Пигалица - Кристина Жиглата

И всё было вроде ничего, компаньон попался серьезным, ответственным, стремился к саморазвитию, очень умело говорил. Даже потом, когда дело дошло до финансирования и им пришлось взять ссуду в банке, мужчина не вызывал никаких подозрений. Он, как и Вадим, расписался в договоре, в котором говорилось о совместном кредитовании и выплате. А через несколько дней, когда этот компаньон пропал без вести, оказалось, что в документах как главный закладчик числился только Вадим, а второй мужчина как поручитель.

— Это была самая большая моя тупость, попасть в аферу года! — виновато говорит брат, завершая свой разговор. — Знал ведь, что легких денег не бывает, но так повёлся…

— Мы найдём решение, Вадим, — подбадриваю его я, снимая с плеч рюкзак. Извлекаю оттуда деньги и протягиваю ему. — Вот, возьми! Возможно, это даст нам отсрочку…

— Забери, Алиса! — сердится он. — Я не возьму твоих денег. Сам всё решу!

— Это не мои деньги, а компенсация от Лидии…

— Всё равно! Потрать их лучше на себя. Насладись жизнью, отдохни! — упрямится он, а я огорчаюсь.

— Думаешь, я смогу отдохнуть и насладится жизнью, пока ты одной ногой за решеткой?! — сержусь.

— Прости детка, но эти деньги не покроют даже одного процента от сумы… Я хочу, чтобы ты не вмешивалась в это. Я разберусь, — обещает он, но я-то вижу по его глазам, что лжет. Он в западне! — Давай лучше не будем говорить о плохом? Ты уже взрослая… красавицей такой выросла…

А я улыбаюсь, пряча слёзы.

Думает я глупая, не понимаю. У нас слишком мало времени вместе. Он знает об этом. Поэтому и жил одним днём, утопая горе в алкоголе.

Изначально я не принимала во внимание, но сейчас глядя по сторонам, я заметила в квартире брата убогую пустоту, и много пустых бутылок из-под спиртного. Он просто сдался! Опустил руки! Потерял веру…

— Мы найдём выход Вадим, — тихо роняю, прижимаясь к груди брата. А сама думаю о Максиме Леонидовиче. Что если мне с ним поговорить, попросить за брата? Если он мой отец, может он разожмёт кулак, поможет Вадиму….

Я бы всё сделала…лишь бы мой брат был в безопасности и вновь обрёл смысл жизни!

— Замолчи! — обрывает меня Вадим, когда понимает, что я не верю ему. — У тебя скоро день рождение.

Уже восемнадцать. Как ты хочешь его провести? — сразу меняет тему.

— Вместе с тобой наедине, и с десятком огромных пицц! — говорю мечтательно, а он смеется. — Я ещё помню вкус твоих пицц!

— Не лги, они были ужасны! — смеется он, а мне это как лечебный бальзам на душу.

— Я люблю тебя, Вадим, — говорю то, о чём мечтала сказать столько лет. За всю жизнь никогда ему этого не говорила, просто не думала об этом, не считала нужным, а когда осталась без него, поняла это и мечтала, сказать ему эти заветные слова.

— И я тебя, малышка, — говорит он, опустив взгляд. Но я успела заметить выступившие слёзы на его глазах, и моё сердце сдавило с болью.

Так не честно!

Жестоко! По отношению ко мне, к нему! Мы только нашли друг друга, а между нами вновь грозит образоваться пропасть!

Я не хочу больше расставаться со своим братом. Не смогу… и нужно было искать решение.

Именно это меня и подтолкнуло перейти к главным вопросам. Я должна знать, с кем имею дело, что за человек, называет себя моим отцом! И кроме Вадима, больше, мне никто не даст ответ…

Мы проболтали ни о чем ещё примерно час, потом, я помогла убрать Вадиму в доме, а он приготовил бутерброды и сделал чай. Обстановка сразу изменилась, появился дух семьи, более позитивная энергия. Вадим начал шутить, как раньше, а я постоянно смеялась. Было весело, хорошо, как когда-то.

Словно не было этих пяти лет….

Словно я маленькая, а он рядом…

Словно мы обычная, счастливая семья…

А ведь так могло быть!

Но я понимала, что всё это — временно…и эти мысли угнетали меня.

Вадим, конечно, не признается мне, сколько ещё у нас осталось, и что ему грозит, но по его состоянию, я понимала, что не много.

Поэтому, после ужина, когда за окном на город начали опускаться сумерки, я села на диван, попросила брата присесть напротив меня, взяла его за руку и спросила то, что вот несколько дней подряд не давало мне покоя:

— Скажи, кто такой Максим Леонидович…