Мой темный принц - Л. Дж. Шэн

Филомена и Джейсон обменялись взглядами и скрылись в гостиной, чтобы обсудить свое решение наедине. Агнес и Феликс опустились в кресла. Он зарылся лицом в свои руки.

— Мне... мне так жаль. — Пальцы Агнес дрогнули и коснулись ее жемчужного ожерелья. — Я не знала, что ты и твои родители в таком плохом состоянии, Брайар. Это должен был быть приятный сюрприз.

— Один из двух, это точно. — Я отпила вина. — Но я не злюсь на вас. Ни на кого из вас двоих. На самом деле, мне жаль, что я устроила сцену. Я просто не знала, когда еще у меня будет возможность столкнуться с Джейсоном и Филоменой. Мне также не нравится мысль о том, что они пытаются воспользоваться вашей доброй волей.

— Знаешь, у меня всегда было предчувствие. — Феликс помассировал виски. — Ты очень отличаешься от них обоих.

— Милая. — Агнес похлопала меня по руке и этим простым жестом разрушила мою браваду, как тонкую веточку. — Я хочу, чтобы ты знала: независимо от твоих отношений с моим сыном, у тебя всегда есть плечо, на котором можно поплакать. Ты всегда можешь обратиться ко мне по любому поводу.

Ее лицо исказилось от сожаления, когда она заметила мои слезы. Они падали с моих ресниц на щеки, разбрызгиваясь. Иногда я сидела в кафе, которое не могла себе позволить, наблюдала за общением семей вокруг и думала, каково это - испытывать нечто подобное. Похлопывание по руке. Так просто. Такое маленькое. И все же... все. Мельчайшие жесты всегда остаются в памяти дольше всего.

Когда-то я хотела, чтобы мама прикасалась ко мне именно так.

— О, дорогая. — Она крепче сжала мою руку и провела большим пальцем по изгибу, совершенно не понимая, как этот жест меня расстроил. — Я не хотела расстраивать тебя еще больше.

Я противостояла матери, не пошевелив и глазом. Они не довели меня до слез. А вот фон Бисмарки - все они - довели. Больше всего на свете я хотела стать частью этой семьи, настоящей семьи. Эта мысль заставила меня вздрогнуть.

— Вы не расстраиваете. — Я отмахнулась от этой мысли, быстро вытирая слезы тыльной стороной свободной руки. — Я благодарна, что снова увидела вас. Я скучала по вам.

— Я тоже по тебе скучала.

Оливер обнял меня за плечи.

— Не то чтобы это было соревнованием, но больше всего я скучал по Брайар.

Его слова нарушили тяжесть разговора. Я прижалась к нему, когда Филомена и Джейсон вернулись, их щеки раскраснелись. Они оба тяжело дышали, как будто только что сильно поссорились.

Джейсон сидел первым и улыбался, как будто ничего не произошло.

— На чем мы остановились?

— На моем биологическом отце, — напомнил я ему. — И на его личности, которой твоя жена отказывается со мной делиться.

— Мне очень жаль, Брайар. Здесь нечего раскрывать. — Филомена заняла свое место рядом с Джейсоном, преследуемая собственными нервами. — Вы оба, должно быть, ослышались. Возможно, это была даже не я. Джейсон - твой отец. Это мой последний ответ для тебя.

Оливер провел языком по верхним зубам, явно готовый взорваться от гнева.

— Очень хорошо. — Он бросил салфетку на свою тарелку. — Если ты так хочешь играть, я буду подчиняться твоим поганым правилам.

— Оливер, — хныкнула Агнес.

Он проигнорировал ее.

— Мы найдем биологического отца Брайар. И в отличие от вас, он может быть даже приглашен на свадьбу. А теперь, милая. — Он встал, протягивая мне руку. — Ты готова идти домой?

— Да. — Я последовала его примеру, бросив родителям последнюю улыбку по пути к выходу. — Наслаждайтесь изысканными блюдами. Кто знает? Возможно, этот ужин станет для вас последним.

79

Оливер

Ее фасад продержался две секунды.

Мы дошли до конца коридора, когда Брайар уткнулась мне в бок. Я подхватил ее на руки, отнес в машину и уложил на сиденье под курткой, пристегнув ремнем безопасности. Она заскрипела зубами, пока я ехал по подъездной дорожке и проезжал через одиннадцать гребаных акров травы.

Я прибавил жару, несмотря на пот, выступивший на висках.

Брайар подтянула ноги к груди и обхватила руками колени, все еще укутанные моей курткой.

— Я даже не знаю, хочу ли я его найти.

— Все в порядке, Обнимашка. Я просто сказал это, чтобы их позлить. Как и ты.

— Не могу поверить, что они там появились. — Она положила голову на колени, наклонив ее ко мне лицом. — Они связались с твоими родителями и притворились, что мы все еще общаемся. Очевидно, они хотели использовать тебя, чтобы вернуть дружбу твоих родителей.

— Я очень сомневаюсь, что они смогут разжечь то, что было облито ледяной водой. — Я переложил левую руку на руль и протянул ей правую, когда она потянулась за ней. — Во-первых, они никогда не были друзьями. Отец с самого начала ненавидел Джейсона, но они были милыми, потому что я был чертовски одержим тобой. А во-вторых, мои родители были довольно отстранены от серьезных обвинений в адрес Джейсона. Думаю, они пригласили его сегодня только для того, чтобы успокоить тебя.

Ее указательный палец начал рисовать невидимые узоры на внутренней стороне моей ладони, вибрируя вместе с ее стоном.

— Миссия провалилась.

— Моя мама никогда не простит себя.

— Это не ее вина. Я позвоню ей завтра и скажу, что ценю все, что она для меня сделала.

— Можешь, но она все равно не простит себя.

— Так же, как ты никогда не простишь себе Себастьяна?

Она переплела наши пальцы, положив их на центральную консоль. Я сопротивлялся желанию закрыть глаза и утонуть в этом ощущении нас обоих, связанных друг с другом.

Я покачал головой.

— Все по-другому.

— Не должно быть, — прошептала она.

— Ты ведь знаешь, что он живет в южном крыле, не так ли? — Я проболтался.

Я пообещал себе, что не скажу им, что я их раскусил, но мне также не хотелось, чтобы Брайар думала, что у меня есть от нее секреты.

— Я знаю. И я обожаю тебя за это. Ты хороший старший брат, Олли.

Я крепче сжал руль.

— Если бы только Себ согласился.

— Он согласен. — Она