Музыкант и наследница - Мария Чинихина

Анри Смит усмехнулся. Он не мог предположить, что Веста, его подруга и «жилетка», решится упрекнуть и сказать ему правду. В лицо.

— Я такой и меня не изменить, — произнес Анри Смит. — Музыка успокаивает, музыка дает мне славу, музыка дает деньги, и я могу делать все, что хочу. Бетт Андре не может приручить меня, и она злится из-за этого. Сам не понимаю, почему мы вместе столько лет? Мы изначально знали правду, и что принадлежим к разным мирам, но нас то притягивает, то отталкивает, подобно двум переменным в космосе. Чувств надолго не хватает, как только они уходят, на время, я предпочитаю уйти. Думаю, Бетт Андре хочет видеть меня каждый день, а если бы это было на самом деле… мы бы надоели друг другу и разошлись.

— То есть ты за отношения на расстоянии?

— Не вижу ничего плохого, — ответил Анри Смит. — Бетт Андре желает выходить со мной в свет чаще. Демонстрировать, как нарядную игрушку. В последний раз я надевал смокинг на свадьбу, а парадный костюм — несколько раз в году, когда был вынужден пойти с ней, чтобы она отвязалась. Мы часто ссоримся из-за этого. Мы можем накричать друг на друга, не разговаривать, но я знаю одно — я не могу долго злиться на нее, она на меня.

«Нет, — подумала Веста. — Как бы Билли не раздражал грубостью и эмоциональными всплесками, как бы ни проявлял ревность и неприязнь к Анри, он может быть ласковым, внимательным, заботливым. Душевное состояние моего мужа зависит от настроения, и я давно привыкла. Я не смогла бы осознавать, что почти год, он где-то далеко от дома, не известно с кем и что делает. Такая жизнь не для меня. Я все еще люблю Анри Смита и иногда позволяю себе смотреть на него иначе, он, как всегда, ничего не замечает, говорит со мной, рассказывает о детях и жене. Он мой друг. Я привыкла видеть его другом и уже не могу строить планы, чтобы завоевать его. Однажды я почти проговорилась о своих чувствах, но сбежала. Как девчонка. Что я ждала в тот момент? Что он сделает первый шаг? Его опередил Билли. Я вышла за него замуж спустя два года после свадьбы Анри Смита. Билли стал близким и дорогим человеком, (дети меняют мужчин и отцом он будет заботливым, внимательным. Я верю). А еще замечаю, что обычно раздражена и хочу Билли упрекнуть, если в офисе Пена появляется новая молодая секретарша. Мы редко говорим с Билли о работе — мы трудимся на два разных лагеря, но иногда Билли пытается аккуратно выведать у меня планы Анри. Я корректно отвечаю, что Анри не доверяет мне, как прежде. Тогда Билли начинает ухаживать. Я сдерживаю броню, как могу, а вчера попросила Анри не рассказывать о серьезных и перспективных проектах…».

— Ты бы мог простить ей измену? — спросила Веста.

Анри не ответил. Веста поняла по холодному и отрешенному взгляду, что в этом случае он уедет на очень продолжительные гастроли.

— А Бетт?

— Спроси у моей жены сама, если интересно, — отрезал Анри Смит. — Вчера около нее вертелся один тип, Пен младший. Я хотел врезать ему, но не из ревности. Кеннет Пен задумал серьезно на законодательном уровне свернуть деятельность студии. Он вошел в состав Большого Совета и у него готов ряд законопроектов, касающихся распространения не стандартной и самобытной музыки. Он объявил открытую войну мне. Великого Певца Туртана помиловал, видишь ли, меломанов у корпорации украл Анри Смит… Хотя… Кто знает.

— Жена… Она…

— Бетт Андре заявила, что ничего сделать не сможет, если Кеннет Пен убедит Большой Совет в разумности своих идей, и депутаты единогласно проголосуют за него. Как вариант для ответных действий, она предложила мне вступить в Большой Совет и развязать войну с корпорацией Пена на территории Делового Дворца. Без фактов, доказательств, убеждений, Большой Совет не примет все, что ему предложат. Я не хочу… Но другого выхода нет. Более десяти лет мы работали, чтобы найти своего слушателя, и тут явился некий Пен младший с личной местью. И он готов все разрушить одним росчерком пера моей жены.

— Анри Смит не простит предательства Бетт Андре? — значит, дело не в измене, решила для себя Веста. — Но ты же понимаешь, что ею движет закон, и она не имеет права его преступить.

— Я не понимаю, почему она приняла предложение бабушки? Протирать дорогим платьем кресло? Она не сделала ничего… для Страны Королевы… Большой Совет ею управляет, а не она им, хотя уверяет, что это не так.

— Отличные новости! — человек в шляпе потер ручку черного портфеля и задвинул его под ноги. Мэтью Саммерс сидел напротив, в новом костюме, ботинках и галстуке. Вчера он успел пробежаться по магазинам вместе с Жасмин, и его совсем не беспокоило, что расплачивалась она. Жасмин привыкла тратить много денег.

— Надеюсь, мы расстаемся с вами? — спросил редактор и приоткрыл окно. Было душно, и Мэтью изнывал от жары в плотном, зато новом костюме. — Вчера вы многое услышали и, как я понял, теперь сами можете легко пробираться в резиденцию Элизабетты.

— Нет, — возразил гость. — Рисковать я не стану. Фотографии детей сделаете вы. Для личной картотеки. На память… Я задумал более надежный способ отомстить… Впрочем, об этом позже… Жасмин верит вам, используйте ее доверие. Когда вы переезжаете?

— Вечером, в семь мы встречаемся на моей бывшей квартире, — ответил погрустневший Мэтью. — Жасмин поможет с вещами. Хотелось бы уточнить, она живет на этаже для сотрудников, доступ в королевский флигель ограничен узкому кругу лиц. Не понимаю, чем сведения с общего этажа могут вам помочь?

— Я же сказал, узнаете позже, — отрезал человек в шляпе. — На сегодняшний момент я приказал вам поселиться в Золотом Дворце. Вы выполнили мое указание. На неделе получите новые инструкции. Ждите.

Мэтью Саммерс внутренне сопротивлялся, но не мог возразить. Ему было противно, что он, по случайной неосторожности и оплошности, попал в зависимость от этого человека. С каждой новой встречей бедный редактор понимал, что «издатель» с головой явно не дружит. Добывать информацию это одно, уже никто ничего не докажет, а если он втянет его в криминал? Мэтью опасался за собственную участь и пятой точкой чувствовал, что человек в шляпе руки пачкать не станет. Для этого у него есть он, пешка.

«Если я пойду на предательство, то потеряю доверие и уважение Жасмин… Глупо… Она бросит меня, если мой издатель встретится с ней и поговорит хотя бы минуту. И со следователями. Он собрал достаточный компромат. И как же так вышло! Случайная неосторожность в прошлом связала меня с мерзким типом надолго!».

— Я вам позвоню, как только вы потребуетесь, — процедил сквозь зубы человек в шляпе, взял свой портфель и направился к выходу. — А пока постарайтесь узнать, где живут дети Элизабетты, чтобы не ошибиться, случайно! И не забудьте, мне нужны фотографии…

— В следующую субботу прием, юбилей музыканта, я могу провести вас в Золотой Дворец, Жасмин достанет приглашение. Я напомню ей о вас… — Мэтью искал надежду и любую возможность переложить ответственность на издателя.

Человек в шляпе обернулся.

— Вы сказали планируется прием? Юбилей? Дети однозначно будут! Вот и добудете фотографии… Даю вам время до субботы.