Близкая женщина - Барбара Делински

Он шагнул к двери, но Даника его остановила.

– Майкл!

Он посмотрел на нее сверху вниз, словно приготовившись к решительным действиям, если она начнет возражать, но она только сказала:

– Я вам так благодарна!

– За что? – удивился он.

– За то, что успокоили меня… – Даника кивнула в сторону своей машины и опустила глаза.

Ей и теперь было не по себе. Мысль о Блейке по-прежнему причиняла ей боль, но теперь, по крайней мере, она не чувствовала себя такой одинокой.

– В общем, спасибо за все, – вздохнула она.

– Я ничего не сделал для вас.

– Главное, вы оказались рядом в нужную минуту.

– Что ж, тогда будем считать, что мы в расчете.

– В расчете?

– Ну да. Мне ведь тоже было ужасно одиноко. – Он улыбнулся мальчишеской улыбкой. – Вместе бездельничать будет гораздо веселее.

Неожиданно для самой себя Даника крепко сжала его руку. Она оказалась в новом месте, и у нее были новый дом и новый друг. Если Блейк обманул ее и в последний момент отказался ехать, тем хуже для него! А она, Даника, будет наслаждаться жизнью!

Они отправились за покупками на «Блейзере» Майкла. Для этой цели он подходил гораздо лучше. Им потребовалась пара часов, чтобы закупить все, чтобы Даника могла устроиться на ночь.

– Вы действительно решили остаться? – поинтересовался Майкл, когда они выбирали в маленьком магазинчике стеганое одеяло ручной работы. – Мне кажется, стелить на пол такое роскошное одеяло – просто святотатство! – шутливо негодовал он.

На самом деле его волновало не это обстоятельство, а то, что она будет в доме совсем одна. Может быть, стоит рискнуть и предложить Данике переночевать у него? Увы, об этом можно было только мечтать. Майкл понимал, что это совершенно невозможно.

– А по-моему, будет чудесно! – сказала она, имея в виду одеяло. – Ведь все это пригодится, когда привезут кровати. Это куда лучше, чем выбрасывать деньги на матрасы, пледы и тому подобное… В самом деле, – серьезно продолжала она, словно размышляя вслух, – нужно подобрать и другие одеяла в тон этому. И еще подушки… Раз уж мы здесь, то… – Тут она запнулась и, взглянув на него, виновато проговорила: – Простите, вам, наверное, все это ужасно скучно.

– Что вы такое говорите! Мне нравится смотреть, как вы делаете покупки. С таким воодушевлением! Послушайте, – сказал он, отважившись обнять ее за плечи, – я как-то сопровождал женщин по магазинам и с тех пор зарекся это делать. Они хватаются то за одно, то за другое, мечутся туда-сюда, выходят из магазина, ничего не купив, а потом тут же возвращаются назад… Но с вами совсем другое дело. Вы получаете от этого удовольствие, и ваша радость заразительна. Неужели у меня угнетенный вид?

Майкл действительно и сам вошел в азарт и нисколько не скучал.

– Да вроде бы нет, – призналась Даника. – Но все-таки мне неловко, что…

– Ну, это уж ваши проблемы! – заявил он с улыбкой и жестом поманил продавщицу.

– У вас найдутся одеяла в тон этим двум? – поинтересовался Майкл.

Выбрав одеяла и подушки с вышивкой для кроватей, которые должны были стоять в комнатах для гостей, Даника решила, что на первый раз постельных принадлежностей достаточно, и они вышли из магазина.

Майкл и вправду прекрасно знал, где что можно купить, знал все небольшие магазинчики, где можно было купить и одеяла, и белье, и другие необходимые предметы – кастрюли, сковородки, стеклянную посуду. Кроме того, он знал одно уютное кафе на Док-сквер, где можно было перекусить. Туда они и отправились.

* * *

– Вот уж не думала, что все так замечательно сложится, – призналась Даника. – Честно говоря, я уезжала из Бостона совсем в другом настроении…

Майкл с готовностью разделил ее энтузиазм.

– И я тоже, – кивнул он. – Я был уверен, что день, как и все предыдущие, будет ни то ни се.

– Вот уж не верится, – удивилась Даника, – вы можете писать или просто бездельничать. Словом, жить в свое удовольствие…

– Опять что-то грустное вспомнилось? – спросил Майкл, увидев, что по ее лицу пробежала тень.

– Ничего. Просто позавидовала, что вас ничего не связывает… Полушайте, Майкл, – вдруг спохватилась она, – я ведь даже не знаю, женаты вы или нет! Господи, какая же я глупая! – добавила она едва слышно.

– И спрашивать нечего. Ответ вам известен.

– У вас нет жены?

– До женитьбы дело как-то не доходило, – пожал плечами Майкл. – У меня были серьезные отношения с женщинами, но, к счастью, ни одна из моих приятельниц не настаивала на браке.

– Неужели?

– Независимые женщины не слишком подходят для семейной жизни…

– Но это вас, похоже, не очень огорчает?

– Вообще-то, я еще не готов к тому, чтобы обзавестись семьей, – сказал он, осторожно подбирая слова. – Мне приходится много ездить, заниматься исследовательской работой. Я люблю свою работу. Я возвращаюсь домой, чтобы засесть за письменный стол, а писательство требует уединения… Но у меня есть настоящие друзья. Когда мне одиноко, я спешу к ним… Но, признаться, иногда я жалею…

– Жалеете о чем? – нетерпеливо спросила Даника.

– Жалею о том, что у меня нет жены, нет детей. В моем доме слишком тихо. Бывают минуты, когда я думаю, что отдал бы все на свете, только бы у меня была семья. Моя семья!.. Я мечтаю о жене, с которой можно было бы поговорить обо всем, открыть ей свою душу. Мечтаю о ребятишках – шумных, озорных, но таких любимых…

Майкл поднял глаза на Данику.

Она не отрываясь смотрела на него, пытаясь улыбнуться. Ей было не по себе. Он говорил о том, о чем всегда мечтала она сама, и это ее испугало.

– Теперь понимаю, почему вы писатель, – наконец промолвила она. – Вы умеете передать то, что чувствуете…

– Так-то оно так, но иногда я сомневаюсь, что это у меня хорошо получается. Не знаю, может быть, я недостоин иметь семью? По крайней мере, если я хочу иметь детей, то для начала мне следовало бы взять на себя определенные обязательства…

Даника подумала, что о том же самом она часто говорила с Блейком и с матерью. Но Майкл казался много моложе Блейка, взъерошенные волосы делали его похожим на мальчишку. Он был таким живым, таким непосредственным, а Блейк всегда обдумывал каждое свое слово, казалось, он задумывается, прежде чем сделать каждый свой шаг.

– В жизни не так все просто. Вы это сами говорили. Вам нравится чувствовать свою свободу, нравится путешествовать, писать… – Она помолчала. – Потом наступает время выбора и принятия решений. Но это не значит, что у нас не остается заветных желаний…

Майкл понимал, что она говорит и о себе. В ее голосе и взгляде сквозила та же печаль, которую он заметил, когда впервые увидел ее у моря.