На острие мезальянса - Каталина Вельямет

шахматы! — продолжила рассуждать Анна, чувствуя что с каждым сказанным вслух словом, сходит с ума. — Что бы отвести подозрения, он объявляет о своей помолвке, и то что я гувернантка, делает меня зависимой. Ведь разве может бедная сиротка отказаться от столь щедрого предложения? Но увидев мою непреклонность, он достаёт документы, что бы я точно согласилась. Ведь из-за слухов, девушка его уровня не стала бы связываться с ним, дабы не испортить свою репутацию. Эбигейл он просто решил не подставлять под удар, из-за дружбы, вот и всё. Помолвка это не свадьба, ещё много времени, за которое меня можно устранить. Ох Светлый, во что я ввязалась?

Разум требовал бежать, бежать как можно дальше от этого проклятого поместья, от всех тайн и недосказанности, от Адама, что вопреки здравому смыслу так глубоко засел в её сердце. Анну разрывало от противоречий, любовь боролась с подозрением, и это заставляло девушку только сильнее тревожиться.

Дождавшись, когда Адам уедет на несколько дней, Анна взяла Солнечную и направилась в Уэлрок.

По счастью, этот городок располагался не так далеко, как Анне представлялось ранее. Нужно было пересечь реку и обогнув Ален-Холд двигаться на север. Выехав рано утром в сопровождении двух стражников, уже к вечеру, она добралась до небольшого поселения. Невысокая деревянная стена закрывала только первые постройки, хотя сам город сильно разросся с тех времён, на что указывали дома выстроенные причудливым лабиринтом вокруг.

Без каких-либо проблем преодолев главные ворота и спросив у сборщика податей дорогу, Анна направилась к главной площади. Дом законника Пенслоу находился через два квартала от здания суда, для удобства помеченный деревянной навесной табличкой.

Спешившись, Анна осторожно постучала в дверь и дождавшись когда ей откроют, попросила проводить её к хозяйке. Когда она вошла в гостиную, мисс Джассемин сидела у камина за вышиванием и была крайне удивлена видеть кого-то из Ваден-Холда.

Бывшая гувернантка оказалась очень хорошенькой девушкой не многим старше Анны. Её большие карие глаза смотрели на мир с надеждой, что невольно вызывало симпатию. Тёмно-русые волосы были спрятаны под белый чепец и только одна непослушная прядь, огибала круглое лицо. Джассемин нельзя было называть красивой, в общепринятом смысле, но Анна понимала, почему Калеб Лэнгвертон решил приударить за ней.

— Прошу прощения за столь неожиданный визит, но мне и правда не терпелось с вами поговорить. — подойдя ближе извинилась она, отметив что Джассемин на последнем сроке беременности. Вначале это не бросилось в глаза, но теперь, девушка видела это, из-за чего возникла неловкая пауза.

— Так зачем вы пришли? — учтиво поинтересовалась бывшая гувернантка, отложив пяльцы в сторону.

— Мне весьма неловко, я не знала что вы ждёте малыша.

— Ничего страшного, вы бы не приехали в такой спешке, если бы не было на то веской причины. — с улыбкой произнесла она, поглаживая живот.

— Боюсь, что вам будет неприятно обсуждать прошлое, но я хотела расспросить вас об увольнении. — робко заговорила Анна, пытаясь подобрать правильные слова, что бы её не выгнали сразу. — Вы служили гувернанткой около полугода, и мне бы хотелось выслушать вашу версию событий. Сами знаете, слуги очень часто любят недоговаривать или придумывать лишнее.

— Но почему вас это так интересует? — удивилась Джассемин.

— Я и сама не знаю зачем мне это. — призналась девушка потупив взор. — Просто мне кажется, что в вашей истории всё было не так однозначно, да и говорят всякое. Не поймите неправильно, мной движет не праздное любопытство или желание посплетничать, просто я сильно волнуюсь. Адам сделал мне предложение, и я испытываю некоторые сомнения. Быть может, если вы расскажете мне о жизни в Ваден-Холде, это поможет мне успокоиться.

— Предсвадебный мандраж? Понимаю. Я и сама немного волновалась когда Дженри сделал мне предложение. — призналась она. — Надеюсь вы располагаете временем, так как мой рассказ будет длинным.

— Ничего страшного, я приехала как раз для того, что бы выслушать вас.

Джассемин была откровенна и без лукавства поведала о своей жизни в поместье. Выражение её лица сразу же стало мечтательным, из-за чего Анна хотела ей верить. Выяснилось, что Джассемин была шестой дочерью обедневшего дворянина, с ранних лет она понимала, что всего в этой жизни ей придётся добиваться своими силами, поэтому жадно впитывала любые знания. До Ваден-Холда ей удалось поработать в одном поместье, но спустя год, от её услуг отказались, так как жена хозяина приревновала мужа к молоденькой гувернантке. Скандала не случилось, но Джассемин пришлось срочно искать новое место. По счастью, новый наниматель оказался равнодушен к ней и у девушки появился шанс на нормальную жизнь. Любовь к Калебу Лэнгвертону возникла неожиданно, но роман получился весьма бурным.

— Неужели вы надеялись, что мистер Лэнгвертон на вас женится?

— А почему бы и нет? — пожала плечами Джассемин, — Мистер Хэлтор сделал же вам предложение, чем я хуже? Да, это могло немного подпортить его репутацию, но рано или поздно, даже самые яростные сплетники переключаются на что-то другое. Не мне вам объяснять, что для нас гувернанток, сложности с поиском своего места в мире, обычное дело.

— Я слышала что вас обвинили в краже, а так же, что виной всему были слухи о вашей связи с мистером Лэнгвертоном.

— Не думаю, что мистера Хэлтора интересовала моя личная жизнь, а вот кража, это уже более серьёзное преступление. Мне было крайне неприятно, получить такое обвинение.

— Стало быть вы ничего не крали?

— Конечно же нет! — возмутилась Джассемин. — Разве я похожа на воровку? Да и стала бы воровка надолго задерживаться в одном доме? О нет, я уверенна что меня подставили.

— Но кто? — удивилась Анна, понимая, что сейчас будет сложно отделить правду ото лжи. Ведь зачем преступнику сознаваться в своём преступлении, если можно обелить себя? Поэтому, оставалось только слушать и надеяться на собственное чутьё.

— Я прекрасно помню этот день, мисс Эбигейл решила устроить чаепитие и пригласила некоторых соседей. Баверти, Лоренсов, Давентиров и Пеклендов. Я должна была сопровождать Айрин, и ничто не предвещало беды. Ко мне относились иначе, чем к простой гувернантке. За это мне бы стоило благодарить мисс Эбигейл, да одарит её своей заботой Светлый. — начертав в воздухе перед собой знак Светлого Святого, она тяжело вздохнула.

— Вы должно быть очень полюбили мисс Лэнгвертон.

— О да, она всегда была так мила и добра ко мне. Даже узнав о моей связи с Калебом, она не стала относиться ко мне хуже. Эх, если бы всё сложилось иначе, мы могли бы стать сёстрами.

Джассемин слегка покраснела, а Анна подумала, что это совсем неудивительно. Такая хорошенькая девушка не могла не привлечь