Война племен - Даниэль Зеа Рэй

Рядом остановился Юзеф. Она взглянула на него и поджала губы.

— Пойдемте, Хозяйка. Скоро есть подадут, — он предложил ей руку и она, пошатнувшись, решила ее принять.

— Мое слово что, больше ничего для них не значит? — пожаловалась Шанталь.

— Мы привыкли жить по-другому. Хотите вы этого или нет, но прогресс пришел на ваши земли вместе с войной. Вы можете противиться ему сколько угодно, но либо вы покоритесь, либо он раздавит вас.

— Госпожа, — добавила Шанталь.

— Не дождешься, — прошептал Юзеф и захохотал.

***

Два месяца спустя. Северное поселение.

Август вернулся с очередного объезда северного поселения, скинул с себя ботинки в прихожей и зашел в гостиную. Анна сидела на том же месте, где и утром. Кажется, она опять ничего не ела днем. Он прошел в гостиную, сел в кресло напротив и размял ноющие ноги.

— Мы починили систему водоснабжения и отопления. Теперь в поселении будет горячая вода.

— Хорошо, — она кивнула и сгорбилась под пледом, который тягала по дому ежедневно, меняя только нательные рубашки.

— Уже два месяца минуло, — Август упер локти в колени. — Ты — хозяйка этих земель. Люди хотят видеть тебя. Ты должна ездить на объезды, а не я, понимаешь?

— А что их не устраивает в тебе? — отрешенно спросила Анна.

— Я не претендую на роль главы Главного дома. Гелиан постоянно навещает восточное поселение и в ближайшее время вернется туда с Террой. Петр и Василий контролируют Юг и Восток. Север лег на наши плечи, Аня. Но я не могу один тянуть все это, пока ты дни напролет проводишь на этом диване. Август Ребров для этих людей — источник всех неприятностей. Они слушают меня, потому что ты и твои сыновья меня поддержали. Но что будет дальше?

— А если отдадим Север Радомиру? — Анна встала с дивана и подошла к окну. — Давай отдадим все Радомиру!

— Я говорил с ним об этом и он послал меня на хрен.

— Он отказался от земель? — Анна обернулась.

— Представь себе, — кивнул Август.

— Дурак, — вздохнула она.

— Не дурак. Ему от Савелия ничего не надо. И вспоминать о нем он не хочет. Сказал, что с голоду не умрет. Взял новых учеников. Будет обучать их на Востоке. Говорят, среди них есть и люди из центрального поселения. Они вроде как хотят больницу там построить.

— И Шанталь им позволит?

Август рассмеялся.

— А у нее есть выбор?

— Ты прав. Пока Птаховы поддерживают ее, она в безопасности.

— Пока все мы поддерживаем друг друга, мы в безопасности.

— А что с черным крапом? — Анна вновь отвернулась к окну. — Есть еще заболевшие?

— Больше нет. Но и семи тысяч умерших достаточно. Терра высадила сонную лапку в парниках. Когда получит новое сырье для лекарства, мы разбудим тех предков, кто еще спит. Я дал Авроре слово, что как только это произойдет, мы похороним ее приемного отца и всех, кто погибли в камерах гибернации на Авалоне и Гедеоне.

— А с едой что? Мы до весны дотянем?

— Гелиан начал строительство парников на центральных землях. Если все пойдет хорошо, через три месяца они соберут урожай. Кроме того, сами предки разбили парники прямо на своих комплексах. Возможно, голодать нам и вовсе не придется.

— Скажи это людям, которые ежедневно собираются под этими окнами и кричат проклятия в наш адрес.

— Но они живы, эти люди, хоть и голодны, — Август подошел к Анне и обнял ее за плечи. — Когда все уляжется, я уйду и тебе придется справляться самой. Сидя на диване, ты этому не научишься.

— Когда уйдешь? — переспросила Анна и посмотрела на него снизу-вверх. — Когда уйдешь!? — завопила она и толкнула его в грудь.

— Да, Аня. Когда я уйду.

— И куда ты собрался идти? — Анна схватила его за грудки. — Куда?!

— Туда, где не буду испытывать чувство вины каждый день, — ответил он и погладил ее руки.

Анна прижалась лбом к его груди и вдохнула родной запах.

— А куда убежать мне, чтобы не испытывать боль?

— Время лечит, Аня, — он обнял ее и погладил по спине. — Рана затянется и останется рубец. Он не будет болеть, только напоминать о том, что болело когда-то.

— Я не хочу, чтобы ты уходил… Не бросай меня… Не оставляй одну…

Август молчал и гладил ее по спине.

— Я не виню тебя за смерть Антона, — прошептала Анна. — Ты вернул мне Петю. Ты сделал для моих детей все, чтобы их спасти. Они все это понимают. Не оставляй меня одну… Я так долго ждала, что ты вернешься… Так долго ждала… Рана зажила, а рубец остался. И он твой… Это твой рубец…

— Слухи о наших с тобой отношениях ползут по поселку. Мы живем под одной крышей и спим в соседних комнатах. Люди болтают, Аня. И это нехорошо для тебя.

— Пусть болтают. Мне наплевать.

— Зато мне на это не наплевать. Я встречаюсь с твоими детьми, я смотрю в глаза собственному сыну и не хочу стать причиной того, что их мать назовут блудницей.

— Тогда… — Анна осеклась и подняла голову.

Он склонился и заглянул в ее светло-синие глаза. Медлил. Он медлил.

— Я тебя люблю, — прошептала она. — Все равно люблю тебя. Даже если никогда не предложишь… Даже если бросишь меня и уйдешь, — ее глаза наполнились слезами. — Все равно буду любить, как любила все эти годы…

— Аня, — он погладил ее по щекам, поцеловал в щеку, в висок. — И я буду любить тебя, как любил все эти годы, — губы коснулись губ. — Выйдешь за меня замуж?

— Выйду, — прошептала она, отвечая на поцелуй. — Конечно, я выйду за тебя.

Он крепко обнял ее и спрятал лицо в растрепанных волосах.

— Завтра нужно ехать на рудники. Поедешь со мной?

— Поеду, — вздохнула Анна, запуская ладони под его майку и теплый свитер.

Погладила его по спине, закрыла глаза от удовольствия, когда он поцеловал ее в шею.

— А в ванную со мной пойдешь? — он улыбнулся. — Горячую воду дали. Полежим вместе, согреемся…

Анна запустила ладони под ремень его штанов.

— Пойду. Куда захочешь, туда и пойду с тобой.

***

Месяц спустя. Северное поселение.

— Ну как? Не тошнит? — Терра подошла к сестре и похлопала ее по спине.

— Как вы на них летаете, — пожаловалась Шанталь, отнимая ладонь ото рта и спускаясь по трапу вниз.

— Ты привыкнешь, — улыбалась Терра.

— Юзеф! — Шанталь обернулась. — Проследи, чтобы мои платья были доставлены в дом Птаховых немедля!

Юзеф демонстративно отвернулся и сделал вид, что приказывали не ему.

Терра и Гелиан переглянулись. Они вообще много