Мой падший ангел - Ольга Алёшкина

Во время обеда думала лишь об одном: звонить или не стоит? Лучше набрать, пришла я к выводу, закончила раньше компаньонов и отлучилась в дамскую комнату. Кто его знает, что придет Елисееву в голову, когда мы уедем, не позвони я. Заглянула в обе кабинки, убедившись, в отсутствии других посетительниц и набрала.

— Семен Борисович, это Аглая, — представилась я, как только он отозвался. Воцарилась недолгая пауза, мы словно не знали, о чем говорить друг с другом. Мой собеседник тяжко вздохнул и протяжно вывел «вот ведь…», а я шепнула: — Спасибо вам.

— Полно тебе меня благодарить, не за что пока, — по-стариковски проворчал он.

— Что не выдали меня, сообразили. Вы, пожалуйста, никому обо мне не рассказывайте, хорошо? Об этой встрече и вообще. Могу я на вас рассчитывать?

 — Конечно, милая, конечно, будь спокойна. Ты прости меня, старого дурня, — зачем-то повинился он. Неожиданность и идиотское чувство вины, которым он себя несправедливо наделил, сыграли мне на руку. Именно поэтому он растерялся и не выдал меня с потрохами сходу же. Только терзания эти беспочвенны, и я поспешила его в этом уверить:

— Перестаньте, вы ни в чем не виноваты.

Неловкие паузы множились, а минуты шли. Пора возвращаться, подумала я, соображая, как повежливее закончить разговор, как на том конце трубки всхлипнули:

— Иногда я чувствую себя предателем.

— Даже думать такое не смейте! — отрезала я и принялась убежать его.

Разговор растянулся ещё минут на пять, с прощанием затягивать не стоило, шепнула «мне пора», напомнила о необходимости не болтать обо мне и отключилась.  

Когда я вернулась в зал, Ярослав деловым тоном сообщил, что отправил Сашу обратно.

— Это ещё почему? — не слишком вежливо задала я вопрос.

— Веру нужно отвезти в больницу.

— Он доедет не раньше, чем через два, а то и три часа до неё. В какую её больницу нужно везти на ночь глядя?

— Что за недоверие, Аглая Константиновна? — попенял он. — Алексей Васильевич назначил ей вечернее время, можете позвонить и справиться. И не беспокойтесь вы так, в конце концов, я прекрасно довезу вас. 

Очаровательная перспектива. Ещё бы понять, что ты задумал.

— Мои вещи, я так полагаю, уехали вместе с Сашей?

— Не верно полагаете. Сумку я любезно перегрузил, можете не благодарить. 

Выезжали мы около четырех, без экскурсии по комбинату не обошлось. Ярослав запустил двигатель, глянул на часы и заметил – к ужину вернемся. «Отлично», — отозвалась я и покосилась на сумку, лежащую рядом, на заднем сидении. Но переобуваться при нем не решилась. Можно, конечно, забить, он впереди, я у него за спиной, не факт, что обратит внимание на мою возню. Однако, не стала. Вернулась к аудиокниге и прикрыла глаза. 

Примерно через полчаса пути машина остановилась, я тут же вынырнула из дремы. Мы находились в одном из поселков, коих по пути множество. Лапин остановился у местного продуктового. Выскочил из машины, и в приоткрытую дверь спросил:

— Тебе что-нибудь нужно?

— Нет, спасибо.

Вернулся с двумя бутылками воды. Одну бросил на переднее кресло, из второй отпил и сунул в держатель. Покатили дальше. Я расслабилась и уверила себя – все отлично, мы просто спокойно доедем. Поездка с Ярославом ничем не отличается от поездки с водителем. Разница лишь в том, что он вправе остановиться где хочет, без моего на то разрешения, а подобные вещи и во внимание брать глупо.

Туфли я всё же решила сменить. Чего мучатся? Шпильки оставила стоять на полу, натянула эспадрильи и с ощущением счастья — женщины поймут — уставилась в окно. Ярослав сворачивал на проселочную дорогу.

— Зачем ты свернул? — забеспокоилась я, вытащив из ушей наушники. На что он повернул голову и сообщил:

— Так короче. Пятьдесят кэмэ сократим.

— Ты уверен, что там существует дорога?

— Даже если и нет, мы проедем везде. Но не беспокойся, она существует.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — шепнула я и выключила книгу.

Ярослав не ответил, продолжая сознательно углубляться в самую чащу. Поначалу дорога была сносной, по которой проедет даже обычная легковушка. Асфальтовое покрытие довольно узкое, разъехаться со встречкой проблематично, но в удовлетворительном состоянии. Вскоре мы миновали садовое товарищество, за ним «Приют рыбака», свернули и на этом асфальт закончился. Укатанную, подобно средневековому тракту, колею, с холмиком травы посередине, назвать дорогой язык не поворачивался.

Закралась мысль — он делает это нарочно. Наверняка ждет, что я испугаюсь и стану вопить, как потерпевшая, ему на забаву. Спокойствие, именно оно мне сейчас необходимо. Кочки и ямины «Гелендваген» брал без проблем, правда иногда цеплял боками ветки деревьев. А раз его не беспокоит испорченное покрытие машины, меня и подавно. В общем, нервничать пока не видела смысла.

Тропа, по которой мы катили, разделилась на две ещё более жутких колеи. Ярослав уверено повернул, будто ему подсказывал навигатор. Но телефон его скорее всего в кармане, а помощь навигации машины исключена, экран не светится нужной картинкой. Мы преодолели ещё несколько километров и уперлись в тупик. Что, в принципе, и следовало ожидать. Тропа неожиданно закончилась: лес впереди казался непроглядным. Ярослав остановил машину и вышел. Прогулялся немного, по возвращению беспечно сообщил:

— Кажется, немного раньше свернул. Сейчас вернемся.

Кое-как развернулся, чуть не зацепив толстенную березу, покатил обратно. Доехал до разветвления тропы, свернул на проигнорированную ранее. Теперь мы ехали даже дольше, прежде чем, понять, что и эта тропа никуда не ведет. Точнее, она вела, к небольшому озерцу, прятавшемуся за деревьями, но уж точно не напоминала короткий путь домой. Ярослав покатил вдоль озера, благо растительность вокруг позволяла, преодолев внушительное расстояние. Меня потряхивало, я скользила по глади кресла, то и дело хватаясь за ручку двери, но помалкивала, надеясь вскоре подобная забава ему наскучит, и он вывезет нас на нормальную дорогу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍