Нянька для Радуги - Татьяна Зинина

И всё бы ничего, да только отвечать ей никто не спешил. С каждым новым длинным гудком улыбка Мирославы становилась всё менее торжественной, а после третьего вызова пропала вовсе. Но девушка не отчаивалась. Она просто не могла позволить себе проиграть этому выскочке, причём в самой первой битве. Поэтому продолжала снова и снова набирать заветный номер. И когда через десять минут постоянных попыток трубку всё же сняли, она прямо вся расцвела.

— Папа, привет! Представляешь, этот Урод… — быстро затараторила она, но её внезапно грубо перебили.

— Ты позвонила мне двадцать раз, чтобы пожаловаться на Макса? — раздражённый голос в трубке мигом заставил девушку замолчать. — Мира, прости, но ты ведёшь себя как избалованная малолетняя дура.

— Но папа… — снова попыталась оправдаться она.

— Теперь Макс для тебя и папа… и мама, и бабушка, и брат, и сестра. Все свои проблемы решай с ним, и мне не жалуйся. Я доверил ему самое дорогое — тебя. И я верю этому парню. А значит и ты должна ему верить. И слушаться его! Я понятно выразился? — разносился по кабинету грозный голос сурового шефа. — Не звони мне больше. Если захочешь со мной связаться, скажи Максиму, он всё сделает.

— Как ты можешь так говорить? Пап…

— Всё. Я занят, — и оборвал вызов.

Рука с зажатым в ней мобильником медленно опустилась, а в носу девушки предательски защипало. Это было даже не обломом… Правильнее сказать, что Миру попросту заткнули, причём в грубой форме. И кто? Родной отец!

— Бесит! — рявкнула она, снова поднимая глаза на сидящего за столом парня. — Ну, Урод, это всё ты виноват! Это из-за тебя он так на меня злится!

Макс нехотя оторвался от изучения цифр и устало посмотрел на разгневанную девушку. Сейчас она как никогда напоминала быка на корриде, а если б ещё глаза кровью налились, то сходство стало бы почти абсолютным.

— Остынь, — спокойно посоветовал он. — Во всех своих проблемах виновата только ты. Я всего лишь открыл твоему драгоценному родителю глаза. Хотя… — он иронично хмыкнул, — мне кажется, он и так прекрасно знал, что из себя представляет его «ангел». Ты же просто образцово показательная дочь! Умная, скромная, не создающая родителям проблем, прилежная ученица… Это ведь всё про тебя?

— Заткнись! — бросила ему Мира, и тут же покинула кабинет, громко хлопнув дверью.

***

Мирослава не просто злилась, а пребывала в настоящем бешенстве. А в таком состоянии эта особа всегда делала одно и то же — глупости. Вот и сейчас, наскоро переодевшись в первый попавшийся лёгкий сарафан и натянув на ноги босоножки на высоченной шпильке, она густо накрасила глаза чёрным и направилась в гараж.

Сейчас ей было просто жизненно необходимо убраться подальше из этого дома, где, как ей казалось, её все предали и унизили. Она мечтала сесть за руль своего Мини Купера и гнать… гнать…

Вот только этому желанию не дано было осуществиться по целому ряду причин. И началось всё с того, что добравшись до своей машины, Мира не обнаружила на обычном месте ключей. Этот факт насторожил девушку, но она упорно продолжала верить, что ей всё же удастся найти выход.

— Сём, — обратилась она к так называемому смотрителю гаража. — А дай мне ключи от Миника. — И изобразила на лице такую лучезарную улыбку, что мужчина оторопел.

— Прости, Мирочка, но я же тебе говорил, что теперь ты можешь ездить… — попытался оправдаться он, но та не стала слушать.

— Да, да, да. Я помню. Только если разрешит Урод, — бросила она, раздражаясь, но тут же поспешила взять себя в руки и снова вернула на лицо улыбку. — Ну Сёма… Ну пожалуйста. Он меня ненавидит и машину взять не позволит. А мне позарез нужно в город. Я всего на часок… Он даже не заметит. Сёма… ну не жмись.

— Прости, Мирочка, но я не могу, — мужчина обречённо вздохнул, сочувственно посмотрел на девушку. — Но если тебе очень нужно, можешь поехать на моей десятке. Она припаркована на площадке за гаражом, — от чистого сердца предложил он.

— Десятке? — выпалила Мирослава, а перед глазами, как наяву встала белая «жертва отечественного автопрома» с её «деревянным» рулём без какого-либо намёка на гидроуселитель, механической коробкой и «вёслами» вместо стеклоподъёмников. Об отсутствие даже намёка на кондиционер она старалась не думать. Но в этой ситуации, убраться подальше из дома на машине стало для девушки делом принципа. Потому, запихнув подальше все свои нелестные мысли о драгоценной ласточке Семёна, она с благодарностью приняла его предложение.

Вот только уехать у неё всё равно не получилось. И дело даже не в том, что она сумела тронуться с места только после того, как трижды заглохла. Это-то как раз было не самым страшным, и Мира почти уже вспомнила, как пользоваться механической коробкой передач, когда на её телефон неожиданно пришло сообщение из банка. Довольная своими успехами в укрощении «десятки», она быстро прочитала текст СМСки и… заглохла в четвёртый раз.

— Нет, это же просто смешно! — выкрикнула она, со всей силы ударяя по ни в чём не повинной баранке.

Неожиданно сработал сигнал. И от этого звука девушка испуганно вздрогнула и, разозлившись ещё сильнее, продолжила долбить по рулю.

— Мирочка, что случилось? — взволнованно встрепенулся Семён, которого искренне пугало настроение хозяйской дочки. — Пожалуйста, перестань. Моя машина не виновата в твоих несчастьях.

— Ааааа! — простонала она, поднимая голову к крыше. — За что мне всё это?!

С этими словами она молниеносно выскочила из салона и быстрым шагом направилась к дому. И судя по застывшему на её лице суровому выражению, намерения у Мирославы были самые кровожадные.

Макс как раз закончил разбираться с тонкостями начисления и выплаты зарплаты, и довольный собой, собирался отправиться в гостевой домик, где Машка как раз заканчивала распаковку вещей, когда дверь неожиданно распахнулась, громко стукнувшись об стену. Этот звук, заставил его вздрогнуть, а когда его взгляд встретился с тёмными от гнева глазами Миры, он понял, что теперь дело действительно плохо.

— Что-то случилось? — спокойным тоном поинтересовался парень, стараясь не делать резкий движений.

— Что?! Ты ещё смеешь спрашивать?! — завопила она, сжимая в напряжённой руке цепочку от своей сумочки, будто собиралась использовать её в качестве оружия. — Кто распорядился заблокировать мои карты?

— Твой отец, — честно ответил парень.

— И на что я должна жить?! — продолжала кричать девушка.

— Я буду давать тебе деньги, а потом письменно отчитываться перед Василием Фёдоровичем за каждую твою трату, — сообщил Макс, сложив ладони домиком.

— Хочешь сказать, что теперь я должна обращаться к тебе за каждой мелочью?

— Именно.

— То есть, если мне будут нужны, скажем, прокладки… — зло процедила она сквозь зубы. Спокойное выражение лица её собеседника бесило неимоверно. А руки так и чесались сделать ему какую-нибудь гадость.