Мерзавец и Маргарита - Юлия Гауф

Но вот странность – жить мне хочется! Даже такая жизнь лучше смерти.

— … Марго, слышишь? – спрашивает Макс, и я понимаю, что плыла на волнах своих мыслей, прослушав все, что говорил мне мужчина.

И это меня злит – я сама себя злю: ну сколько можно-то?

— Прости, я все прослушала, — говорю я твердо, и поднимаюсь с пола.

— Ты так быстро убежала, а потом не отвечала на звонки. Марго, у тебя кто-то есть? Или ты обижена на меня? – спрашивает Макс, и мое первоначальное раздражение сменяется смущением – он настоящий джентльмен!

— Я не обижена, — улыбаюсь я, чувствуя, как тает смущение: — Я убежала, но любая на моем месте бы убежала! Прости за тот инцидент – я не наркоманка, просто некоторые лекарства нельзя принимать на голодный желудок.

— Хорошо, — облегченно вздыхает Макс. – И ты не ответила: у тебя есть кто-то?

Пожимаю плечами, забыв, что Макс этого видеть не может. Секс – это не отношения! Лев мне ничего не обещал, как и я ему… или мы вместе?

Не знаю, что отвечать на этот вопрос Максу. Врать не хочется, но и говорить правду, прекращая с ним общение я тоже не хочу.

— Пока у меня никого нет, — наконец, говорю я, и с удивлением слышу в своем голосе кокетливые нотки.

— Тогда мне стоит быстрее тебя занять! — каким-то резким, непривычным голосом, произносит Макс, а затем уже мягче спрашивает: — Ты сегодня свободна?

— Да, но…

— Никаких «но»! Называй свой адрес – я заеду, и мы будем кутить!

— Кутить? – фыркаю я, представляя себя в подпольном казино: одета по моде двадцатых годов, с мундштуком, бросаю фишки на игровой стол, и смеюсь весело, поблескивая бриллиантовыми серьгами.

— Вот увидишь! – грозит Макс. – Твой адрес, Марго!

Называю этому настойчивому мужчине свой адрес, и кладу трубку. Странно, но в эти пару минут я почувствовала себя абсолютно нормальной – такой, какой была три с половиной года назад.

Я ведь долго держалась, несмотря на кошмар, царивший в нашем доме. Умела отключаться от этого, умела веселиться! А потом… сломалась – слишком резко навалилось изгнание из дома, шок от предательства Давида, беременность и аборт.

— А, пошло оно все! – громко говорю я в пустоту, и иду к шкафу – нужно выбрать, в чем мне встретиться с Максом. Хочется выглядеть как раньше – красиво, женственно, но… миссия невыполнима!

Практически вся одежда на мне висит, подчеркивая почти полное отсутствие груди. Так, где-то у меня была блузка-крестьянка – пышная, романтичная, а если на талии затянуть пояс…

Да! Смотрю на себя в зеркало, и киваю – впервые за долгое время я довольна тем, как выгляжу. Вот только румян бы побольше, и глаза поярче накрасить!

С глазами я увлекаюсь настолько, что становлюсь похожа на Эми Уайнхаус – толстые стрелки взлетают практически к черным бровям. Но выглядит это – да, сексуально!

В дверь звонят, и я брызгаю на волосы подаренный Мариной спрей для блеска. Встряхиваю волосами, почти любуясь собой, и иду открывать дверь.

Первое, что я вижу – это цветы. Огромный букет красных роз, за которым практически не видно Макса. И так тепло на душе становится – давно мне не дарили цветы! А такие огромные, на грани допустимого, букеты – и вовсе никогда!

— Прекрасной девушке – прекрасный букет, — улыбается Макс, входя в коридор, и окидывает меня весьма плотоядно. И удивленно, будто не ожидал, что я нормально оденусь: — Марго, ты прекрасна!

Опускаю голову, не принимая протянутый букет, а затем даю себе мысленный подзатыльник – хватит! Нужно смелее быть, тоже мне, следователь!

— Макс, не смущай меня! – немного натужно смеюсь я, и принимаю букет. – Спасибо, цветы восхитительны!

— Это ты восхитительна! – низким, с хрипотцей голосом парирует мужчина, и я почти сбегаю от него. Хватаю вазу с холодильника, наливаю воду, и подрезаю розы.

— Зачем? – удивляется Макс, кивая на мои манипуляции.

— Чтобы дольше стояли, — отвечаю я, с ужасом осознавая, что меня к нему влечет.

Его голос, от которого в животе сворачивается тугой, горячий комок; его запах, который хочется вдыхать, комкая простыни… опять таблетки?

— Куда мы идем? – интересуюсь я, стараясь скрыть свои мысли которые, как мне кажется, крупными буквами написаны на моем то бледнеющем, то краснеющем лице.

— Сюрприз! Тебе понравится!

Сюрпризы я не люблю, но решаю не спорить, и улыбаюсь в ответ.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍