Свет очей моих - Сара Крейвен

В таверне собралось много народу. И не только местного. Здесь появились и туристы с Алакоса. Они сидели вокруг длинного стола, болтали и смеялись.

Кресси же выделили уединенный уголок за декоративной решеткой, обвитой диким виноградом.

Яннис принес ей какое-то экзотическое блюдо, украшенное сочными черными маслинами, и свежий хлеб.

Когда Кресси приступила к еде, прибыли музыканты. Они расположились посреди дворика и начали настраивать инструменты.

Будут танцы, подумала Кресси, почему-то занервничав. Она бросила взгляд на часы.

– Проблемы?

Девушка сразу узнала этот глубокий голос. Драко поставил бутылку белого вина на стол и занял место напротив.

Нервно покусывая губу, Кресси сказала первое, что пришло ей в голову:

– Я думала о лодке. Когда она отплывает? – Грек посмотрел в сторону веселых туристов.

– Когда эти люди захотят уехать, а им спешить особенно некуда, – Драко сделал паузу. – Куда же стремитесь вы?

Крессида спокойно ответила:

– Думаю, мне пора возвращаться в реальный мир.

– Вернее, туда, что «Элленик Империал» условно называет реальностью?

– Вам не нравятся подобные заведения? – Он повел плечами:

– Островам нужны туристы, а туристам нужны отели. Они приносят прибыль.

– И вам тоже? – вырвалось у Кресси. Драко ослепительно улыбнулся.

– Не отрицаю, – он взял ее бокал, чтобы налить вина.

– Я не заказывала это, – девушка нахмурилась. Грек снова улыбнулся:

– Угощаю.

– Мне не нужно никаких угощений.

– Не сердитесь, matia mou. Вы ведь так прелестны, ибо бескорыстны и чисты.

Кресси покраснела.

– Если хотите сделать мне приятное, перестаньте называть меня matia mou.

Его брови взлетели вверх.

– Почему?

– Потому что это фамильярность. В Британии подобное расценивается как домогательство.

Грек тихо произнес:

– Но сейчас вы в моей стране. На моем острове. А здесь все по-другому.

– Это предупреждение? – застыла Кресси.

– Вы чувствуете себя в опасности?

Да! – хотелось закричать ей. Да, ибо я не понимаю, что происходит.

Но вслух девушка произнесла:

– Убедили. Я, действительно, гостья в ваших владениях. Я уже разделила с вами хлеб, а теперь пью ваше вино, – она подняла бокал и отпила глоток.

Напиток был прохладным, он остудил пересохшее от жары и волнения горло. Он тоже поднял бокал.

– За вас, за то, что вы так прекрасны в этом платье. Если бы сейчас ваш возлюбленный увидел вас, он бы встал на колени и умолял выйти за него замуж... – Глаза Драко не отрывались от ее лица. – Я хочу заключить с вами сделку. Я не буду называть вас «свет очей моих», пока не пойму, что имею на это право. Но скажите мне, наконец, как вас зовут? Чего вы боитесь?

Девушка вспыхнула.

– Я ничего не боюсь. Меня зовут Крессида.

– Крессида... – повторил он задумчиво. – Златокудрая искусительница, изменявшая своему возлюбленному Троилу...

– А вы читали Шекспира? Может, героиня его пьесы не была столь коварной? – предположила Кресси. – А если уж мы заговорили об именах, то вашим собственным вовсе не стоило бы гордиться. Ведь именно тиран, которого звали точно, как вас, установил в своей стране такие жестокие законы, что жизнь подданных стала невыносимой. Мы и сегодня говорим «драконовы меры», – добавила она шутливо.

– Уже ссоритесь? – Яннис подошел к их столику с двумя тарелками, на которых были аккуратно разложены жареная меч-рыба и греческий салат. Он ухитрился также прихватить и блюдо с картошкой. – Когда вы ужинаете у меня, ругаться запрещено. Заболят животы, скажете – плохая еда, – хозяин таверны погрозил парочке пальцем и удалился. Драко рассмеялся.

– Он прав. Давай начнем сначала. – Красавец протянул руку. – Hero poli, Крессида. Рад познакомиться.

Она позволила своим пальцам утонуть в его ладони.

– Hero poli, Драко.

– У тебя очень красивое имя, – добавил он. Кресси сморщила носик.

– А я всегда ненавидела его, – призналась она, – я вообще ненавидела все, что связано с девчонками а, значит, их именами. В детстве я хотела быть мальчиком, поэтому отец в шутку называл меня Сид. Мама приходила от этого в ярость. Вот так и жили.

– И что, отец по-прежнему называет тебя Сидом? – удивился Драко.

Кресси уставилась в тарелку.

– Нет, сейчас уже нет, – тихо ответила она.

– Оно и правильно, – улыбнулся грек, – ты совсем не похожа на мальчика.

Девушка встретила взгляд его темных глаз и, покраснев, быстро взялась за нож с вилкой.

Рыба была замечательной – очень вкусной и сочной. А картошечка! А салат! Кресси поглощала пищу с огромным удовольствием, попутно обмениваясь веселыми репликами с Драко.

– Рад встретить женщину, у которой столь отменный аппетит, – засмеялся грек, наполняя бокал Кресси вином.

Она подняла голову.

– Однажды все съеденные калории взбунтуются, и я превращусь в бочку.

– Нет, – его глаза сверкнули. – Ты всегда будешь выглядеть великолепно, как в эту минуту, agapi mou.

Кресси нахмурилась.

– А это что значит? – Он хитро улыбнулся.

– Лучше тебе не знать.

Кресси вновь покраснела. Чтобы скрыть свое смущение, она повернулась в сторону музыкантов и сделала вид, что увлеклась их игрой. Ее пальцы непроизвольно начали отстукивать ритм мелодии на поверхности стола.

Драко спросил:

– Тебе нравится наша национальная музыка? – Девушка заколебалась.

– Мне понравилась музыка, под которую ты танцевал утром.

– Все тот же Теодоракис, – гордо заявил молодой человек. – Здесь он национальный герой. Его музыка говорит с людьми на своем особом языке, который все понимают.

– А ты будешь танцевать вечером? – вырвалось у нее.

– Только если ты согласишься стать моей партнершей.

– Но я не умею, – запротестовала Крессида, – греческие танцы не для дилетантов.

Драко взглянул ей в глаза.

– Позже мы выберем что-нибудь медленное и спокойное, чтобы не причинить боли твоей ноге.

– О, – выдохнула Кресси, чувствуя странную дрожь внутри. – Спасибо за заботу.