Правило Диксона - Эль Кеннеди

Она медленно выдыхает. — Я не хочу, чтобы ты с ней шёл.

Мои брови поднимаются. — Что?

Муки и страдания перекрывают её лицо. — Я не планировала говорить это прямо сейчас, в этом коридоре, но… это не притворство для меня, Шейн.

— Я знаю это. — Мой голос немного грубоват.

— У меня есть чувства к тебе. Реальные чувства. И я не могу поверить, что говорю это Шейну Линдли, когда в прошлом году ты был последним человеком, с которым я хотела разговаривать. Но это правда. И я понимаю, хорошо? Я знаю, что всё началось с того, что ты хотел вызвать у неё ревность, и я уверена, что ты тайно надеялся, что она расстанется с Тайриком и вернётся к тебе...

— Она и Тайрик расстались.

Диана качает головой с презрением. — Вот видишь? Поэтому ты не можешь идти! Она пытается вернуться к тебе.

Неприятие накрывает меня. — Может быть. А может и нет. В любом случае, я не собираюсь возвращаться к ней. Что бы она ни хотела обсудить, она была очень расстроена, и я должен выслушать её из-за нашего прошлого.

— Ты ей ничего не должен. Она тебя бросила.

Я тянусь к Диане, но она отступает, её щеки краснеют от гнева.

— Я не хочу, чтобы ты уходил. Пожалуйста. Я прошу тебя не делать этого.

— Это всего лишь разговор. Ничего больше.

Между нами воцаряется тишина. Голоса из лобби проникают в коридор, оживлённые разговоры и приглушённый смех, но мы с Дианой зашли в тупик, никто из нас не издаёт ни звука.

Наконец, она говорит. Её голос холоднее Атлантики.

— Ладно, Шейн. Я вижу, как обстоят дела.

Фрустрация сжимает моё горло. — Что ты имеешь в виду?

Она горько смеётся. — Я только что стояла здесь и сказала тебе, что у меня есть чувства к тебе, а ты ничего не ответил. Так что я вижу всё, как на ладони. Я вижу, где мы находимся. Я вижу, что это для меня, и я вижу, что это для тебя. И знаешь что? Иди с Линси. Надеюсь, тебе будет весело.

Диана разворачивается на пятке и уходит, не оглядываясь.

Глава 45

Диана

Это не отношения

— Ты не едешь с Шейном? — спрашивает Джиджи, когда я почти волоком вытаскиваю её из арены и говорю, что готова ехать.

Майя спешит за нами, одетая так, как будто должна быть на выставке искусства, а не на хоккейном матче. На ней кожаные ботинки на шпильках, узкие черные брюки и серый кашемировый свитер под пальто. Шарф, конечно, дизайнерский. Майя Белл потрясающая. Она хочет стать хирургом, и я не сомневаюсь, что её пациенты действительно оценят её внешний вид. Эта великолепная женщина, разрезающая их.

— Ди? — настаивает Джиджи.

— Шейн должен быть где-то ещё, — говорю я резко.

Она смотрит на меня пустым взглядом. — Ладно…?

Это вопрос. Я не отвечаю.

Мы подходим к внедорожнику Джиджи, и я сажусь на заднее сиденье, не устраивая дразу за переднее место, как обычно с Майей.

Джиджи заводит двигатель и уезжает. Я смотрю на её затылок и пытаюсь не расплакаться. Я едва замечаю, что между ней и Майей не очень много разговора, поэтому, когда Джиджи останавливается на красный свет через несколько минут и обе женщины оборачиваются, чтобы посмотреть на меня, я моргаю в замешательстве.

— Что случилось? — спрашиваю их.

— Да, что случилось! Что с тобой? — требует Джиджи.

— Серьёзно, — соглашается Майя.

Я пожимаю плечами. — Ничего.

— Ты не сказала ни слова уже пять минут, — говорит Джиджи, недоумевая. — Ты только что заняла пятое место в любимом танцевальном конкурсе! Это всё, чем ты занималась целый год. Я знаю, что ты и Кенджи начали репетировать только этим летом, но ты работала над этой хореографией фактически с прошлого года.

— И что?

— И ты должна быть на седьмом небе от счастья.

— Ты должна литься потоком слов о том, как собираешься завоевать мир, — говорит Майя тем насмешливым тоном, который она всегда использует, чтобы поддразнить меня, но это нормально, потому что я тоже её поддразниваю.

— Но вместо этого ты сидишь и смотришь в никуда. Ты даже не на телефоне. Что случилось?

Шейн меня не хочет.

Признание стремится всплыть, но я его сдерживаю, сжав губы. Нет. Я не дам Линдли удовлетворение плакать перед друзьями. Тогда это станет реальным.

Это реально.

Но не для него.

К моему ужасу, слёзы начинают щипать мои веки. Я начинаю быстро моргать, в отчаянной попытке сдержать их.

— Что с твоим лицом? — требует Майя, и я понимаю, что она смотрит на меня в боковом зеркале.

Глотая комок в горле, я вытираю глаза вдруг разгоревшимся рукавом пальто.

— Эй, Диана, серьёзно. Что происходит? — Джиджи выглядит обеспокоенной. — Ты поссорилась с Шейном?

— Не совсем. — Мой голос немного дрожит. — Я имею в виду, он пошёл встречаться со своей бывшей девушкой, хотя я просила его этого не делать.

— Ого. — Майя шепчет.

— И она только что рассталась со своим парнем и явно хочет его вернуть. Но знаешь… — сарказм льётся из моего голоса. — Он должен выслушать её из-за нашего прошлого.

Челюсть Майи отвисает.

Джиджи проклинает. — Ты издеваешься? Что значит выслушать её? Она явно пытается вернуть его.

— Да, я это и сказала. — Я сжимаю зубы, чтобы не дрожали губы. — Но не важно. Он может делать, что угодно.

— Он твой парень.

— На самом деле, нет. — Вырывается усталый смех. — Он никогда им не был.

Признание висит в машине. Громкий гудок заставляет нас всех вздрогнуть. Мужчина в машине за нами раздражён, что Джиджи не проехала перекрёсток. Она поднимает руку в извиняющем жесте и продолжает движение, направляясь к трассе. Дорога обратно в Хастингс займёт около часа, и после этого взрыва,