Милашка для грубияна - Илона Шикова

— Меня позвать не забудь, — мы впиваемся взглядами друг в друга. — Ну, и чего ты так на меня смотришь? Я же по-русски сказала, не пойду, — чуть ли не по слогам произношу последние два слова.

— Миланская, — усмехается шеф. Интересно, что такого веселого он находит в данной ситуации? Или это он специально выводит меня из себя, наблюдая, как я нервничаю? — Ты ничего не забыла мне рассказать? — прищуривает один глаз.

— О чем? — удивляюсь, потому что действительно не понимаю, о чем речь.

— Например, о переезде в столицу, — сколько ж можно ехидно улыбаться.

Вот скажите, пожалуйста, ладно мы, женщины, любим посплетничать, но мужики, мать их, умеют держать язык за зубами? Какого ж… Тяжело вздыхаю, понимая, что меня рассекретили.

— Убью Степу, — шиплю, так как злость захватила меня целиком и полностью даже больше, чем нервозность.

— Да не он тебя сдал, Катя, — смеется главред, наблюдая за моими эмоциями. — Я все-таки журналист, если ты не забыла. И связей у меня много. Поэтому узнать о том, что тебе предложили отличное место в одном из столичных журналов, для меня не проблема, поверь. Единственное, что мне не понятно, — он снова впивается в меня взглядом, — почему мне ничего не сказала? Вроде у нас с тобой все ровно. Твое недоверие меня оскорбляет.

Скажите, пожалуйста, какие мы впечатлительные. Оскорбляет его мое недоверие. Как же, оскорбишь тебя. Что-то задумал мой любимый главред, раз вещает таким елейным голосом. Понять бы, что именно он от меня хочет.

— Честно говоря, еще до сих пор сама не решила, принимать предложение москвичей или нет, — отвечаю спокойно, глядя на Сергеича.

На самом деле, все я давно уже решила. Последний месяц здесь, и здравствуй, столица. Такой шанс выпадает раз на миллион, и только полная идиотка откажется от возможности себя реализовать в профессиональном плане. Помимо популярного глянцевого московского издательства мне предложили писать «продажные» статьи на одном из самых известных автомобильных Интернет-ресурсов. «Продажные» — это означает заказ от клиентов, чтобы реализация той или иной модели происходила быстрее с помощью рекламных статей. В принципе, все то же самое, что я делаю сейчас, только без иронии.

Главред улыбается и качает головой, видимо, не верит ни одному моему слову. И правильно делает, слишком уж он хорошо меня изучил за то время, что мы проработали с ним бок о бок.

— На самом деле, Миланская, ты молодец, — говорит открыто, без издевки. А я краснею. Даже не ожидала от него такого комплимента. — И будешь полной дурой, если откажешься, — озвучивает мои недавние мысли, на что я усмехаюсь. — Тебе пора двигаться дальше, а не сидеть на одном месте. И я очень рад, если помог тебе на одной из ступенек твоей карьеры.

— Спасибо, шеф, — опять краснею, но меня так просто не проведешь. — А теперь ближе к делу. Чего ты от меня хочешь?

— Хочу эксклюзив, — вот теперь узнаю Сергеича, а то все ходит вокруг да около. — Интервью с Вишневским. После чего я тебя отпускаю, — разводит руками. — С великолепными рекомендациями и выходным пособием.

— А если нет?

— На нет, как говорится, и суда нет, — Сергеич садится ровно, и от его взгляда мне не по себе. — Во-первых, тебя засудит Вишневский за статью. Конечно, и я немного пострадаю, но подниму свои связи, и мы с ним договоримся. Тебя брошу на произвол, выкручивайся сама.

— А во-вторых?

— Рекомендаций ты не получишь, уволю по статье, и вперед, покорять столицу, — на лице главреда появляется ехидная улыбка. — Можешь даже посудиться со мной.

— Не ожидала от тебя такого, Александр Сергеевич, — специально называю его так, чтобы понервировать.

— Катя, я никогда не путаю личное с работой. И тебе не советую, — смотрит в упор. — На будущее. Ты можешь мне нравиться и как человек, и как профессионал, но я зарабатываю деньги, поэтому все симпатии остаются за кадром, если дело касается моего журнала.

— Я тебя поняла, Сергеич, — встаю, поправляя легкие брюки, продолжая игнорировать главреда. Он ждет. А я поднимаю глаза. — Тогда договор, так сказать, напоследок. Тройная оплата за эксклюзив, — растягиваю рот в ехидной улыбке, с удовольствием наблюдая, как цвет лица Сергеича меняется с мертвенно-бледного до пунцового, а глаза наливаются кровью.

— Охренела, Миланская? — орет, пуская пар изо рта.

— Да, — отвечаю нагло, раз уж он так со мной поступает. — Не хочешь — предложу кому-нибудь другому. Поверь, желающих получить эксклюзив найдется не мало. Тебе, так сказать, предлагаю первому. И за чисто символическую оплату. А свои рекомендации можешь засунуть себе в одно место, — бью наотмашь, так как имею туз в рукаве. Да и москвичи никуда не денутся, возьмут и без рекомендаций, раз уж сами на меня вышли.

— Стерва, — шипит главред.

— Учителя хорошие. Ну, так мы договорились?

— Идет, — кивает утвердительно головой. — Делай, что хочешь, но выверни его наизнанку.

Салютую и направляюсь к выходу. В коридоре улыбка сползает с моего лица, и я прижимаюсь к прохладной стене спиной. Боже, в какой капкан я сама себя загнала?

Весь вечер мечусь по квартире, как загнанный зверь. Даже отказываюсь на предложение девочек сходить куда-нибудь, развеяться. На мой отказ последовал незамедлительный вопрос, а не заболела ли я? Хочу просто побыть в тишине наедине с собой и подумать. То, что это ловушка, даже не сомневаюсь. Не может Вишневский так просто сдаться, точнее, простить мне все то, что писала о нем. Я бы на его месте не простила. Но надежда теплится — может он не такой мстительный, как я?

Всю ночь ворочаюсь с бока на бок, а в голове одна мысль — что делать? Может, я сама себя загоняю, и на самом деле нет никаких подводных течений в предложении Артема? Может, он действительно лучше, чем я о нем думаю? Может…

Хватит уже этих бесконечных «может». Надо выбросить всю эту чушь из головы, отдохнуть и выспаться. Завтра буду решать по обстоятельствам, как поступить и что делать.

Воодушевленная такой перспективой засыпаю, но утром опять начинаю изводить себя кучей сомнений. Время тянется медленно, а мое нервное напряжение увеличивается с каждой минутой. Так и до психушки недалеко. Катя, возьми себя в руки и успокойся. С такими нервами тебе не в столичное издательство, а прямая дорога в газету бесплатных рекламных объявлений.

Последней каплей становится извечный вопрос любой женщины — что надеть? Перерыв весь свой гардероб (хоть так смогу убить время), понимаю, что все не то. А стрелки часов продолжают свой ход. Еще и в порядок надо себя привести.

Решила начать с мейкапа. Карандаш не хотел рисовать ровную стрелку, кисточкой с тушью два раза попала в глаз, блеск для губ вообще найти не смогла — я точно сойду сегодня с ума с этим интервью.

Плюнув на все и надев короткую черную юбку, красную майку с огромным вырезом и босоножки на платформе, выхожу из дома. Автомобиль заводится с первого раза, и я медленно выезжаю со двора на проспект. Лирические композиции, доносящиеся из динамиков, успокаивают мою в край расшатавшуюся нервную систему. Но я беру себя в руки и двигаюсь вперед.