Магия Калипсо - Кэтрин Коултер

Больше всего на свете людей злит, когда их не принимают всерьез.

Паласио Вальдес

— Что вы собираетесь сделать? — с ее губ сорвался чистый, звонкий смех. Она даже согнулась, схватившись за живот.

Лайонел молча выдержал сцену нарочитого веселья, затем вздохнул.

— Мне очень хотелось бы отшлепать вас, но я не могу на это решиться. Даже если я попытаюсь, вы непременно постараетесь стукнуть меня так, чтобы лишить мужских качеств.

— Это, дорогой кузен, самое меньшее из того, что вы от меня получили бы! — Она снова согнулась от приступа хохота.

— Вернемся к поведению, которое приличествует девушке, Диана: вам не положено знать о мужских качествах или о том, как их повредить.

— Я не дура, Лайонел, и растили меня не под колпаком. Вы думаете, я не понимаю самых простых вещей и того, что происходит вокруг меня? — Она ехидно хихикнула.

— Наверное, нет, — прищурив глаза, проговорил Лайонел. — Вы для меня как заноза. Надеюсь, вы знаете значение слова «заноза», достаточно простое для вашего понимания?

Не отвечая на выпад графа, Диана продолжила начатую тему о любовнице.

— Почему вы так плохо выглядите? Маленькая интрижка должна была развлечь вас. Вы рассердились на эту женщину? Или она ударила вас?

— Напротив.

— Вы ее ударили?

— Не говорите глупости, Диана! Ваши десять минут кончились, вам пора.

— А вы пойдете наверх, к ней?

— Послушайте, колючка, джентльмены не селят любовниц в своих домах.

— Значит, вы ее прячете?

— Не совсем, скорее, скрываю. Джентльмены ничего не выставляют напоказ.

— Посмотрите на себя в зеркало, до чего вы себя довели бурным увлечением — до очевидной болезни.

Замечание было настолько верным, что Лайонелу не удалось сдержать улыбку.

— Да, — сказал он. — Я слишком увлекся… — Он вдруг замолчал, с ужасом осознав, что весь этот разговор крайне неприличен для джентльмена, которым он, Лайонел, является. — По-моему, вам пора уходить. И помните, моя маленькая Диана…

— Это я-то маленькая Диана?! Какой вы ненаблюдательный, Лайонел!

— О Боже, да идите же, Диана! Я страшно устал и, если не отдохну, не смогу сопровождать вас в «Альмак».

— А что передать тете Люции?

— А уж это, глупая вы девчонка, ваше личное дело. Но я советовал бы вам не рассказывать тетушке о том, как вы ворвались в мой дом в сопровождении одного лишь лакея, как пригрозили моему дворецкому, что вытащите меня из постели.

— Тогда что же мне сказать?

— Ну хорошо. Теперь, когда вы признали мое превосходство в умственном отношении и положились на мой опыт…

— Лайонел, вы слишком самоуверенны…

— …я снова пошлю к ней Кенуорси, чтобы договориться о вечерней встрече. А теперь идите.

Диана встала и, нахмурившись, прошла мимо графа в роскошно убранную переднюю, где на мгновение остановилась и огляделась.

— Какой странный дом…

— Вы хотите сказать, отвратительный. Можете обсудить эту проблему на спиритическом сеансе. Во всем виноват мой покойный дед, а не я.

— А у вас, разумеется, не хватило времени на переделку.

Девушка вздохнула. Она не знала, что Джемисон притаился за мертвенно-белой греческой статуей, вглядываясь и вслушиваясь в происходящее.

— Надеюсь вечером увидеть вас в лучшем настроении.

— Придется постараться, — сказал Лайонел. Затем, понизив голос, добавил: — И помните, Диана, что если я решу вас побить, вам и вправду основательно достанется.

— Когда же? Вы слишком самоуверенны в своих силах. Я жду не дождусь, когда от боли завопите вы.

— Это просто глупо, Джемисон! — Лайонел выругался, а эта чертова Диана рассмеялась. — «Теперь без промедленья удалитесь».

— Снова Шекспир. — Она склонилась к нему и театрально прошептала: — А вы тем временем вернетесь к амплуа любовника.

— С величайшим удовольствием, — сквозь зубы процедил Лайонел. Он кивнул вошедшему Титвиллеру, и дворецкий открыл дверь.

— До вечера, мисс Саварол.

— С нетерпением жду нашей встречи, милорд.

«Вот нахалка», — подумал он про себя и вернулся в спальню.

* * *

«Альмак», расположенный на Кинг-стрит, разочаровал Диану. Хотя теперь ей было легко в новых, побольше, туфельках, девушка осмотрелась, вздохнула и приготовилась скучать. Сквозняки, как в амбаре, закуски самые заурядные, но какое общество… блеск драгоценностей, оркестр играет контрданс… «Хотя бы Шарлотта пришла, — подумала Диана. — Ее присутствие избавило бы меня от скуки в перерывах между танцами». Диане пришлось отдать должное Лайонелу — в строгом вечернем сюртуке и черных панталонах он смотрелся прекрасно. Его голубые глаза были еще ярче на фоне темного костюма.