Милашка для грубияна - Илона Шикова

Время до выходных пролетает быстро. Успела сделать все запланированные заранее дела — съездить в салон Porsche, где мне заказали статью о новой модели (честно говоря, сама бы прикупила, если б имела финансовые возможности олигарха), вытащить Аньку два раза на шоппинг (с ее графиком работы это реально сделать, чем договориться о походе в магазин с Дариной), накидать план новой статьи и даже посетить новый показ местного кутюрье, о чем попросила моя коллега Инна Малышева, (ответственная за рубрику моды и новых тенденций в одежде), которая умудрилась свалиться с гриппом в такую жару. И ничего не предвещало беды, пока в субботу утром не раздался звонок от главреда.

Только недавно открыла глаза, еще находясь в кровати, как мобильник начинает трезвонить. На экране светится рожа Сергеича. Обычно, он поручает кому-то разыскивать своих подчиненных, особенно меня. Но раз звонит сам, значит, дело серьезное.

— Вся во внимании, — начинаю разговор первой, проводя пальцем по экрану и принимая вызов.

— Жду тебя у себя в кабинете в два часа, — строгим голосом вещает шеф.

— А как же доброе утро, Миланская? — подкалываю, улыбаясь и пытаясь разрядить обстановку.

— Вот поумничаешь, сидя передо мной.

— Что-то случилось? — начинаю переживать, потому что такой тон руководства ничего хорошего не сулит.

— Не опаздывай, — и Сергеич кладет трубку.

Смотрю на светящийся экран и судорожно пытаюсь вспомнить, что я успела начудить за время нашей «разлуки», раз шеф лично вызывает меня на ковер. Ничего не поделаешь, придется идти.

Звоню Аньке, так как Дарина, скорее всего, дрыхнет после ночного дежурства, и отменяю сегодняшнюю еженедельную встречу. Боюсь, как бы не затянулся наш диалог с шефом.

Собираюсь заранее, надевая летний брючный костюм, делая повседневный мейкап и завязывая волосы в конский хвост. А в голове блуждают мысли, одна другой витиеватее. Что так срочно понадобилось шефу? Неужели со статьей лажанулись? По идее, не должно, ведь рейтинги побили все мыслимые и немыслимые рекорды по количеству пришедших писем на электронку редакции и отзывов в Интернете. Одни восхищались героизмом Артема, другие осуждали, что так вести себя в цивилизованном обществе не подобает порядочным парням. Если каждый будет распускать руки и не нести за это ответственности, то, как дальше жить простым людям. Да, глобальная проблема человечества, о чем речь.

Поэтому вхожу в кабинет шефа ровно в два часа дня аккуратно, громко постучав перед этим.

— Присаживайся, — Сергеич не отрывается от бумаг, перелистывая судорожно страницы. Падаю на стул, по привычке закидывая ногу на ногу, и жду. Пять минут главред меня игнорирует, после чего складывает листы стопкой на столе, откидывается на спинку кресла и начинает свое любимое занятие — пристально сканировать.

— Долго будешь в молчанку играть? — смотрю в упор на мужчину.

— Думаю, как бы тебя не шокировать новостями, — крутит в руке карандаш, продолжая на меня пялиться. — Хорошо, что сидишь.

— Могу встать, чтобы ты смог лицезреть, как я буду падать без чувств от твоих новостей, — кривляюсь в ответ.

— Ох, и язва ты, Миланская, — усмехается, после чего садится ровно, наклоняясь немного вперед. — Звонил Вишневский.

А вот это уже интересно. Впервые за все время, что я про него пишу, он соизволил позвонить. Значит, все-таки прочитал.

— По поводу? — интересуюсь, не выдавая внутреннего возбуждения. По крайней мере, стараюсь не показывать своего истинного состояния.

— Хочет дать интервью, — снова откидывается на спинку и вертит между пальцами карандаш, чем действует мне на нервы, в край расшатанные за последнее время.

— Еще раз, а то я не расслышала, — мои глаза округляются, и подаюсь всем корпусом вперед. — Артем Вишневский что хочет дать?

— Интервью, — спокойно произносит шеф, не обращая внимания на мой тон и выражение лица. — Эксклюзивное. А главное — лично тебе, Миланская. Чувствую, задела ты его последней статьей.

Вот теперь действительно нервничаю. Еще не хватало, чтобы этот толстосум и грубиян начал мне пакостить и мстить. А что, с его возможностями испортить мою размеренную жизнь раз плюнуть. Надеюсь, он все же не такой мстительный, как я, иначе мне не поздоровится.

— Так вроде он не дает никому интервью, — замечаю спокойным тоном, в глубине души надеясь, что это какой-то розыгрыш.

Артем действительно ни разу не дал интервью ни одному из местных издательств, будь то журнал или газета. В Интернете предпочитают собирать о нем сплетни и переписывать на свой манер.

— Говорю ж, видимо задела его за живое, — повторяет Сергеич. — Короче, завтра, в четыре часа дня он ждет тебя у себя дома. Адрес…

— Я знаю его адрес, — нагло перебиваю главреда. — Но не пойду. Кстати, а как он вообще обо мне узнал?

— Вычислю, не переживай. И руки поотрываю вместе с языком.