулки, нагруженная учебниками и в промокшем нижнем белье. Мне также не хотелось снова надевать носки. — У тебя есть сменная одежда в церкви. Я встала и посмотрела на темную повозку Ала.

— Конечно. — Гордость смягчила его черты, когда он тоже поднялся и притянул меня ближе. — Ты научилась прыгать по линиям. Я знал, что ты сможешь это сделать.

— Вообще-то, нет, — сказала я, опустив голову от чувства вины. — Я купила прыжки у Дали. И я отплатила за тот, который ты у него купил, так что пусть не пытается тебя обмануть.

— О, Рейчел. — Он взял обе мои руки и повернул их, чтобы проверить, нет ли на них меток демона. — Тебе не следовало этого делать.

— Что, и дать тебе умереть? — сказала я, отдергивая от него руки. — Ты можешь подумать, что это шутка, но Ли хочет, чтобы ты умер или остался без гроша! Для него это одно и то же.

— Хорошо. — Он ожесточился. — Что ты дала Дали, если не одолжение на будущее?

— Кинжал Ала. Тот самый, из хранилища.

Дверь в фургон Ала с грохотом распахнулась, ударившись о стену его фургона, и нас обоих развернуло.

— Ты отдала Куаре Дали? — прокричал Ал, полуодетый в красную ночную рубашку, спускавшийся по узким, похожим на лестницу ступенькам. — Ты хоть представляешь, сколько времени у меня ушло на его создание?!

— Ал! Э, привет, — потрясенно сказала я. — Как раз тот, кого я хотела увидеть, — добавила я, проклиная себя за чувство вины в своем голосе. — Я собиралась…

— Шесть месяцев! — Ал поправил ночную рубашку, шагая вперед. — Его можно скрутить только в абсолютное полнолуние во время летнего равноденствия. Знаешь, как редко это бывает? Он стоил больше, чем четыре линейных прыжка! — Он остановился, красные глаза сузились, когда он увидел Трента. — Но это могло стоить жизни твоему эльфу. — Он сел на ближайший к огню камень, задрав ночную рубашку до колен. — Он переименовал его, не так ли?

Я все еще чувствовала себя виноватой.

— Да. Мне жаль. Он назвал его «Месть». Я сделаю тебе еще один.

— Пффф, все пропало, — сказал Ал, показывая на темнеющее небо. — Как будто у тебя когда-нибудь будет шесть непрерывных месяцев подряд. — Он повернулся