Принц, Алёнушка и Волк - Варвара Корсарова

Ну точно маньяк! Вот попала! Пришла ее гибель!

Он может напасть на нее сзади... Нет, так нельзя!

А что делать? Побежать? Куда? Вперед, назад? Она на ходу достала телефон – послать академику сообщение и попросить встретить. Да чего там – прямо попросить помощи. Пусть хоть знает, где искать ее косточки, если сценарий станет совсем уж мрачным.

Но Алёна с ужасом обнаружила, что связи нет. Ни одной полоски, только крестик на иконке!

– Тут не ловит, – в спину сказал бородатый. – Надо было на горке звонить. Но можно на дерево залезть. Тогда сигнал поймается. Вон и береза подходящая. Подсадить тебя?

Алёна встала как вкопанная и повернулась на каблуках. Она вспомнила третий совет специалиста по коммуникации с маньяками – ошеломить их встречной агрессией и неожиданными действиями.

– Слушай, ты что за мной идешь... Жека? – она уперла руки в бока и выразительно посмотрела на его кисть с татуировкой. – Тебе что от меня надо?

От страха у нее дрожал голос и поэтому наезд вышел писклявым и неубедительным. Как у поросенка Ниф-Нифа, когда он пытается прогнать волка от соломенного домика.

Бородатый Жека с удовольствием засмеялся – зарокотал. Смех у него тоже был низкий, как и голос. Он снял очки и зацепил их дужкой за ворот футболки.

– Я домой иду, – объяснил он, глядя на нее сверху вниз. – Из города вернулся.

Он помахал авоськой, как бы показывая, что у него была причина отлучиться в город.

– А ты что придумала? Что я решил тебя съесть?

Он широко ухмыльнулся, показав крепкие белые зубы – точно, волчьи.

– Я городских девчонок не ем. Мясца на костях маловато.

Шутник хренов!

– Домой? В Тридевятово? – уточнила Алёна с подозрением.

– Дорога туда идет, – он пожал плечами. – А ты к кому?

– К профессору Онежину. Знаешь такого?

– Конечно, – он сощурился и посмотрел на нее с непонятной усмешкой. –  На Гороховой улице его дача. Я там же живу. Идем, провожу, – он кивнул и пошел вперед.

Алёна на секунду замешкалась – идти? Но дорога одна, выбора нет – или вперед, или назад.

Бородатый шагал себе, на Алёну не оглядывался. Его широкая спина в кожаной жилетке мелькала среди зарослей. Алёна мысленно чертыхнулась и кинулась догонять.

– Далеко еще? – спросила она, пыхтя. И предупредила на всякий случай: – Меня профессор ждет. Если я опоздаю, он…

– Почти пришли, – прервал бородач. – Вон Тридевятово.

Тропинка раздалась, побежала вниз. Деревья стали реже, потом пошел боярышник с красными ягодами. Алёна ускорила шаг, догнала своего странного спутника и увидела Тридевятово.

Поселок лежал внизу, тихий, аккуратный. Чередуясь с зеленью деревьев, торчали хребты крыш. За ними блеснула гладь озера. Где-то визжала бензопила, лениво лаяли собаки и скороговоркой болтало радио.

Чтобы попасть в поселок, пришлось перейти тихую речку по мостику из двух досок без перил. Солнце освещало воду и клоки тины. Блеснула спинка какой-то рыбы.

Идти по мостику было страшно. Доски гнулись под шагами. Здоровяк Жека шагал уверенно и легко. Он прошел первым, подождал на другом берегу и подал руку, чтобы помочь сойти с мостика. Алёна руку проигнорировала.

Жека многозначительно хмыкнул, убрал руку и отошел.

Алёна храбро шагнула вперед, промахнулась ногой и ступила прямо в раскисшую землю. Светлая балетка погрузилась в жижу, кажется, даже внутрь натекло.

Она невольно вскрикнула от отвращения. Жека неторопливо повернулся, закинул авоську за спину и с выражением глубокого удовлетворения наблюдал, как Алёна с чавканьем вытаскивает из грязи ногу, потом выуживает слетевшую туфельку. Помощь он больше не предложил.

Пришлось стоять на одной ноге как цапля и махать второй рукой для равновесия. Только бы не шлепнутся на попу! Вот будет красота: светлыми брюками прямо в коричневое месиво. То-то бородатый Жека повеселится.

Этот мужик ужасно, невероятно ее раздражал. Потому что она не знала, как себя с ним вести, и не могла преодолеть внутреннюю настороженность. Ее мама всегда предостерегала против подобных личностей. Они опасные и непредсказуемые.

Такие мужики ведут себя бесцеремонно. Легко хамят, повышают голос, ругаются. Затевают драки и попадают в отделение полиции. Хлопают своих девушек по попе и называют их «малышками», «лахудрами» и «телками». Носят дикие бороды и уродуют себя татуировками. Слушают ужасную музыку и пьют отвратительное дешевое пиво, а потом срыгивают, и басовито хохочут. Эти люди совсем не из ее мира!

Алёна, конечно, понимала, что судить людей по их привычкам и внешности нельзя. Но только полная дура будет игнорировать внешние признаки!

Она прекрасно понимала, что должна быть благодарна этому Жеке. И что она ведет себя невежливо и высокомерно. И потому ненавидела его еще больше.

Кроме того, Внутренний Инспектор Алёны беспрестанно показывал ей себя со стороны. Вот, посмотри, какая ты сегодня нелепая и глупая, Алёна Сестрицына. Жалкое зрелище.

Алёна стиснула зубы, бросила грязную балетку на траву и неловко перепрыгнула на чистый островок. Тщательно поскребла обувь о траву, кое-как протерла подошву влажной салфеткой. Жека терпеливо ждал. Она чувствовала его насмешливый и любопытный взгляд. Но когда подняла глаза, увидела, что он сосредоточенно смотрит в свой телефон и быстро тыкает по экрану толстыми пальцами – набирает сообщение. Видать, сигнал появился.

– Ну, идем дальше, принцэсса? – сказал он лениво и спрятал телефон в карман. – Онежин тебя уже заждался, поди. Ты его аспирантка?

Мерзкое слово «принцесса» он произнес с хулиганской интонацией киношного гангстера, который задирает нежную губернаторскую дочку. Даже губы по-особому скривил. Ну ладно хоть «деткой» не назвал.

– Я не аспирантка, – холодно сказала Алёна. – Студентка.

– Двоечница? Долги приехала сдавать?

Алёна решила не отвечать. Лишь скупо улыбнулась в ответ, показывая: да-да, смешная шутка. Ха-ха три раза.

Они пошли по пустынным поселковым улицам. Дома тут были разномастные. Были дома новенькие, кирпичные, в европейском стиле. С бассейнами во дворах и пластмассовыми гномами под кустами роз.

Были деревянные финские домики, хлипкие на вид, без лишних деталей, окруженные теплицами.

Были дома, собранные из всего, что удалось натырить на строительной помойке: крыши покрыты обломками шифера и жестяными листами, стены подлатаны досками, с пристройками из фанеры, двор украшают лебеди из шин.

А были и старые бревенчатые домики с кружевными наличниками, ушедшие глубоко в землю от старости, но еще крепкие, окруженные зарослями лопухов и крапивы.

Алёне они понравились больше всего – у них был свой характер, и, наверное, у каждого была какая-то интересная история.